Письмо Н. Н. Страхова Толстому, 16 ноября 1887

16-го ноября 1887 г. Петербург.

Был я сегодня в Главном Тюремном Управлении, безценный Лев Николаевич, и узнал все, что нужно. Начальник — Михаил Николаевич Галкин-Врасский [Ныне член Государственного Совета, Статс-Секретарь.] пользуется репутацией милейшего человека и был вполне любезен. Он восторженный Ваш поклонник, и меня даже знает, и заявил, что дело это все в его ведении и не может встретить никакого препятствия. Нужно подать прошение на его имя; по закону супруг имеет право следовать за супругом; только теперь, так как он не сделал этого при самом начале ссылки, он должен будет ехать на свой счет. При прошении должен быть адрес просителя, и тогда очень скоро он подучит уведомление [Вероятно, речь идет об Иване Ивановиче Попове, арестованном в 1886 г., во время производства подворной переписи: он был заключен в Московскую Бутырскую тюрьму, а затем сослан в Сибирь. Толстой просил ходатайства о Попове у графини А. А. Толстой (см. Толстовский Музей, т. I; 2 письма Толстого к Попову, от апреля и октября 1887 г.,— в Сборнике писем Толстого, изд. П. А. Сергеенком, т. II, стр. 88-89 и 92).].

Предлагаю Вам себя и впредь в посредники: буду ходить за справками, блого знаю двери.

Статья моя о Тимирязеве [См. выше, стр. 353.] уже большею частию набрана, и я держал уже корректуру. Она появится в ноябрьской книжке Русского Вестника, которая издается уже здесь [Под редакцией ф. Н. Берга.]. Окончание статьи, меньшая часть, будет в Декабре; она почти готова и я сяду за её полное изготовление после этого письма [Толстой читал статью Страхова, как видно из письма к последнему В. С. Соловьева от декабря 1887 г.: "В прошлое воскресенье,— писал он,— зашел ко мне вторично Л. Н. Толстой и с восторгом говорил о Вашей статье против дарвинизма. Относительно сделанных им из яея заключений (что дарвинизм есть такая глупость, которая не стоит опровержения, что увлечение этою теорией было невольным сумасшествием и т. д.) je réserve mon opinion, ко самую статью Вашу, конечно, прочту не с меньшим восхищением, чем он". (Письма В. С. Соловьева, т. I, С.-Пб. 1908, стр. 48).]. Перенесение Р. Вестника в Петербург было для меня большою неприятностию. Нового редактора ф. Берга я знаю больше двадцати пяти лет; это человек очень узкий умом, полуграмотный и недобросовестный. Литература теперь имеет такой дикий вид, что тоска берет. А вероятно будет еще хуже!

С Тимирязевым мне тоже было досадно возиться; он очень рьян, но твердости у него никакой нет; я разбил его в щепки, но боюсь в статье будет слышен недостаток воодушевления. Если бы не память Н. Я. Данилевского, не писал бы я о дарвинизме ни единого слова.

Репину я сообщил Ваше разрешение и обрадовал его чрезвычайно [По поводу издания снимка с портрета Толстого за письменным столом.]. Как будто в награду он подарил мне большой фотографический снимок с писанного им Вашего портрета. Что за прелесть! Обделаю в рамку и повешу.

Дай Бог, чтобы пропустили Вашу книгу ["О жизни и смерти".]. Впрочем, все равно. Киевская Дух. Академия недавно назначила премию Макария, 1750 р., за разбор В чем моя вера, а сегодня в газетах объявляют о книге Д. П. Григорьева [Книжка артиллерийского генерала Дмитрия Петровича Григорьева (род. 25-го октября 1827, ум. 21-го февраля 1896 г.) "Христианские вопросы жизни. По поводу сочинения гр. Л. Толстого "В чем моя вера", СПб. 1887; изд. 2-е, посмертное, вышло в 1899 году.], которая посвящена этому самому предмету. Значит дело идет. Галкин-Врасский тоже очень хорошо сказал, что Вы будите нравственное чувство и что сам Бог посылает подобных писателей для того, чтобы нас образумить. Слышал я также недавно от одного приезжего из Киева, что митрополит Платон [Платон (Городецкий), Митрополит Киевский и Галицкий с 4-го февраля 1882 но день смерти — 1-го октября 1891 г.] осуждает запрещение Ваших сочинений, считает их чрезвычайно полезными. Приезжий прибавлял, что ему известны многие случаи, когда нигилисты бросали свои затеи и становились христианами, Вашими последователями.

Дай же вам Бог и здоровья и всякого успеха!

Очень вожусь теперь с Вашими сочинениями, раздумывая о том, что выбрать из них для школьного чтения. Начал с Войны и Мира и вижу, что дело труднее, чем я думал.

Пока, простите меня! Графине мое усердное почтение.

Ваш всею душою Н. Страхов.

1887. 16 ноября. Спб.