Письмо О. Н. Озмидовой от 10 августа 1886 г.

О. Н. Озмидовой.1886 г. Августа 10. Я. П.

Милая....! ¹ Пишет за меня, Льва Николаевича,....; ² а пишет потому, что я пятый день лежу больной ³ рожею на ноге, и больно всякое движение. Первое письмо ваше так порадовало меня своею ясностью, простотой и, главное, сведениями о вашем путешествии и о всех вас. Ятак и надеялся, и надеюсь получать сведения о вас через впечатления вашей души. Была и в первом письме унылая нотка, ⁴ я заметил ее. И вот, простите меня, она разрослась до ребяческого, жалостного плача, неимеющего никаких разумных причин; ⁵ но спасибо вам, что вы написали мне и это; продолжайте также писать.

Какое может быть безлюдие для вас, уже только с отцом, с матерью. Есть во всех нас какая-то странная черта в отношениях между родителями и детьми, и обратно. Есть большая любовь и недостаточное внимание к их жизни. Далеко, далеко нет такого серьезного внимания к жизни отца, дочери, какое есть к самому чуждому человеку, и я борюсь для себя с этим заблуждением, которое встречаю везде, и вам советую сделать то же. Вы говорите: «Далеко от людей». Далеко от людей, тем ближе к Богу; святые люди, Индийцы и христиане всегда признавали, и совершенно справедливо, что удаление от людей, есть средство приближения к Богу. Ошибка их была в том, что они это умышленно делали; на вас же этой ошибки нет. A переделывать в своем воображении совершившееся, жалеть, упрекать, это верное средство погубить свою жизнь.

Крепитесь же, милая...., ⁶ пишите все — и хорошее, и дурное, и побольше подробностей. Большое спасибо вам за вечернюю приписку ⁷ в конце письма; она меня порадовала и успокоила. На всех находят тяжелые минуты, большею частью имеющия физическую причину. Главное, надо стараться, чтобы под состояние общее грусти и раздражения не подставлять выдуманных причин этой грусти и этого раздражения. «Мне грустно, я раздражена», отчего, на что? Когда человек дойдет до того, что искренно ответит себе: «ни от чего, ни на что», а просто грустно, просто раздражена, тогда и грусть, и раздражение пройдут очень скоро. Поцелуйте вашего отца за меня и поподробнее напишите о нем. Передайте привет всем вашим. Вам скучно, a мне вам завидно.

1. 1. Пропуск в копии письма, имеющейся в распоряжении редакции. По содержанию здесь следует вставить: Ольга Николаевна.
2. 2. Пропуск в копии письма, имеющейся в распоряжении редакции.
3. 3. В начале августа 1886 г. Толстой, слезая с воза, ушиб ногу о грядку телеги, отчего получилось воспаление надкостницы, почти на два месяца приковавшее его к постели.
4. 4. В этом письме О. Н. Озмидова описывала свой переезд на Кавказ и между прочим писала: «Я на всё это пока смотрю с недоверием, мне кажется, что божеского ничего не будет. Если мы хороши, то все равно где ни жить, а если плохи, то, конечно, Кавказ не поможет» (из письма О. Н. Озмидовой от 19 июля 1886 г. АТБ).
5. 5. В следующем письме от 2 августа 1886 г. О. Н. Озмидова сообщала о своих впечатлениях на Кавказе (где она жила в Толстовской колонии) и о своем угнетенном душевном состоянии. Ко Льву Николаевичу она обращалась с просьбой: «Помогите мне, напишите хоть что-нибудь, хоть совсем не об том, о чем я пишу. Ваше слово укрепит меня, потому что оно непременно будет в связи с богом, а я его потеряла теперь. Теперь я совсем упала духом, — прошу помощи, а ведь сама знаю, что ее не может дать мне никто, кроме Христа и моего общения с ним. Пишу оттого, что очень у меня холодно и тяжело на душе. Я совсем одинока, и Христос далеко от меня. Только мысли со мною и одна другой ужасней и чернее» (АТБ).
6. 6. Пропуск в копии письма, имеющейся в распоряжении редакции. По содержанию здесь следует вставить: Ольга Николаевна.
7. 7. О. Н. Озмидова писала: «Я писала это всё утром, писала и плакала, теперь вечер, и я говорю спокойнее. Надо пожить еще вместе с моими, работать над собою, сделать всё, что я могу и тогда уже искать выхода другого, а то рано еще слишком отчаиваться, терпение и любовь, пополнее, побольше!» (из письма О. Н. Озмидовой от 2 августа 1886 г. АТБ).