Письмо М. В. Алехину от 18 августа 1894 г.

М. В. Алехину.1894 г. Августа 18. Я. П.

Спасибо, дорогой друг Митрофан Васильевич, за ваше длинное хорошее письмо. Мы его читали вместе с Чертковым и вместе радовались. То, что пишете мне, возражая на мои слова о том, что все мы тем или другим путем придем к богу, совершенно справедливо. Я отступил от истины из желания не осудить и найти точку примирения. Тяжело осуждать, хочется не делать того, что делают те, кот[орые], считая себя в истине, осуждают других и нас. Одно, что можно, мне кажется, и что я и делаю, когда не увлекаюсь и слежу за собой, это не оспаривать, молчать, а говорить только тогда, когда тебя спрашивают, — не для спору, а из желания узнать.

Чертков дня 4 как уехал отсюда, и уехал очень больной лихорадкой, к[оторая] совсем ослабила его. Несмотря на болезнь он всё свое время и силы употребляет на работу служения богу, как умеет и может. Вчера приехал к нам Количка Ге. У него что-то неладно в семье, и теперь, после смерти отца, он оставляет хутор и ищет, где бы поселиться. Я ему советую идти к вам. Что вы скажете? Особенного между нашими друзьями, чего бы вы не знали, кажется ничего нет. Попов занят работой о Дрожжине, восстановляя отнятое. Он много узнал в своей поездке и о душевной силе людей, вносящих свет в жизнь, людей, неизвестных нам, и о жестокости и заблудности мучителей и гонителей. Жалко будет, если весь этот материал пропадет, не переданный людям. На днях был у нас Великанов. Знаете ли вы его? Это учитель в Земской школе Лукояновск[ого] уезда. Летом нынче был у меня юноша, его ученик, сильный, ясный юноша. ¹ И мне радостно было узнать, что около Великанова сложился кружок его учеников, людей христианского духа. Более ж всего меня радовало последнее время то, что в Европе происходит и явно обозначилось в последнее время христианское движение жизненное, т. е. проповедь изменения всего строя жизни. Такие люди — в Англии Кенворти, о к[отором] писали в «Неделе» ² и кот[орого] книги мы переводим и будем распространять, другой Морисон-Давидсон — прекрасные две книги его, которые переводятся. Люди эти в сношениях с нами и совершенно разделяют наши верования. То же в Германии. Нынче и на днях писал двоим. Один Грунский в Штутгарте издает журнал: Против течения, другой Шмит, сотрудник журнала: Религия Духа, и сочинитель прекрасной брошюры «Мамон и Велиал», в к[оторой] он отрицает кесарю кесареви, присягу и богатство. Тоже переведем. ³ Мне кажется, что одновременно разгорается свет с одной стороны и сгущается мрак с другой: казни, розги, гонения за веру, поощрение убийств на дуэлях; ⁴ в Европе безумная ненависть к анархистам с безумным приложением око за око. Писать письмо к госуд[арю], я писал, но ответа никакого не получал, только знаю, что оно очень не понравилось. Передайте мою любовь всем милым друзьям: Скороходову, Гастеву, Дудченке.

Л. Толстой.

1. 1. Иван Егорович Черкасов (см. письмо № 167).
2. 2. Статья Раппопорта «Толстовство в Англии (Письмо из Лондона)» («Неделя» 1894, № 20 от 15 мая).
3. 3. Статью Э. Шмита «Мамон и Велиал» («Mammon und Belial», Гамбург, 1894) Толстой имел в виду поместить в русском переводе в рукописном «Архиве Л. Н. Толстого».
4. 4. После запрещения в 1891 г. дуэлей семейным офицерам и тем, которые уже трижды дрались на дуэли, в 1894 г. приказом по военному ведомству за №№ 118 и 119 были вновь изданы «Правила о поединках», согласно которым дуэль признавалась обязательной во всех случаях, когда не могло быть достигнуто примирение или же примирение считалось несовместимым с традиционными понятиями об офицерской чести.