Письмо Н. Л. Озмидову от 24 марта 1887 г.

Н. Л. Озмидову.1887 г. Марта 24. Москва.

Дорогой [Николай Лукич]. Очень рад был получить ваше письмо и узнать, что вы живы и что вы работаете, но не посетуйте на меня, что ответа не дам на ваши вопросы. Не могу вдуматься, как надо, в них; а наобум отвечать хуже, чем совсем не отвечать. Знаю только, что руководства (manuel — как говорят французы) для нравственно-разумно-религиозной поддержки себя — очень нужны, и что вы можете сделать таковой прекрасно. И потому очень рад, что вы над этим работаете.

Я живу хорошо, живу — радуюсь оттого, главное, что дела очень много, как будто нужного людям.

Не хорошо вы говорите, что письма ваши сердят людей. Этого не надо. Если сердят, то виноваты письма. Что....? ¹ Теперь март, и всё поминаю о вас. Люблю вас и целую.

Л. Толстой.

Что вы как-то холодно пишете. Не описываете подробно, как

вы живете, как.... ² с мужем, ³ ваша жена, которой передайте мою любовь.

Что у меня в разных местах иначе выражено, это неоконченность или неформальность работы. Надо обращаться со всяким писанием, как с пищей, поглощать ее и претворять в свою плоть и кровь.

Я теперь уже более месяца занят писанием о том, что есть жизнь. Хочется и надеюсь выразить совсем просто и ясно, что жизнь есть совсем не та путаница и страдания, которые мы себе представляем под этим словом, а нечто очень простое, ясное, легкое и всегда радостное.

1. 1. Пропуск в копии.
2. 2. Пропуск в копии. Речь идет о дочери Н. Л. Озмидова — Ольге Николаевне Спенглер. См. письмо № 14.
3. 3. Федор Эдуардович Спенглер.