Письмо В. Г. Черткову от 14 июня 1891 г.

1891 г. Июня 14? Я. П.

Ну, уж не знаю, на какое письмо отвечаю вам, дорогой друг В[ладимир] Г[ригорьевич]. Так давно я не писал, а вы напротив так, спасибо вам, часто писали последнее время. Нынче получил письмо с моими переписанными письмами, а недавно с листочками мыслей и планом издания Собирателя. Все очень хорошо. Мысли мне многия очень понравились: об учительстве, волнообразном изменении ролей. 1 «Один учитель у вас Христос». 2 И еще о том, как важнее всего отношение с Богом, a последствия этого отношения уже само собой отношения с людьми. 3 — Но с тем, чтó в нынешнем письме о примирении со всеми пониманиями, я не совсем согласен. Нельзя примириться с ложным пониманием учения Хр[иста] — истины, пока все не сойдутся в единении, не может быть примиренья настоящего.

Может быть и должно быть стремление к миру, но не примиренье. Вместо инквизиций — тюрьмы, вместо проклятий — споры, 4 вместо споров — молчание, т. е. движение к примирению. Примирение будет, когда все будем в истине.

Вчера к нам пришли Хохлов Петр 5 и Алехин Алексей. 6 Евг[ений] Ив[анович] знает их обоих и знает, какие они хорошие. Ал[ехин] б[ыл] у Поши и идет теперь к своему брату в Харьк[овскую] губернию, подле Хилкова, 7 а Хохлов хочет остаться у Булыгина 8 или Буткевича 9 на лето. Ему отложили экзамены до августа, но едва ли его оставят в училище. От него требовали, чтобы он говел, а он пошел к священнику и скавал, что не может этого сделать и почему.

Около Хилкова живущаго Дудченко, одного выслали, 10 а Симонсон, 11 брачно живущую с старшим Дудченко, 12 послали по этапу в Тверь.

На днях прочел случайно духовную книгу, издание Афонского монастыря «Невидимая брань». 13 Очень хорошая. Я пошлю ее вам. Вот работа Гале. Переделать ее — выпустить лишнее и неверное и перевести на хороший язык. Она так хорошо сделала Тихона. 14 Только здесь надо передавать своими словами. Очень рад бы был, если бы понравилась. Могла бы выйти прекрасная книга. —

Вегетарьянскую книгу плохо переводят. 15 Я еще попробую, а если нет, пришлю вам. Маленькая книга не так хороша.

На днях был в Туле на бойне для предисловия. 16 Очень хочется написать. —

В голове смутно и ничего больше не пишется — не взыщите. Привет всем вашим. Радуюсь увидать Ваню. 17 Журавов очень вам благодарен и вполне счастлив. Прощайте.

Л. Т.

Примечания

Полностью публикуется впервые. Отрывок напечатан в ТЕ 1913, стр. 96—97. На подлиннике надпись синим карандашом рукой Черткова; «14 июня 91. 289». Дата эта не вполне подтверждается и должна быть принята лишь условно, так как имеется некоторое противоречие между источниками, при помощи которых она может быть проверена. Толстой пишет, что к нему вчера пришли Петр Хохлов и Алексей Алехин, а по Дневнику Толстого, они пришли к нему 13 июня. Но запись сделана в Дневнике через 5 дней, в дневнике же С. А. Толстой приход в Ясную поляну отмечен в записи от 12 июня, причем сказано, что они пришли «вчера». См. «Дневники гр. С. А. Толстой. 1891—1897», М. 1929, стр. 51.

Толстой отвечает на письма Черткова, помеченные 29, 30 мая и 4 июня. По неизвестной причине они были получены с большим запозданием, — письмо от 4 июня получено 10 июня, а письмо от 30 мая — в день написания комментируемого письма.

В письме от 30 мая Чертков писал: «мне кажется, что то новое, что следует в настоящее время (конец XIX века) не то, что прибавить к учению Христа, а извлечь из него и обнаружить в себе для отражения в людях, есть — примирение всего путем одинаково любовного и смиренного отношения ко всему внешнему, совершенно независимо от того, совпадает ли оно сколько-нибудь или нет с нашим внутренним сознанием истины». Посылая вместе с этим письмом Толстому копии с своего перевода и английский язык письма Толстого к англичанину Кэмплину от 27 января — 6 февраля 1891 г. (т. 65) и с письма Толстого к А. В. Алехину от 14 мая 1891 г. (т. 65), Чертков писал: «Письма ваши я теперь никому не даю списывать (кроме Евгения Ивановича, который иногда списывает некоторые в свою тетрадку, которую он никому почти даже не показывает). Показываю же я ваши письма лишь очень немногим самым близким по духу людям, как например Русанов. Переписчиком же для меня в этих случаях служит старый друг, которого я близко знаю с его детства, и он не выпускает из рук и никому не показывает этой переписки, а письма ваши переписывает в том же доме, где я живу». В письме от 4 июля Чертков писал Толстому, что посылает ему черновой схематический план сборника «Собиратель» и запись своих мыслей.