Письмо В. И. Скороходову от 8 апреля 1900 г.

В. И. Скороходову.1900 г. Апреля 8. Москва.

8 Апреля 1900. Москва.

Дорогой Владимир Иванович,

Я очень благодарен Вертепову 1 за то, что он быль у меня (хотя и жалею, что не успел поговорить с ним) и этим сделал то, что вы послали мне ваше письмо. 2 Вы совсем ложное, как я вижу, имеете представление о моем отношении к вам и к вашей жизни: совсем не хотите знать того, что я очень люблю вас (всегда вспоминаю о вас с нежностью), а что жизнь ваша, кот[орая] представляется вам часто тяжелою, мне представляется такою, что я, когда вспомню о том, что есть люди, кот[орые] живут так, то мне становится бодро и радостно. Не буду говорить про вас, п[отому] ч[то] пишу вам, а расскажу вам про М. А. Шмит (вы, верно, знаете), живущую недалеко от нас в именьи Тани. 3 У нея изба, корова, огородъ, польце. Она все дѣлаетъ сама, несмотря на свою старость и слабость, — только изрѣдка помогаютъ ей, — и ея жизнь есть великая поддержка и утѣшеніе для многихъ, изъ к[оторыхъ] первый я. Всѣ дѣла ея жизни имѣютъ смыслъ разумный и нравственный: она пьетъ молоко и ѣстъ картофель, и топитъ печку, и рубитъ дрова, и все это имѣетъ невольно для других гораздо больше глубокий смысл и благотворное действие, чем самые горячия и искренния статьи и проповеди. Она одна, а вы и Дадьяни 4 с помощью Гастева 5 делаете это с семьей. И то, что никто не знает вас, и вы сами колеблетесь и иногда тяготитесь, и никого не поучаете, и не видите никаких последствий своей жизни, и недовольны собой, это то и хорошо. Это то и показывает, что вы делаете это не для людей, а для Бога. Помогай же вам Богь прожить так до конца. Пускай будут еще худшия неудачи, пускай случится самое дурное — дети не согласятся, выросши, продолжать такую жизнь и осудят вас (я нарочно предполагаю самое страшное), только доживите так до конца и вы проживете самую лучшую жизнь, к[оторую] можно прожить в этом мире.

Главное же то, что тот, кто изведал ту жизнь, к[оторой] вы живете, уж не может спуститься на прежнюю ступень без страдания и раскаяния. Может быть, я ошибаюсь, но я не могу не завидовать вам так, как завидует калека, паршивый голодный нищий здоровому веселому богачу.

Вы говорите о воспитании детей. Воспитание все только пример[ом]. И чтò бы ни 6 вышло из ваших детей, 7 вы знаете, что вы не виноваты в примере поедания труда других людей, к[оторым] мы развращаем наших. Не могу ли чем служить вам в учебных пособиях: напишите сам[и], чтò нужно. А я сам подума[л] собрать книг и послать вам. 8 Прощайте пока. Верно и крепко любящий вас брат плохой Лев Толстой.

Гастеву, Дадьяни и вашим женам и детям мой привет.