9 января

Исполнил свое намерение. Яновичь охотно извинился. Но ежели бы кто мог знать, какого мне стоило труда еще раз обратиться к нему. Спажка дуется, на что я обращаю очень мало внимания. Я охотно писал бы, но безалаберная жизнь мешает мне взяться за что нибудь. —

Выписывать правила. Исполнил только вечером, и то не в книгу, а в тетрадку. Вообще я не решился насчет правил. Хотя знаю, что они полезны, не знаю, как воспользоваться ими. Кажется, что я их разделю на испытанные и неиспытанные. Пересмотреть написанное. Тоже исполнил, только поздно вечером и почти ничего не переправил. Гулять. Гулял до обеда. Спросить у Алексеева о представлепии. Исполнил, когда он был у меня. —

Холод страшный, и притом у меня насморк, что вместе побудило меня провести весь день без мыслей и без дела. Писать 3 [аписки] Ф [ейерверкера], ежели успею. Не успел вечером, хотя был в духе.

Отступления: 1) Встал поздно. 2) Разгорячился, прибил Алешку. 3) Ленился. 4) Был беспорядочен. 5) Был грустен.

За бешмет 1. Остаток 18—20. Долгу 103—57. —

Зан [ятия] и Происш [ествия]. 5) Отступлений. Счеты.

— Утро гимнастика, до гимнастики начал писать с удовольствием. Приехал Ө. Толстой, сукин сын! Обедал у Боткина, Галахов воняет табаком и указкой. Вечер у Писемского. Филипов сладкой плут, мещанин. —

Дома. А[лександра] П[?етровна?], чудесный вечер, она умница и пылкая девочка.

Писал с утра статью, потом пошел к Гольцеву. У него встрет[ил] Муромцеву. Вечером были Шарапов и Александров, мешали. Полушин. Элен и Маша работают хорошо.

Ничего не писал все это время, кроме ничтожных писем. Последнее время б[ылъ] нездоров и теперь еще не хоро[шъ]. От Черткова письма о неупотреблении денег и упреки за намерение участвов[ать] в журнале.

Думал за это время кое что, чтò хотел написать Бор[ису] Дун[аеву] в альбом, и еще:

1) Хорошо бы написать притчу о том, как человек должен делать волю хозяина, не обсуждая её, не догадыва[ясь] о назначении — веря в хозяина и его разумность. А как только стал догадываться, стал поправлять Его, — то ошибки и страдания. Вот где место веры. Я придумал сравнен[iе] с зеленым удобрением, но нехоро[шо].

Еще что то б[ыло], но забыл.

10 Янв. 1901. Мос. Е. б. ж.

За это время занят б[ылъ] переработкой Нов[аго] Кр[уга] Чт[енiя]. Исправление старого кончил, хотя придется еще поработать. Был Буткевич с юнош[ей] учителем, и хорошия письма. Душевное состояние все лучше и лучше. Духовная жизнь, внутренняя, духовная работа все больше и больше заменяет телесную жизнь, и все лучше и лучше на душе. То, что кажется парадоксом: что старость, приближение к смерти и сама смерть — хорошо — благо, несомненная истина. Испытываю это. Письмо от Гр. Петрова, просится приехать. Постараюсь видеть тольк[о] брата, сына божия. Здоровье недурно.

1) Христианство никак, как думают некоторые, не в том, чтобы не повиноваться правительству, а в том, чтобы повиноваться Богу.

2) Чем бы люди не пытались избавиться от насилия, одним только наверное нельзя избавиться от него: насилием.

3) Записано: одно из двух: продолжать, но забыть нельзя. (Что-то б[ыло] серьезное, но забыл и теперь не понимаю). (Кажется, вспомнил. Все это — заметки для задуманного воззвания.) Одно из двух — это то, чтобы, сделав духовное усилие, перестать повиноваться правительства[мъ], признав необходимость повиновения Богу, или продолжать жить, как живем. Но если избрать последнее, то нельзя забыть того, что раз выяснилось, того, ч[то] мы неизбежно идем к погибели и телесной и духовной.

4) Спрашивал себя: зачем я пишу это? Нет ли тут личного желания чего либо для себя? И уверенно могу ответить, что нет, что если пишу, то только п[отому], ч[то] не могу молчать, считал бы дурным делом молчать, как считал бы дурным не постараться остановить детей, летящих под гору в пропасть или под поезд.

5) (Тоже к воззванию). Можно бы было относиться равнодушно к тому, что я говорю, если бы я говорил что нибудь мною придуманное, такое, что может быть и может не быть, но ведь та погибель, о к[отор]ой я говорю, не может не быть, неизбежно будет. — Можно бы б[ыло] задумываться, сделать ли или не сделать то, что я говорю, если бы для этого нужно б[ыло] что нибудь опасное, трудное, стыдное, унизительное, несогласное с человѣч[еской] природой; а тут напротив, то, к чему я призываю, и безопасно, и легко, и благородно, и согласно и с сознанием своего достоинства и с природой человека.

6) Говорят: если мы будем так глупы, ч[то] не будем противиться злу, не будем готовиться к отпору, то придут Японцы, Китайц[ы], вообще нехристиане и пленят и перебьют нас. Но ведь тот закон любви ко всем, во имя к[отор]аго мы не будем бороться и вооружаться, не есть наша личная фантазия, а есть высший закон жизни, заложенный в душ[ахъ] всех людей. — Закон этот извѣсте[нъ] и Китайцам, и Японцам, и также, как и у нас, только извращен. Стоит людям увидать возможность следования в жизн[и] этому закону, и люди, будь они Японц[ы], Китайцы, дикие негры, они усвоят этот закон. А не усвоят этот о закон и поработят и побьют нас, то это будет всетаки без сравнения лучше того, чем если бы мы побили их.

7) (Не понимаю, зачем записал следующий труизм). Добрая жизнь народов возможна тольк[о] в той мере, в к[отор]ой живут доброй жизнью люди, их составляющие. Революции же вызывают в людях, кроме прежних недостатков, еще самую противную, несовместимую с доброй жизнью троицу пороков: гордости, зависти, злобы. Улучшение положения народа возможно, напротив, только при невмешательстве народа в дела власти.

8) Хорошо помнить при общении с людьми, что надо относиться к ним, как к сынам Бога, безразлично, царь он или нищий. Хорошо помнить при этом и о своей и его смерти.

9) Говорят о бессмертии души, о будущей жизни, что нужно знать про это для настоящей жизни. Какой вздор! Тебе дана возможность все увеличивающагося и увеличивающагося блага здесь сейчас; чего же тебе еще надо? Только тот, кто не умеет и не хочет находить это благо, может толковать о будущей жизни. Да и что такое в самом деле то, что мы называем будущей жизнью? Понятие будущего относится ко времени. А время есть только условие сознания в этой жизни. Говорить о будущей жизни, когда кончается эта жизнь, это все равно, что говорить о том, какую, форму примет кусок льда, когда он растает, или перейдя в воду и составные части его превратятся в пар.

Кроме того, какая мне и зачем жизнь в будущем, когда вся моя жизнь духовная — только в настоящем. Жизнь моя в том, чтò я люблю, а я люблю людей и Бога. И то и другое не уничтожается с моей смертью. Смерть есть только прекращение отделенности моего сознания.

10) Нашел, кажется, незамеченное прежд[е] в Паскале место:

«Истинная добродетель в том, чтобы ненавидеть себя (п[отому] ч[то] мы дѣйствительн[о] ненавистн[ы] своими похотями) и искать такое существо, к[отор]ое бы стоило любви и к[отор]ое мы бы могли любить. Но так [какъ] мы не можем любить то, ч[то] вне нас, то надо любить такое существо, к[отор]ое было [бы] в нас, но не было нами. И такое существо есть только одно: Всемирное существо. “ Царствие божие внутрь нас ” (Луки XVII, 21). Всемирное благо в нас, но оно не мы».

11) Память — связь с прошедшим; любовь — связь с настоящим. Уменьшается связь с прошедши[мъ] — память, увеличивается связь с настоящим. Нельзя владеть обеими: чем больше первая, тем меньше вторая. И наоборот. Полное уничтожение памяти и полное соединение с [настоящимъ] любовью — смерть.

12) Я сейчас все больше и больше теряю память и сознаю то, что приобретаю. И так хорошо!

13) Бог не есть любовь. Мы называем Его любовью только п[отому], ч[то] Он проявляется в людях любовью.

14) Спрашиваю себя: может ли сознание того, ч[то] истинное, всегда доступное, всегда растущее благо, такое, при обладан[iи] к[отор]ымъ ничего больше не нужно, может ли такое сознание сделаться общим, передаваться воспитанием? И отвечаю: да.

15) Мир представляется мне таким устройством, при к[отор]омъ существа (в том числе и человек) одарены самодеятельностью, дающей им сознание блага, в точно определенных пределах, в области к[отор]ыхъ они свободны, но из к[отор]ыхъ вытти не могут. Так что существа имеют благо свободы, не могущей нарушить течение жизни целого и его законов. Один из таких законов может быть сознан человеком. Закон этот есть любовь.

16) Свобода воли есть возможность не по внѣшн[ей], чужой, а по своей воле жить и действовать согласно или несогласно с законом Всего. Но несогласие это ограничено извѣстным[и] непреступаемым[и] пределами. Так что человек может свободно действовать согласно с законом любви и получить все увеличивающееся и верное, вполне удовлетворяющее его, им самим приобретенное благо, но не может нарушить общего закона жизни, так как, и отступая от закона и противодействуя ему, он исполняет его.

17) Записал о том, ч[то] нужно составить новую, соответствующую моему духовному состоянию молитву и выучить ее также, как я знаю теперешнюю.

18) Думал ночью как будто заново о смысле жизни, И опять все тоже, ч[то] должен и можешь делать то, чего требует от тебя твое духовное сознание. И не то что должен перед кем нибудь, a неизбежно поощряем к этому тем, что одна только эта деятельность дает истинное благо. Если же спрашивать, зачем? То ein Narr kann mehr fragen als Tausend Weisen antworten. Зачем — не мое дело, и мне не нужно и не дано знать. Нет и органов для того, чтобы понять это.

19) Наша жизнь и наше призвание в ней подобно вот чему: Что-то хорошее, нужное для людей делается какою-то непонятной для них силой. Представим себе, что строится что-то. Люди не могут понять, чтó и зачем, но знают, что им надо в известном направлении носить, возить матерьял: камни, песок, известь, лес, железо. И если люди дѣлаю[тъ] это — им легко и хорошо. Они и делают это: некоторые, зная, что строится что-то, другие — не зная даже и этого. Есть между людьми ленивые, к[отор]ые просто не делают то, ч[то] нужно, и им бывает худо. Есть и усердные, но самоувѣренны[е], к[отор]ые думают, что знают, зачем идет работа, и или ввозят матерьял не туда, куда велено, или сами начинают строить не то, ч[то] нужно.

20) Вчера, читая мистич[ескiя] книги и находя в них хорошее, но неясное, с неприятным чувством подумал о том, ч[то] тоже може[тъ] показаться и в моих писаниях. Как въелось тщеславие! Что мне за дело о том, как будут смотреть. Делай, что должно, а о мнении других...

21) Жизнь наша проявляется двояко: 1) как освобождение духа в себе, совершенствование личности, и 2) как освобождение духа во Всем, совершенствование мира.

22) Собака удивляется на фонограф, а не удивляется на голос человека, на проявлен[iя] жизни в нем, в слоне, в лошади, в мухе, знает, что есть другие существа, также, как и она сама, отдѣленны[я] от других.

Муха же и вошь знают это про муху и вошь, но не знают этого про человека. А человек не знает этого про земной шар. А земной шар не знает этого про... и т. д.

23) Удивляешься на решительность суждений глупых, недумающих людей. A разве это может быть иначе? Тот, кто думает, знает, как сложно всякое умственное утверждение и часто как сомнительно.

24) Испытываю все больше и больше велико[е] благо забвения.

25) Грех телоугождения произвел грех праздности, сладострастия; грех гордости — грехи неравенства, тщеславия, любостяжания. Все эти грѣх[и] вмѣст[ѣ] — недоброжелательства.

26) Есть только два возможные последовательные, но неразумные міросозерцан[iя]: 1) Тело есть — дух кажется; 2) Дух есть — тело кажется.

8 Февр.

[1)] Тело — проявление духа. Движение и тело суть необходимые условия сознания. Без тела и движения не могло бы быть сознания. Без сознания не было бы ни тела, ни движения, пространства и времени тоже.

[2)] Сознание есть условие отделенности, неполноты, ограниченности. То, что ограничено в человеке, — само в себе, неограниченное, не нуждается в сознании.

[3)] Хорошо начинать день молитвой о том, чтобы провести день или ту часть его, которая дана мне, исполняя волю Бога: свое назначение, и кончать день перед сном молитвой воспоминания и покаяния о том, в чем отступил от должного.

Во всем да будет не то, чего я хочу, и не так, как я хочу, а то, чего Ты хочешь и как Ты хочешь. Не хочу желать и ожидать чего-либо в будущем, ни успеха в деятельности, славы людской, ни сил телесных, ни самой жизни. Одного хочу, хочу, чтобы быть в Тебе и с Тобою, любить всегда и всех и в мыслях, и в словах, и в делах.

Да будет со мною не то, чего я хочу, и не так, как я хочу, но то, чего Ты хочешь и как Ты хочешь. Не хочу в будущем ни успеха деятельности, ни славы людской, ни телесных сил, ни продления жизни. Одного хочу: хочу для того, чтобы быть в Тебе и Тебя сознавать в себе, любить всех и в мыслях, и в словах, и в делах.

Всё не могу удовлетвориться формой молитвы. Сейчас вечер 9-го. Хочу выразить еще иначе — вот так:

Ничего не желаю в будущем, зная, что всё, что будет, будет благо; не желаю и похвалы людской, зная, что назначение мое не в любви людей ко мне, а в моей любви к ним, любви в делах, в словах, в мыслях.

Утро, встал оч[ень] рано и написал прибавление к письму Шмиту о науке. Потом письма, потом кончил о подат[яхъ], порядочно. Вечером читал.