Письмо Н. Н. Страхова Толстому, 24 октября 1878

24-го октября 1878 г. [Петербург].

Русская Библиотека. T. II.

Л. Н. Толстой.

Детство. Отрывки:

Наталья Савишна т. I, 53— 64.

Смерть матери " I, 115–131.

Три смерти " II, 271–291.

Севастополь в Декабре " III, 99–120.

Война и Мир. Отрывки:

Шенграбенское сражение т. V, 295–311, 322–327, 332–336. Смотр перед Аустерл. битвой " V, 414–420.

В Лысых горах ,, VI, 51— 60.

Охота на волка " VI, 356–374.

Святки в Отрадном " VI, 400–416.

Александр I в Москве " VII, 119–137.

Бородинская битва " VII, 324–351.

Ростовы и князь Андрей " VII, 498–512.

Безухов в Москве, занятой французами " VIII, 49— 72.

Смерть князя. Андрея " VIII, 79— 94.

Наполеон оставляет Москву VIII, 131–140.

Басни:

Камыш и маслина (по Езопу) " IV, 409.

Ворон и лисица (по Езопу) " IV, 412.

Два мужика "IV, 424.

Мужик и лошадь ,, IV, 425.

Топор и пила " IV, 426.

Собаки и повар " IV, 426.

Корова и козел " IV, 429.

Разсказы для детей.

Как я выучился ездить верхом " IV, 436–9.

Лозина т. IV, 439.

Русак "IV, 455–6.

Кавказский пленник " IV, 477–509.

Анна Каренина. Отрывки:

Бал в Москве " IX, 120–132.

Скачки в Красном Селе " IX, 303–313.

Уборка сена " X, 59— 67.

Сватовство Левина за Кити " X, 251–268.

Конец.

NB. Показаны томы и страницы по изданию Сочинения гр. Л. Н. Толстого, Москва. 1873–78, T. I—XI.

Вот, безценный Лев Николаевич, выбор, мною сделанный. Прошу Вас, взгляните, и если чем недовольны, поправьте [26-го октября Страхов писал Фету: "В эту минуту я занят составлением выборки из сочинений Льва Николаевича, для Русской Библиотеки Стасюлевича. Посмотрю, что вы скажете о моем выборе" ("Русск. Обозр." 1901 г., вып. I, стр. 82).]. Поправить нельзя только первые два отрывка, которые не я и выбирал, а выбрал сам Стасюлевич, велел набрать и даже напечатать 1-й лист, не сказавши мне. Я тотчас же остановил его и не решился уничтожить набранное только потому, что это было бы вычтено из платы автору. А выбор я делал по двум соображениям: 1) Нужно было выбрать как можно меньше, чтобы книжка стоила дешевле и больше денег осталось Вам 2) Нужно было выбирать пригодное для учащихся, для молодых людей. Первое условие меня очень мучило; составивши длинные списки Ваших перлов, я должен был вычеркивать и опять вычеркивать, и жертвовать самыми чудесными вещами. Второе условие мало меня затрудняло — Вы писатель целомудренный и глубокий.

Теперь я жду корректур, и если Вы найдете, что нужно сделать перемену, то все еще возможно. Но если Вы пожелаете что-нибудь прибавить, то это значит вычесть из своих денег. Я нахожу это лишним. И то много помещено. Самый толстый том Русской Библиотеки,— Салтыкове, 8-й. Он точно обрадовался, что его приняли в классические писатели, и дал в полтора раза больше, чем Пушкин, Лермонтов — —

Ваш томик разойдется не хуже Тургенева,— а того уже нет в продаже. Деньги, полагаю, Вы получите сейчас по напечатании — мне совестно было спросить у Стасюлевича, но так он делал с другими, как я слышал.

Очень меня огорчает, что так давно нет от Вас никакого известия. Не знаю что думать [О том же Страхов писал и Фету 26-го октября. ("Руcск. Обозр." 1901 г., вып. I, стр. 82).]. Уж не пропали ли мои или Ваши письма? Тут были такие случаи недавно: пропало одно мое городское письмо и пропали два московских письма на мое имя. Успокойте меня, безценный Лев Николаевич! Черкните две строчки, чтобы только знать мне, что все благополучно в Ясной Поляне.

В сравнении с Вашим молчанием здешния новости не так занимают меня, чтобы о них распространяться. Я немножко расклеился, вероятно от увеличения давления атмосферы, которое всегда дурно на меня действует. Мои сожители очень огорчены: ф. Берг [федор Николаевич Берг (род. 1840), поэт, романист и журналист; редактором "Нивы" был до начала 1880 г.], потерявший Русский Мир, подкопался под Стахеева [Д. И. Стахеев; см. выше.], подбил издателя [А. Ф. Маркса.] отказать ему от редакции Нивы и сам стал редактором. Стахеев остался без места и без работы (деньги у него есть — накопил тысяч пять). Погода у нас стоит отвратительная, часто среди дня приходится зажигать газ в Публичной Библиотеке.

Получил очень милое письмо от Голохвастова [См. выше.]. Пишет, что на зиму они едут в село Макателем, к Карамзиным [Вероятно, Александр Николаевич Карамзин (род. 1815, ум. 1888), помещик Нижегородской губернии, женатый на княжне Наталии Васильевне Оболенской.]; это их не радует. Пишет, что разсказывает сказки своей Арочке и что собирается писать их стихами. Буду отвечать — очень похвалю его за это.

О моих занятиях, которые иногда интересуют Вас больше, чем меня самого, скажу, что всего настойчивее просятся три вещи: 1) О числе, первая глаза книги.— 2) Об истории — маленький очерк.— 3) Описать свое нынешнее душевное состояние. В это состояние я загнан неизбежно; нельзя ни ждать от себя новых сил, ни даже надеяться на случай действовать в ином и лучшем роде. Спрашивается, чем же я живу? Чего от себя добиваюсь и в чем полагаю то хорошее, без стремления к которому мне было бы стыдно жить? Мне представляется, можно написать любопытный этюд, только очень грустный. Да, вот причина, почему мне трудно писать воспоминания: нужно держать известный тон, а я не найду настоящего. Душа у меня так разшатана, что я мог бы написать в торжественном, в светлом, в комическом, в отчаянном — но в простом не съумею.

Но я заболтался. Завтра еще раз взгляну, нет ли на вешалке [В Публичной Библиотеке.] письма — и пошлю Вам свое.

Еще раз умоляю — напишите хоть что-нибудь, пусть Сережа [Сын Толстого.] напишет, наконец браните меня, но дайте о себе весть.

Всею душою ваш Н. Страхов.

1878 24 Окт.