Письмо А. Мирову с 11 августа 1910 г. по 12 августа 1910 г.

А. Мирову.1910 г. Августа 11—12. Я. П.

11 августа 10 г. Ясная Поляна.

А. Мирову.

Посылаю вам несколько книг, из которых вы узнаете яснее, как я понимаю о вере. Вкратце же попытаюсь высказать вам всё в простых и ясных словах. Прежде всего для того, чтобы можно было понять истинную веру, надо отказаться от ложной. Для того, чтобы строить дом, надо прежде всего расчистить место, а на старых, гнилых бревнах ничего дельного и прочного не построишь. Наше же понятие так с детства загромождено теми обманами, которые называются православной верой, что нам, прежде чем понять истинную веру, надо первым делом очистить место от всех тех чудес и таинств, мощей, икон и, главное, от веры в то, что всё то, что написано в книге библии, со всеми посланиями и откровениями, есть священное писание, будто бы данное людям самим богом. И потому надо прежде всего перестать верить всему этому, а брать из всего того, что нам выдается за истину, только то, что сходится с нашим разумом и совестью, что доступно, ясно и понятно самому простому человеку и даже ребенку. Говорят, что православное священное писание дано самим богом. То же самое говорят и учители других вер о своих священных писаниях. Но в том, что священные писания даны прямо от бога, кроме того, что они все различны, никак нельзя поверить. В то же, что наша совесть и наш разум, даны нам прямо от бога, в это уж никак нельзя не верить; и потому держаться надо не того, что люди нам выдают за священное писание, а того, что самим богом вложено нам в душу, — держаться нашей совести и разума.

А истинное учение веры очень просто, коротко и понятно всякому, если б только разные учители веры не запутывали этого; но всё в том учении евангелия, которое я послал вам. А еще короче истинное учение веры будет такое: бог дух вошел в душу каждого человека, и потому все люди не только братья, равные между собою, но во всех их живет один и тот же дух божий. Тела людей разделяют их между собою, но тот дух, который живет в них, соединяет их, и это единство душ мы познаем любовью. И потому весь закон бога, как и сказал Христос, — в том, чтобы любить бога всем сердцем и душою, ближнего, как самого себя. И что в этом одном весь закон бога (Мф. XXIII, 36—40). Об этом самом подробнее сказано в книжке Е[диная] з[аповедь], которую и посылаю вам. Все эти таинства, откровения, мощи, иконы, катехизисы, богослужения — всё это придумано только затем, чтобы затемнить и скрыть эту единую заповедь. А заповедь эта кроме того, что она дает истинное благо как каждому человеку отдельно, так и всем людям, особенно еще важна тем, что она не только не разъединяет людей, как наши православные, католические, протестантские, старообрядческие и другие секты, а, напротив, соединяет всех людей всего мира: двести пятьдесят миллионов индусов, 500 миллионов китайцев и других, исповедующих браминизм, буддизм, конфуцианство, таосизм, магометанство и друг.

И все эти веры, хотя часто и заглушенные разными ложными, как и у нас, наростами и обрядами, все так или иначе одинаково исповедуют единую заповедь любви к богу и ближнему.

Посылаю вам книжки о разных верах. Очень рад буду, если вам понятно и на пользу будет то, что я, много думавши об этих предметах и дошедши теперь до последнего предела жизни, старался, как умел, передать вам.

Ни ада не бойтесь, ни на рай не надейтесь. И ад, и рай мы сами делаем себе любовью или отсутствием любви в той одной жизни, которую мы знаем.

О том, что будет с нами после телесной смерти, я думаю так: если веришь в бога, то знаешь, что пришел ты в эту жизнь от бога, а потому и, уходя из этой жизни, придешь к тому же богу, от которого пришел. А бог есть любовь, а от бога любви, кроме всего хорошего, ничего быть не может.

Если же мы не знаем того, что с нами будет за гробом, то, видно, так этого хотел бог, и нам догадываться о том, что будет там, и придумывать разных ангелов и дьяволов и разные раи и ады совсем не должно, да и не нужно.