Письмо В. Г. Черткову от 20 ноября 1885 г.

1885 г. Ноября 20. Москва.

Я вчера захворал — флюс сильный, жар и лежал и в этот день получил письмо от брата Залюбовского, ¹ того, который отказался отбывать воинскую повинность и присягать. ² Оказывается, что это человек очень сильный, и он перестрадал уже пропасть. Сидел в больницах, пересылался с этапами, с каторжными, переводился из одной части в другую и везде отказывался от исполнения военной службы на основании того, что христианин не может убивать. Очевидно, начальство взволновано, не знает, как поступить, — дело доходило до военного министра и главного штаба, и его отправили в Закаспийский край, в Асхабад. — И на вопросы его брата, офицера в артилер[ийской] академии, сказали ему, что дело его брата — тайна, и брать боится, чтобы его не расстреляли. Я сейчас написал Ел. Ив. Шуваловой и жене в Петербурга (она 3-го дня уехала). Нужно выхлопотать то, чтобы с ним было поступлено, как с менонитами ³ и др., т. е. по закону, и главное, чтобы мучители знали, что он не один. — Я сейчас спишу вам название части, где он, и вы напишете, кому можно. Поправились ли вы духом? Жду вас с большою радостью. Сейчас получил из Ясной Пол[яны] ваше длинное письмо о том, как вы собой недовольны. Правда, что мне очень грустно становится, читая это. Но я рад и благодарен вам за то, что вы мне все так пишете. Правда все покрывает. Постараюсь написать тексты.

Письмо Залюбовского осталось у Шуваловой. Сейчас послал за ним.

Залюбовский был зачислен в 14 артилер[ийскую] бригаду и по распоряжению Главного Штаба 23 октября отправлен с перепиской о нем в распоряжение начальника штаба закаспийской области для назначения его этим начальником в одну из тамошних батарей. Больше ничего брату его в Штабе не сказали.

1. 1. Брат Алексея Петровича Залюбовского, Анатолий Петрович Залюбовский, в то время — офицер Михайловской артиллерийской академии в Петербурге, впоследствии — начальник Сестрорецкого оружейного завода.
2. 2. В 1884 г. проживавший в Москве Алексей Петрович Залюбовский (р. в 1863 г.), знакомый H. Л. Озмидова и через него связанный отчасти с Толстым, в ожидании призыва на военную службу написал Толстому письмо с просьбой о совете, как ему поступить: он сознавал, что отбывание воинской повинности не согласуется с его воззрениями, но вместе с тем его мучила мысль о горе, которое он причинит матери последствиями своего отказа. Так же, как и в случае с обращением «Стрелкового прапорщика» см. п. Толстого № 19 от 6 июня 1884 и прим. 3 к нему Толстой решил оставить письмо без ответа. О мотивах такого своего решения он пишет теперь брату Алексея Залюбовского, Анатолию, в ответ на сообщение о тех мытарствах, которым тот подвергается вследствие своего отказа нести военную службу и присягать. «Я много думал над его письмом, — говорит он, вспоминая его просьбу о совете, — и решил тогда не отвечать. Учение Христа никаких поступков не предписывает, оно показывает истину, вопросы же о том, как поступить в данном случае, решаются каждым в своей душе... и решаются не так, что я хочу так же хочу поступить по учению Христа, а так, что я не могу поступить иначе...» См. письмо к Анат. Залюбовскому от 21 ноября 1885 г. в т. 63. Узнав о решении Алексея Залюбовского отказаться от исполнения воинской повинности, Толстой, по его словам в том же письме к Анат. Залюбовскому, следил зa его судьбою и на основании дошедших до него, неверных, как оказалось, сведений — считал, что он благополучным образом уволен от фронтовой службы. Поэтому письмо от Анат. Залюбовского, содержание которого он передает Черткову, произвело на него особенно сильное впечатление. «То, что ваш брат сделал и делает, — пишет он Анат. Залюбовскому, — это великое дело, которое может совершить человек в жизни. Не знаю, как бы я выдержал, но я ничего так не желал бы для себя и для своих детей». В тот же день, когда было написано письмо к Черткову, Толстой, обращаясь с просьбой сделать для Залюбовского всё возможное к петербургскому художественному критику В. В. Стасову, пишет ему: «Дело, о котором прошу, огромной важности, никогда ничто так не было мне близко к сердцу и важно». В тот же день Толстой писал об этом в Петербург Софье Андреевне и предлагал ей посоветоваться относительно возможных ходов с зятем ее А. М. Кузминским. Одновременно он писал о том же и Бирюкову, которого просил поговорить с Софьей Андреевной, и направил дочь Татьяну Львовну со своим письмом и письмом Анатолия Залюбовского к жившей в Москве тетке Черткова, гр. Е. И. Шуваловой, сильной связями через своего мужа (см. прим. 2 к п. № 36 от 13—14 ноября 1884 г.). Этими обращениями своими к разным лицам Толстой надеялся достигнуть если не смягчения участи Залюбовского, то более или менее широкой огласки этого дела, которое власти старались держать в тайне. Он чувствовал потребность описать всё это дело для печати, о чем сообщил в письмах к Бирюкову и к Стасову, но, конечно, напечатать что-нибудь на данную тему было невозможно. Нужно отметить, что и С. А. Толстая, и гр. Шувалова, и Чертков, который еще до получения письма от Толстого получил от Анатолия Залюбовского письмо о том же деле, датированное 17 ноября 1885 г., энергично принялись за хлопоты, которые однако еще не скоро привели к каким-нибудь реальным результатам. Так из сохранившегося письма Анатолия Залюбовского к Черткову от 29 января 1886 г. видно, что по только что полученному сообщению его брата, он предан батальонному суду за «умышленное неповиновение», за что «лишается особых прав и преимуществ и отсылается в дисциплинарный батальон на 2 года» (АЧ). Повидимому, этот приговор над ним удалось аннулировать и добиться перевода Залюбовского на нестроевую должность, но 10 августа 1886 г. Анатолий Залюбовский вновь пишет Черткову: «Опять беда с братом, вышли какие-то неприятности, и его посадили под арест на 15 суток». Наконец, в марте 1887 г. он был начисто освобожден. В апреле этого года Бирюков сообщает в письме к Толстому, что Залюбовский уже вернулся к матери в Кишинев. «Я читал его письмо оттуда очень бодрое и веселое», — прибавляет он. — После освобождения Залюбовский жил некоторое время в Тверской земледельческой общине, основанной М. А. Новоселовым. Затем он в течение четырех лет состоял управляющим одного имения в Новгородской губернии. К этому времени он уже отошел от своих прежних взглядов и отказ свой от военной службы считал ошибкою. В дальнейшем он занимал место бухгалтера и одно время служил даже кассиром в винном магазине. Однако, по сообщению А. К. Чертковой, империалистическая война 1914 г. вновь пробудила в нем яркие антимилитаристические настроения и побудила его снова вступить в сношения с друзьями и единомышленниками Толстого.
3. 3. Меннониты — протестантская религиозная секта, возникшая в северной Германии в эпоху реформации. Основателем ее был голландец Симон Менно (1492—1559), отказавшийся от сана католического священника, отбросивший мистическую сторону христианства и проповедывавший в своем сочинении 1556 г. «Основоположение истинно-христианской веры» (на голландском языке) отказ от присяги, войны и всякого рода мести. Учение его нашло группы приверженцев в разных странах Европы и позднее — Америки. В конце XVIII в., когда меннониты Пруссии стали подвергаться преследованию, Екатерина II предложила им, в виду их трезвости и трудоспособности, переселиться в Екатеринославскую губ., где — взамен целого ряда обязанностей перед государством — они получили свободу вероисповедания. Позднее меннониты селились и в других губерниях России. Когда в 1874 г. все вообще колонисты в России были признаны подлежащими отбыванию воинской повинности, меннониты хотели обратно переселиться в Германию, где с 1868 г. они отбывали воинскую службу на нестроевых должностях, но это обратное переселение было приостановлено дарованием им соответственных прав по отбыванию воинской повинности и в России.