Письмо Гр. С. Н. Толстому от 1 мая 1849 г.

Гр. С. Н. Толстому.1849 г. Мая 1. Петербург.

Читай это письмо один.

Сережа.

Ты, я думаю, уже говоришь, что я самый пустяшной малой; и говоришь правду. — Бог знает, что я наделал! — Поехал без всякой причины в Петербург, ничего там путного не сделал, только прожил пропасть денег и задолжал. Глупо. — Невыносимо глупо. — Ты не поверишь, как это меня мучает. — Главное долги, которые мне нужно заплатить и как можно скорее, потому что, ежели я их заплачу не скоро, то я сверх денег потеряю и репутацию. — Ради Бога, сделай вот что: Не говоря теткам и Андрею, почему и зачем, продай Воротынку ¹ Уварову ² или Селезневу. ³ Это моя последняя ресурса, но без которой я не обойдусь, как для того, чтобы прожить, так и для того, чтобы в Опекунской совет заплатить. Мне до нового дохода необходимо 3,500 р. серебром, — 1,200 в 0. с.; 1,600 заплатить долги; 700 на прожиток. — Я знаю, ты будешь ахать, но что же делать, глупости делают раз в жизни. Надо было мне поплатится за свою свободу и философию, вот я и поплатился.

Некому было сечь. Это главное несчастие.

Сделай милость, похлопочи, чтобы вывести меня из фальшивого и гадкого положения, в котором я теперь — без гроша денег и кругом должен. — Мне в наискорейшем времени нужно сюда 800 р. с. и в Москве, как я писал Андрею, 300 и еще 150. За лес и лошадей получат верно 1,400, все их и нужно разослать — 450 в М[оскву], а остальные сюда. —

Воротынку же можно скоро запродать, препятствий, я думаю, никаких нет. Оболенский ⁴ говорит, что по Щербач. перезалогу вся задержка в доверенности: нет ни твоей, ни моей, ни Маш[инькиной] ⁵ свою я уже давно послал Митиньке. ⁶ Чего ты не понимаешь о том что мы будем квиты долгами? ⁷ Это значит то, что за что я у тебя взял даром лошадей? Это не было в разделе, да ежели бы и было, то было бы несправедливо, поэтому я тебе и писал, что с продажею лошадей мы будем квиты 1500 р. с. к[оторые] ты мне б[ыл] должен по разделу... Лошадей ты мне даль верно, коли не больше, чем на 1500 р. сер. А что я тебе это написал, а не сказал прежде, это потому, что мне и тебе было бы неловко об этом говорить. Не знаю от чего, а было бы неловко... Ты знаешь верно, что наши войска все идут в поход, и что часть (2 корпуса) перешли границу, и говорят, уже в Вене. Я начал было держать экзамен на кандидата и выдержал 2 — хорошо; ⁸ но теперь переменил намерение и хочу вступить юнкером в Конно-Гвардейский полк. Мне совестно писать это тебе, потому что я знаю, что ты меня любишь, и тебя огорчать все мои глупости и безосновательность. Я даже несколько раз вставал и краснел от этого письма, что и ты будешь делать, читая его; но что делать, прошедшего не переменишь, а будущее зависит от меня. —

Бог даст, я и исправлюсь и сделаюсь когда нибудь порядочным человеком, больше всего я надеюсь на Юнкерскую службу; она меня приучит к практической жизни и nolens volens ⁹ мне надо будет служить до Офицерского чина. — С счастием т. е., ежели Гвардия будет в деле, я могу быть произведен и прежде 2-х-летнего срока, Гвардия идет в поход в конце Мая. Я теперь ничего не могу делать, потому что, во первых, нет денег, которых мне нужно не много (все казенное), а, во-вторых 2) метрическия свидетельства в Ясной, вели их прислать как можно скорей. Не сердись на меня пожалуйста, я и то теперь слишком чувствую свое ничтожество, и исполни поскорей мои поручения. Прощай, не показывай письма этого тетиньке, я не хочу ее огорчать.

1. Воротынка, или правильнее Малая Воротынка, имение Богородицкого у. Тульской губ. с 22 душами, доставшееся по разделу 1847 г. Толстому.
2. Кто такой Уваров — сказать не можем.
3. Дмитрий Степанович Селезнев (1807—188.) — тульский помещик, скупавший земли. В 1879 г. у него было родовых в Тульской губ. 5400 дес. и купленных в разных губерниях 3200 дес.
4. Кн. Дмитр. Алдр. Оболенский. О нем прим. 7 к п. № 12.
5. Гр. Мар. Ник. Толстая.
6. Гр. Дм. Ник. Толстой.
7. О долге гр. C. Н. Толстому см. прим. 3 к п. № 14.
8. Манифест о содействии австрийскому правительству в подавлении венгерского восстания был издан 28 апреля 1849 г. Тогда же был двинут из Кракова к Вене отряд (из четырех пехотных полков и одной артиллерийской бригады, а не из двух корпусов, как пишет Толстой) под начальством Ф. С. Панютина. Слух, передаваемый Толстым, что отряд «уже в Вене», был неверен. Отряд остановился в Градище (между Ольмюцем и Гедингом).
9. В статье «Воспитание и образование», написанной в 1862 г., Толстой вспоминал: «В 48 году Лев Николаевич запамятовал: дело было несомненно в апреле 1849 г. я держал экзамен на кандидата в Петербургском университете и буквально ничего не знал и буквально начал готовиться за неделю до экзаменов. Я не спал ночи и получил кандидатские балы из гражданского и уголовного права, готовясь из каждого предмета не более недели». Левенфельд со слов Толстого писал, что Лев Николаевич «терпеливо сдал два экзамена по уголовному праву» (Ф. Левенфельд «Гр. Л. Н. Толстой. Его жизнь, произведения и миросозерцание». Перевод с нем. Изд. 2, М. 1904, стр. 39). В письме от 11 мая Толстой пишет, что держал один экзамен. Вероятно в один день был экзамен по двум предметам. Профессором уголовных и полицейских законов в петербургском университете в 1835—1856 г. был Яков Иванович Баршев (1807—1892); профессором российских гражданских законов 1843—1855 гг. был Константин Алексеевич Неволин (1806—1855).

Примечания