«Ежели бы человек не желал...»

*IX. [ОТРЫВОК БЕЗ ЗАГЛАВИЯ.]

1) Ежели бы человек не желал, то и не было бы человека. Причина всякой деятельности есть желание. Желание есть сила деятельности, но так как причина деятельности бывает двояка, имянно или происходить от желания или от самой деятельности, то и желание двояко: посредственно и непосредственно. Деятельность есть следствие и причина жел[ания]. Когда она есть причина, [то] что есть причина деятельности? Причина деятельности есть мир внешний.

Я желаю знать правду, желаю знать, что [такое] я, почему я ощущаю впечатления? Но, может быть, нет правды, нет меня, нет впечатлений? Может быть, это все обман? Но для чего я рассуждаю? Для того, что я хочу знать правду, для того, что я желаю не обманываться. Итак я все могу опровергнуть, все исключая того: я желаю: ибо ежели бы я не желал, я бы не опровергал, следовательно, одно только верно, что я желаю ; и следов[ательно] нужен [?]. Что есть причина желания? (Ежели желание существует, то существует и его причина). Причина желания есть деятельность, причина деятельности есть стремление к независимости, к удовлетв[орению], есть все то, что имеет на меня влияние, или все то, что существует, и само желание. Следовательно, причина того, что я желаю, есть существование всего (так что ежели бы не было всего, то и не было бы моего желания и меня), и мое желание. Итак желание есть причина и следствие. Из этого видно, что желание действует различно: само себя определяет и действует непосредственно, или действует по впечатлениям, так что деятельность их совершенно противоположна.

Акциома. Что не имеет причины, то независимо.

Акциома. 1) Все, что существует, имеет причину тоже существенную, ежели только причина не будет следствием и следствие не будет причиною.

Рассматривая причину спос[обности] желания, я нахожу: а) желание есть внутренняя: деятельность, причиною которой есть ничто иное, как впечатления, причиною же впечатлений; есть все существующее. Из этого рассуждения я вижу, что желание имеет причину и что желание не имеет эту причину в себе самом, но в мире внешнем, который существует потому, что есть причина существующего. Надо заметить, что совместно с действием впечатлений на меня действует и желание.

Из всего этого я заключаю, что все внешнее, равно и мое тело, существует и что причиной моего существования, т. е. желания, есть мир внешний. Так что, ежели бы не существовало мира внешнего, часть которого составляет мое тело, не существовало бы и меня в духовном смысле, т. е. желания. Но так как желание есть одно только духовное, что во мне существует, то дух умирает вместе с телом.

2) Но, рассматривая далее причины желания, я нахожу, что причиною его есть тоже и само желание; следовательно, желание не имеет причины и сверх того само имеет в себе то, к чему оно стремится, т. е. независимость. И так как желание то независимо ни от тела, ни от времени, следовательно, желание независимо, бесконечно, само себя определяющее, само себя удовлетворяющее и бессмертно.

Итак человек состоит из двух различных деятельностей или спос[обностей] желания, одно из которых ограничено и зависимо и приходит от тела и составляет все то, что мы называем потребностями человека, 2-я деятельность есть спос[обность] желания или воля неограниченная, самоопределяющаяся и сама себя удовлетворяющая.

Теперь рассмотрим отношение этих двух начал в их сущности и в их проявлениях. Эти способности или должны быть равносильны, или одна из них должна преобладать. Равносильны они не могут быть, потому что одна из них не может быть отдельн[о], а есть необходимое следствие чего нибудь, прежде существующего, другая же есть сама причина и следствие своего существования и несмотря на различные виды своих проявлений не переменяет своей сущности. Эта последняя должна [быть] вечно преобладающею. 2) В действительности (я уже доказал действ.) не только часто, но и большей частью потребности преобладают над волею, и верх совершенства, которого может достигнуть человек, есть совершенное преобладание воли, чего никогда нельзя достигнуть и что есть цель постоянного достижения.

Итак человек состоит из двух противоположных деятельностей. Рассмотрим первую, т. е. деятельность необходимую. Начало и причина оной находится, как мы уже видели, во всем существующем, ближайшее же начало находится в самом человеке. Человек посредством телесных чувств ощущает предметы (ощущение не есть деятельность, но есть страдание); ощущения сами собой переходят в деятельность телесную; эта деятельность — самая низшая; и находится во всех животных и [в] большей даже части растений, 2) ощущения переходят тоже и в способность восприимчивости (которую мы называем памятью и воображени[ем]. Я же не отличаю этих двух способностей, ибо не понимаю способности воспроизвождения без способности удерживания, наоборот, способность воспроизв[ождения] действует на низшую способность, и это есть деятельность второстепенная, которую имеет часть животных.

Все то, что называют чувствами или страстями, принадлежит к этой деятельности. Спос[обность] воспр[оизвождения] переходит в способность заключения, которая действует на обе низшия способности и необходимо принимает действие на нее спос[обности] воспр[оизвождения]. Эта деятельность есть высшая из необходимых деятельностей человека; она есть имянно то, что мы называем умом, и находится у большей части животных.

Итак

Теперь рассмотрим деятельность свободную.

Воля не ограниченна, сама себе удовлетворяет; она выражается след[ующим] обр[азом]: я желаю желать . Но почему же она выражается такъ, а не иначе? Сущность воли независима, но выраженіе, направленіе или форма должны отъ чего нибудь зависѣть, а именно, она зависитъ отъ другого желанія, отъ потребности, т. е. отъ тѣла, слѣд[овательно] хотя неограниченна, но выражается въ извѣстной формѣ. Воля не можетъ дѣйствовать на ощущенія, ибо причина ихъ находится внѣ ея сферы, т. е. внѣ человѣка. Дѣйствуетъ же она на восприимчивость такимъ образомъ, что она воспроизводитъ тѣ предметы, которые хочетъ, а не тѣ, которые проявляются; эта же способность дѣйствуетъ на способность заключенія, которая при дѣйствіи на нее воли заключаетъ то, что она хочетъ, и дѣлается разумомъ.

Теперь предстоит вопрос, каким образом происходить при посредстве воли переход спос[обность]; заключ[ения]. Это послед[нее] будет выше первого заключения, но и это не может удовлет[ворить] вол[ю], принимает воля и, действуя на воображение, т. е. заставляя его принимать те, а не другие, я желаю .

Теперь рассмотрим: что же будут эти врожденные понятия человека , интуиция , какъ не понятіе пространства, линіи, точки, размѣра, количества? Существо всего человѣка составляетъ только его неограниченная воля и причина ея, наход[ящаяся] въ ней же, все же остальное, не имѣя въ себѣ своего начала, имѣетъ оное въ постороннемъ, а именно, не въ духовномъ, ибо имѣетъ причины физ[ическія], а въ физич[ескомъ]. Что же мы называемъ интуиціей, есть ничто иное, как необходимое заключеніе, причина которыхъ нахо[дится] въ ощущеніяхъ, причина которымъ находится въ мірѣ, а такъ какъ причины міра мы не видимъ, слѣдовательно, ея нѣтъ.

В начале я сказал, что нахожу во мне началом всего две деятельности; но что же есть Я ?... Я есть соединение двух деятельностей; деятельность же есть неудовлетворенное стремление или борьба. Первую нельзя назвать деятельностью, но движением, ибо деятельность предполагает стремление, но здесь мы не видим стремления, а только движение или часть деятельности, но бесконечной. Второе начало я понимаю как неограниченное, но как деятельность не могу представи[ть] себе его иначе, как проявляющееся известным [образом], но не удовлетворенное в своем проявлении, т. е. борющееся.