23 сентября

Ездил с собаками. Скучал. Спал. Убил фазана. Обдумывал план романа и начал писать его. Надо сделать усилие над ленью и завтра — дурно ли, хорошо — писать.

20, 21, 22, 23. Только два последние дня писал понемногу Отрочество. Коли приняться, то можно кончить его в неделю. Вчера б[ылъ] у девки Ак[синьи], которая] очень понравилась мне, отдал ей последния деньги и хочу взять ее в станицу. Завтра поеду к ней и сделаю это предложение. [[6]].

Написал письмо тетке П[елагеѣ] И[льиничнѣ], советовал и обещал Грекам помощь, к[оторую] подам. Для 2) составил план С[евастополя] в Ав[густѣ], для 3) написал старосте, для 4-й ездил на позицию. Не писал Юности, не позаботился о людях и не делал счетов. Завтра: для 1) пишу письмо Ник[олинькѣ], покупаю вола и сено у Софьи Ивановны, для 2) пишу Юн[ость] и С[евастополь] в А[вгустѣ], для 3) делаю счеты и покупаю сено, для 4) езжу по дороге в Албат, строю батарею (и делаю смотр (поле).

Здоровье поправилось, приезжал Троицкой. — Поправил Юность. Вторая половина очень плоха.

Поехал на охоту, 6. В Судаково. Все меня считают надменным.

Написал письмо Тургеневу. Был у Рачинского. Застал сборище молодых профессоров. — «Мы, умные, тоже, мол, можем просто веселиться». Чичерин гордится, чему я очень рад. Перечел письмо ему. — Лучше, что не послал. Пикулин будет смотреть нынче. Не ужинаю и почти здоров. — Чахотка есть, но я к ней привыкаю. — Скучаю, что слишком ограничен мой кружок. Нет ли там ее — там, где меня нет. —

Лежал целый день. Ванна оживила. Читал Consuélo. Что за превратная дичь с фразами науки, философии, искусства и морали. — Пирог с затхлым тестом и на гнилом масле с трюфелями, стерлядями и ананасами. —

Был жив и 22. Встал бодр и весел. Даже ночью один сам с собой улыбался. Не брался за работу до отъезда Тани. Поработал, проводил и только что хотел сесть за работу, как пришел Пастухо[в] и Шамраевский. Пастухов поступил в учителя. Тож[е] и Долнер. Буткевич Андр[ей] едет в Москву. Получил хорошее письмо от Чертк[ова]. Я посадил их читать, а сам стал заниматься Кр[ейцеровой] Сон[атой], к[оторая] уж совсем не Кр[ейцерова] Сон[ата]. Всё клонит к тому, чтобы убийство б[ыло] просто из за ссоры. Прочел историю убившегося мужа и жены, убившей детей, и это еще больше подтвердило. Потом пилил с молодыми людьми, обедал и пошел провожать их к Туле. Приятно прошелся, встретил двух Маш и с ними весело приехали домой. Статьи Шекеров прекрасные две.

Встал рано, сел за Кр[ейцорову] Сон[ату], мало сделал, полежал, пошел к Осипу и с ним и Севастьяном до обеда рубил деревья. Устал. Мыслей мало; раза два воздерживался от злобы успеш[но]. Теперь 7 часов, записал и иду наверх читать. [Вымарано 4—5 слов.] Грустно вспомнить.

Но всё хорошо и полезно б[ыло] для души. Да, с Бестужевым, к[оторый] нападал на мысль о целомудр[ии] с точки заботы о продолжении рода, говорил следующее: По церковному верованию должен наступить конец света; по науке точно также должна кончиться и жизнь человека на земле и сама земля, что же так возмущает людей, что нравственная добрая жизнь тоже приведет к концу род человеческий. Может быть, это совпадает. В статье шекеров говорится то же самое. Там говорится: почему же людям воздержанием не избавить себя от насильственной смерти? Прекрасно. Тихо кончил вечер.

Свадебн[ый] день, 32 года. Е. б. ж.

33 года женатой жи[зни].

Кончил К[онецъ] В[ѣка]. Маша вне опасности. Милое, духовное письмо. — Сейчас — утро — письмо от интелигентн[аго] сына крестьянина с ядовитым упреком, под видом похвалы Вел[икому] Гр[ѣху], что я сам не отдаю свою землю. Ужасно стало обидно. И оказалось на пользу. Понял, что я забыл то, что живу не для доброго мнения этого кореспондента, а перед Богом. И стало легко и даже очень. Да, никогда не забывать всю серьезность жизни.

Здоров. Ходил. Встретил посетителей. Один, Ерофеев, умный, но, очевидно, славолюбивый и даровитый. Дома не неприятно, просто. Письма мало интересные. Ничего не могу делать. На душе недурно. Не принуждаю себя. Ездил верхом на Рвы, встретил Андр[ея] с женой. С ним тяжело. Обед с шампанским, дорогие блюда. Тяжело. Утром просители, тоже оч[ень] тяжело. И не совсем хорошо себя вел. Сейчас вечер, ложусь спать, не берусь за запись из книжки. Не хочется писать.

Нынче с утра С[офья] [Андреевна] ушла куда то; потом в слезах. Было оч[ень] тяжело. Куча писем. Есть интересные. Саша раздражена и не права. Обедал, читал М[акса] Мюллера Инд[ѣйскую] философию. Какая пустая книга. Потерял маленькую книжечку.

Был Николаев с милыми мальчика[ми]. Ложусь, 12 часов. Избегаю пассьянсы, хочу избегать игры. Жизнь только в настоящем.