Письмо С. А. Толстой от 25 октября 1895 г.

1895 г. Октября 25. Я. П.

Хотел тебе написать, милый друг, в самый день твоего отъезда, под свежим впечатлением того чувства, к[оторое] испытал, а вот прошло полтора дня, и только сегодня, 25-го, пишу. Чувство, к[оторое] я испытал, было странное умиление, жалость и совершенно новая любовь к тебе, — любовь такая, при кот[орой] я совершенно перенесся в тебя и испытывал то самое, что ты испытывала. Это такое святое, хорошее чувство, что не надо бы говорить про него, да знаю, что ты будешь рада слышать это, и знаю, что от того, что я выскажу его, оно изменится. Напротив, сейчас начавши писать тебе, испытываю тоже. Странно это чувство наше, как вечерняя заря. Только изредка тучки твоего несогласия со мной и моего с тобой уменьшают этот свет. Я всё надеюсь, что они разойдутся перед ночью и что закат будет совсем светлый и ясный. Не писал же я тебе п[отому], ч[то] всё продолжаю быть не бодр мыслью. И не то, что глуп, а нет энергии, охоты писать. И знаю, что пересиливать себя не надо. Так нынче прекрасный, теплый тихий день, и я поехал верхом в Тулу, только чтобы прокатиться. Сегодня же приехал Колаша ¹ и Илюша, к[оторый] забросил в Козловке записку, ² чтобы за ним выехали. Я застал его еще в Туле, был на почте и вместе с ним вернулись. Он бедствует, переводит свой залог в дворянский банк и хочет просить у тебя 1000 р[ублей].

Мы живем хорошо. Я завтра перейду наверх, чтобы не топить нижнюю комнату. От Тани письмо ³ было вчера вечером, с лошадьми, возившими людей. Она пишет, что будет здесь в понедельник, а в Москве днем раньше. Задержалась она затем, чтобы увидаться с Таней сестрой, кот[орая] приезжает в пятницу. Пишет, что она ведет себя не легкомысленно, отказалась от двух литерат[урных] вечеров, Икскуль ⁴ и Гуревич, ⁵ но что ей хорошо, особенно у Эрдели. 6 — Как твое здоровье и твои отношения с мальчиками? И то, и другое важно очень. Если бы они хоть в сотую долю жалели, и, главное, понимали тебя, входили в твое душевное состояние, как я. — Только бы они не одуряли себя всякими дурманами, не спешили никуда, они никогда бы не сделали тебе больно, п[отому] ч[то] оба любят тебя. Целую их и милую Сашу. Без нее пусто и без ее смеха не так весело. Прощай пока.

Л. Т.

На конверте: Москва. Хамовнический переулок, дом Толстого. Софье Андревне Толстой.

1. Н. Л. Оболенский.
2. Записка эта не сохранилась.
3. Письмо это неизвестно.
4. Варвара Ивановна Икскуль, рожд. Лудковская — жена посла в Англии К. П. Икскуль.
5. Л. Я. Гуревич.