Письмо Н. В. Лихареву от 20 мая 1865 г.

Н. В. Лихареву. Черновое.1865 г. Мая 20. Я. П.

Милостивый государь

Николай Владимирович!

Обращаюсь к вам с просьбой не столько по праву непродолжительного и давнишнего знакомства, сколько по известной мне репутации вашей прямого и благородного человека и даже уверен, что, как ни странна бы показалась моя просьба другого рода человеку, вами она будет исполнена, насколько это находится в вашей власти.

Вы знаете, о чем я хочу просить вас — о векселе, который вы имеете на имение покойного зятя. ¹

Надеюсь, что вы обо мне достаточно хорошего мнения, чтобы предполагать, что женщина (какая бы она ни была), пожертвовавшая всем для покойника, с детьми, без положения в обществе, ² по моему мнению, должна быть обеспечена так же, как и он и его дети. Ежели бы этого не было сделано, то, поверьте, что я первый, насколько это было бы в моей власти, позаботился исправить это. Доказательством искренности этого может вам служить то, что я поссорился было с сестрой, восставая против ее намерения оспаривать все векселя. (К несчастью, это был напрасный труд.)

Но между тем, чтобы обеспечить ту женщину и тех детей, и тем, чтобы в пользу незаконных детей расстроить состояние законных — есть большая разница. А между тем, положение именно такое. У моего племянника и племянниц (скоро студента и скоро невест) — 3000 дохода, колеблющегося, неверного, как все доходы в наше время, 8000 долга, никаких ресурсов кроме этого, и они выросли уж, воспитаны, как графы и графини Толстые. —

Я уверен, что покойный зять и ваш друг не хотел бы этого. Выдавая векселя, он не рассчитывал на проценты, не рассчитывал на неизбежную беспомощность женского управления, и вообще последнее время — больной, отдаленный от своих законных детей и подпавший влиянию той женщины, он сделал больше того, что сам хотел.

Зная его серьезный и честный взгляд на семейные отношения, я убежден, что он в спокойные и светлые минуты не сделал бы того, что он сделал, т. е. не обделил бы законных детей в пользу незаконных. Впрочем, вы, как друг его и видевший его последнее время, знаете это лучше меня.

Как бы дело ни было формально обставлено, сущность его, по моему мнению, такова:

Вы — душеприказчик, друг, человек, пользующийся полной доверенностью покойного, и тот, кому поручено сделать раздел между теми и другими. —

Положа руку на сердце, как благородный человек, взвесив всё, скажите, добросовестно ли сделан раздел? Спросите себя: исполняя все формальности, получая все деньги с процентами, даже не принимая свидетельства по номинальной цене (так следует) и запутав совершенно тем дела малолетних, лишив их возможности привычной жизни, в самую дорогую пору юности, поступите ли вы справедливо и исполните ли главное желание вашего друга, который не предвидел всех тех обстоятельств, которые я выставляю вам, в ту минуту, как делал свои распоряжения.

От вас зависит сделать истинно справедливое и благородное дело и доказать, что выбор вас покойным был справедлив.

Сделайте по совести раздел, который находится в вашей власти.

Вот о чем я прошу вас. И чего я вполне ожидаю от вашего чувства справедливости.

С истинным уважением имею честь быть

Ваш покорный слуга

граф Лев Толстой.

20 мая.

1. 1. 3 января 1865 г. В. П. Толстой выдал Н. В. Лихареву три заемных письма, в общей сложности на 18 000 р.
2. 2. Толстой имеет в виду Елену Гольцеву, которая жила с В. П. Толстым и имела от него детей.