Письмо В. Г. Черткову от 28 марта 1884 г.

1884 г. Марта 28. Москва.

Милый Владимир Григорьевич,

Письма ваши для меня радость и утешение. А как вы видите из моего последнего письма, мне нужно иногда утешение, — поддержка бодрости духа.

Я понимаю вашу réticence 1 о том, что исполнение учения не для личного блага. По учению Христа нет блага: оно есть и благо, и путь, и истина, и оно же Бог. — Только отчего же не давать Петру. 2 Пускай понимает и принимает по своему. Знаете как кубики с картинками укладывают. Один поймет картину по одной паре кубиков, другой по другой. Но только бы сложил первую пару — то доберется до всей. Я опытом знаю и умею теперь различать людей, к[оторые] переставляют кубики на обум, и тех, к[оторые] сложили осмысленно два и потому наверно узнают всю картину, не нынче, так завтра, и все ту же единственную и вечную. И потому я читаю ваши разногласия со мной и даже не волнуюсь, я знаю вперед, что у нас одна неизбежная и вечная картина. И потому я во всем согласен с вами, не от того, что нарочно хочу соглашаться, а от того, что знаю, что разногласие только от того, что вы с одной стороны сводите кубики, а я с другой, но они те же. — С теми же, кот[орые] не начинали еще сводить и кот[орые] уверяют, что они то-то и то-то видят, я вперед не согласен. А с теми, кот[орые] вперед говорят, что ничего и не выйдет и не может выдти, с теми мне больно, на тех мне сердиться хочется и я едва удерживаюсь.

До скорого свидания.

Л. Толстой.

Полностью публикуется впервые. Отрывок был напечатан с искажениями в СК, стр. 133. На подлиннике пометка рукой Черткова: «29 мрт. 84». Устанавливаем дату на основании записи Толстого в Дневнике от 28 марта: «Письмо от Черткова и написал ему».

Письмо Толстого является ответом на письма Черткова от 22 и 25 марта, под впечатлением которых он писал, как мы видели, и предыдущее письмо, от 27 марта. Оба эти письма Черткова развивают мысль об отношении «истинности пути» к счастью или «блаженству». В письме от 22 марта Чертков говорит: «... Я знаю, что с пути не собьюсь никогда вполне... Что касается до блага, или счастья, то оно мне не нужно, я его не ищу и боялся бы придавать ему большое значение, и боюсь видеть в счастии подтверждение истинности пути...» — В письме от 25 марта он развивает эту мысль подробнее, возражая Толстому на одну его формулировку в IV главе «Краткого изложения Евангелия», которое он читает в это время в рукописном экземпляре: «В кратком изложении Евангелия вы говорите: “Соблюдать эти пять заповедей должно не для того, чтобы заслужить похвалу от людей, а для себя, для своего блаженства ”. На каком основании вы понимаете, что соблюдать заповеди Христа следует для себя, для своего блаженства? Я понимаю иначе... Людское счастье не цель, а неизбежное побочное последствие стремления к настоящей цели. Христос мне представляется так: Стремление к богу безусловное — ради славы того бога, перед которым уничтожаешься и уничтожаясь перед которым становишься его проводником... Я хотел дать переписать Петру для удовлетворения и пользы моей, его и других вашу главу IV Кратк. излож. Еванг., но эти слова “для себя”, “своего блаженства” меня остановили». — Цитированные вдесь слова Толстого, на которые Чертков возражает, вошли в первое издание книжки «Краткое изложение Евангелия» Л. Н. Толстого, Génève, М. Elpidine, 1890, стр. 55. В заключительных строках своего письма от 25 марта Чертков говорит: «Я вас очень люблю. Вы для меня очень много. И я буду, если не остановите (а вы, мне чувствуется, не остановите) с вами душа в душу откровенен и правдив до бесконечности. — День славный, бог близок. Но земля для меня только переходная инстанция, не “постоялый двор”, в этом я с вами согласен, но тем не менее переходная инстанция». —

Примечания