Письма · т. 87, № 280
Письмо В. Г. Черткову от 16 февраля 1891 г.
1891 г. Февраля 16. Я. П.
Вы, верно, получили мое коротенькое письмо в то время, как писали мне. Не работается. На дороге стоит статья о науке и иск[усстве] и о непр[отивлении] злу. 1 О Сергие не смею думать. 2 А кое как не хочется. Я его и отложил от того, что он очень мне дорог. Борьба с похотью тут эпизод, или скорее одна ступень, главная борьба с другим — с славой людской. Да не хочу так рассказывать. Нынче еду с Машей к брату на неделю. 3 Пишите все также. До свидания, дорогие друзья. Как радостно было ваше последнее письмо. Боюсь только, чтоб В[аня] Гор[бунов] не приехал во время моего отсутствия. 4 Впрочем я прошу его приехать туда. —
Л. Толстой.
На обороте: Воронежск. губер. Россоша. Владимиру Григорьевичу Черткову.
- 1. В Дневнике от 14 февраля 1891 г. Толстой писал: «Сейчас и нынче, как и все дни, над тетрадями начатых работ о науке и искусстве и о непротивлении злу и не могу приняться за них». Толстой имеет в виду свою статью «Об искусстве» (см. т. 30) и книгу «Царство Божие внутри вас» (см. тт. 28 и 29).
- 2. Повесть Толстого «Отец Сергий». О ней см. № 251.
- 3. В Дневнике Толстого от 17 февраля записано: «Собрался вчера ехать в Пирог[ово], да раздумал».
- 4. Иван Иванович Горбунов приехал в Ясную поляну 20 февраля и уехал 28 февраля.
Источник: Полн. собр. соч., т. 87, № 280, с. 71–73
Письма других лет за этот день · дневник Толстого в тот же день
Примечания
Полностью публикуется впервые. Отрывок напечатан в ТЕ 1913. стр. 91. На бланке закрытого письма (секретка). На подлиннике надпись синим карандашом рукой Черткова: «Я. П. 17 февр. 91 № 275». Почтовый штемпель отправления: «Тула 17 фев. 1891». Датируется днем, предшествовавшим почтовому штемпелю отправления.
Толстой отвечает на письма Черткова от 6 и, может быть, 14 февраля. В первом из этих писем Чертков писал: «Живем мы мирно и любовно. Евгений Иванович такой милый, сердечный, чуткий и терпеливый при всей определенности его понимания жизни, что сожительство с ним — великая радость для нас». Далее Чертков говорил о том, что для его внутренней жизни ценна та «духовная помощь» в борьбе с чувственностью, которую можно извлечь из повести Толстого и, присоединяясь к просьбе Е. И. Попова окончить скорее «Отец Сергий», писал: «... еще раз прошу вас довершить то, что было начато под добрым побуждением, договорите конец не в литературной форме, а просто письмом, как вы начали: мы поймем всё, что нужно; а я уже присмотрю за тем, чтобы эта вещь, если когда-нибудь и распространится, то именно не под формою обработанного произведения, а просто рассказа, наскоро и без всякой отделки переданного в частном письме для нескольких друзей, достаточно близких к вам по стремлениям своей души, чтобы хорошо понять и то, что не договорено. Пусть это будет один рассказ ваш, оконченный так, как вы его начали, т. е. не произведение писателя, а простой как бы устный при живом общении рассказ брата и друга, обращенный менее опытному и более слабому товарищу на том же пути.
В письме от 14 февраля Чертков писал о том, что у него с Лесковьм вышло недоразумение, о котором ему хотелось рассказать Толстому, но письменно это очень трудно, да, кажется, и не нужно. «Он просто меня не понял и потому кажется не совсем поверил моему объяснению. А я ошибся в том, что, будучи в возбужденном состоянии, неосторожно наговорил ему такого, чего он не понял и объяснил себе превратно. Вышло то, что я его оттолкнул от себя. И как мне ни больно и ни жаль, но по делом мне. Со «словом» нужно обращаться осторожнее. Если входишь в положение того, с кем беседуешь, и думаешь о нем, а не о себе, то никогда не скажешь лишнего. А я поступил наоборот».