Ежедневный Толстой

Война и мир. Варианты из корректур к эпилогу

· том 15 · с. 322–332

III. ВАРИАНТЫ ИЗ КОРРЕКТУР

* № 357 (корректура. Эпилог, ч. 1, гл. II). 1928

1929 Если допустить, как то делают 1930 историки, что цель 1931 движения человечества известна нам, кроме осуждения, которое мы должны брать на себя, мы должны допустить в истории две одинаково непонятные силы: гениальность и случайность; ибо если цель движения человечества известна нам, и она состоит или в величии России или Франции, или в равновесии Европы, или в разнесении идей революции, или в общес[твенном] прогрессе, мы должны для того, чтобы объяснить, почему цели эти достигались такими, а и не иными путями, должны допустить гениальность и случайность, как то и делают все историки без исключения. «Случай сделал положение, гений воспользовался им».

Но что такое случай? Что такое гений? Случай, случайность есть только парифраза: 1932 «Я не знаю, не могу и не хочу знать, почему? и говорю: случай». Гений, 1933 если это не есть простое понятие высшей степени умственных способностей, есть 1934 тоже парифраза, 1935 означающая неизвестную силу, производящую несоразмерное с общечеловеческими свойствами действие.

Тот, который не видал бы труда садовника, поливающего, окапывающего яблоню, заметив, как быстро и успешно растет яблоня в сравнении с другими деревьями, сказал бы: случайность делает то, что яблоня не заглушена другими растениями, не объедена мышами, а гениальность сделала то, что она переросла все деревья.

И до тех пор, пока он не убедится, что всегда 1936 яблоня кем или чем-то сбережена, хотя бы он и не знал, для какой цели, 1937 он не поймет, что это делается не нечаянно и что то, что он называл случаем и гением — есть только его собственная глупость.

Какую бы цель мы ни ставили движению народов, деятельность 1938 исторических лиц не может быть объяснена без понятия случая и гениальности, т. е. без бессмыслицы. Только 1939 отрешившись от понятия цели и рассматривая событие во всем его объеме, деятельность 1940 этих лиц представится нам 1941 не только не случайною и не гениальною, а необходимою до такой степени, что вместо того, чтобы, как прежде, отыскивать объяснение каждой подробности их жизни, теперь каждая ничтожнейшая, равно как и важнейшая подробность этой их жизни будет служить объяснением их деятельности.

Только стоит признать, что цель волнений европейских народов нам неизвестна, а 1942 только факт, 1943 состоящий в убийствах сначала во Франции, потом в Италии, в Африке, в Пруссии, в Австрии, 1944 в России [известен], и движение с запада на восток, а потом с востока на запад известны нам и составляют сущность и цель событий, и не только не нужно объяснять случаем и гениальностью деятельность Наполеона и Александра, но нельзя будет представить себе всех исторических событий без тех мелких, так называемых, случайностей, которые составляли жизнь Наполеона и Александра и сделали их тем, чем они были. 1945

Точно так же, как к каждому растению нельзя придумать другого, более соответственного ему цвета и семени, как то, которое растет на нем, невозможно придумать других двух людей со всем их прошедшим, которые бы могли исполнить свое назначение так, как они его исполнили.

* № 358 (корректура. Эпилог, ч. 2, гл. IV).

<Если источник власти лежит не в физических и не в нравственных свойствах лица, обладающего властью, то сущность этой власти находится вне лица. 1946

В чем же она заключается?......

Но, может быть, недоумение наше происходит только от нашего невежества. Может быть, действительно то, о чем мы спрашиваем, всем давно известно. Может быть, есть та Наука эта есть та разменная касса, в которой слово власти разменивается на действительное понятие.

В университетских науках есть такая разменная касса.

— Вам что угодно?

— Что такое власть?

— Давно бы сказали. Сюда пожалуйте, в другое отделение. Здесь есть наука права, она подтверждает наши положения за то, что мы подтверждаем ее положения. Она сейчас вам всё это растолкует.>|

* № 359 (корректура. Эпилог, ч. 2, гл. VI). 1947

Итак, восстановляя условия времени, в которых действует человек, мы видим, что если события кажутся нам в зависимости от приказаний, предшествующих событиям и определяющих их, то и приказания находятся в зависимости от событий, так как приказание тогда только может быть исполнено, когда оно находится в соответствующем событиям ряду приказаний и предшествует событию в определенный момент времени. Вследствие этого-то мы видим, в чем состоит сущность того, что есть событие, и того, что есть выражение воли человека.

* № 360 (корректура. Эпилог, ч. 2, гл. VI). 1948

Александр І-й в 1807 году поднимает ополчение против антихриста Наполеона и 1949 приказывает всё, что нужно для злейшей воины с ним, и заключает с ним дружеский союз. Руководители французской революции высказывают одно желание: дать свободу и благосостояние народу, приказывают всем быть равными и свободными и режут и душат людей, тем самым [?] доказывая, что их приказания о свободе не соответст[вуют], а прик[азания] о уб[ийствах] соответствуют р[авенству], с[вободе].

Всякий, кто захочет проверить это наблюдение на самом себе, легко убедится, что и в обычной жизни из всех выражений нашей воли — приказаний редко исполняется малая часть.

А между тем, всякий раз, где совершается действие, в котором принимают участие несколько людей, оно приказано.

* № 361 (корректура. Эпилог, ч. 2, гл. VI).

Если 1950 мне не подали или не тотчас же подали стакан воды или вместо стакана воды подали кружку кваса, то это происходит от того, что ряд предшествовавших приказаний не связался с отдаваемым приказанием. 1951 Для того, чтобы 1952 приказание было наверное исполнено, надо, чтобы 1953 человек выразил такое приказание, которое могло бы быть исполнено. Знать же то, что может и что не может быть исполнено, невозможно, не только для Наполеоновского похода на Россию, где принимают участие миллионы, но и для 1954 того, чтобы один человек подал другому стакан воды, ибо 1955 могут случиться миллионы препятствий. Вследствие этого 1956 -то и бывает, что из большого количества приказаний исполняется только одно.

Все невозможные приказания не связываются с событием 1957 и не бывают исполнены. Только те одни, которые возможны, связываются в последовательные ряды приказании, соответствующие рядам событий, и бывают исполнены. И точно так же, как неразрывной цепью, вытекая одно из другого и не имея начала, связаны между собой все события, так точно и связаны соответствующие ряды приказаний.

Итак, восстановляя необходимое условие времени, мы видим, что между событиями и приказаниями находится строгая зависимость.

Для того, чтобы понять, в чем состоит эта зависимость, необходимо восстановить другое упущенное условие всякого приказания, 1958 исходящего не от божества, но от человека, состоящее в том, что сам приказывающий человек участвует в событии. Это-то отношение приказывающего к тем, кому он приказывает, и есть именно то, что называется властью.

При каждом совокупном действии людей они складываются в известные группы таким образом, что 1959 наибольшее число людей 1960 принимают наибольшее прямое участие в самом действии и, всё уменьшаясь и уменьшаясь, число людей, принимающих прямое участие в действии, доходит до очень малого числа лиц или большей частью до одного 1961 лица.

Такое соединение есть вечная и неизбежная форма, в которой совершаются все совокупные действия людей.

Явление это повторялось и повторяется всегда, везде. Люди, для совершения совокупных действий: 1962 общих работ, суда, управления гражданского или церковного, войны — всегда складываются в группы, которые не только могут быть уподоблены, но совершенно верно выражены фигурами полушара, пирамиды или конуса, в которых наибольшее участие в самом действии распределяется в широком основании и наименьшее прямое участие на вершине.

Другое, не только подобие, но и намек на необходимость этой формы, мы находим в распределении частиц воды, принимающей всегда форму капли, и частиц песку, принимающих форму конуса, когда они сыплются сверху, и в форме полушара или конуса, который принимают муравьи или пчелы в своих совокупных действиях, или форму пирамиды, принимаемую идущей саранчею.

* № 362 (корректура. Эпилог, ч. 2, гл. IX, X). 1963

1964 признает, что существо, нанесшее ему оскорбление, невиновно, 1965 потому что тотчас же 1966 видит причину, произведшую действие.

Это то основание, вследствие которого 1967 мы можем почти верно предсказать поступки детей, стариков, 1968 больных или 1969 людей весьма ограниченных, как скоро нам известна причина, долженствующая произвести действие. На этом основании 1970 свобода и необходимость поступков людей, с одной стороны, представляется нам тем большею и меньшею, чем глупее и ближе рассматриваемый человек к животному, 1971 — и, с другой стороны, чем способнее судящий видеть причины поступка. 1972 На этом основании строится существующая во всех законодательствах невменяемость для детей, стариков и сумасшедших и уменьшающие вину обстоятельства. Вменяемость представляется большей или меньшей, смотря по большей или меньшей доступности причин действия и по большему или меньшему пониманию причин.

Как в случае высшей доблести, так и высшего злодейства, мы признаем наибольшую свободу. 1973 Когда 1974 поступок того или другого рода подлежит нашему суждению, мы говорим: не понимаю, как он мог быть так велик и гениален или так ужасен и жесток. Все мученичества людей, стоявших выше своего века, основаны только на наибольшей степени вменяемости, то есть свободы, признаваемой за теми действиями, причин которых не могли понимать люди, судившие их. Чем понятнее нам причина поступка, тем менее мы признаем свободу. Самоотвержение чужого человека без видимой цели представляет в наших глазах наибольшую свободу и потому заслугу. Самоотвержение отца, матери, самоотвержение с возможностью награды, более понятное, представляется менее заслуживающим сочувствия, менее свободным.

Если причины, произведшие поступок, 1975 совершенно непонятны нам, то на вопрос, отчего он сделал это? мы отвечаем только: захотел и сделал, то есть причиной поступка признаем одну свободную волю. Но если хоть одна из причин известна нам, мы говорим: он захотел этого потому что.... и уже некоторая доля необходимости занимает место свободы. Если же мы знаем и характер человека, необходимость представляется нам еще в большей степени. Если же характер этот несложен, как у дурачка или ребенка, и причины, как голод или гнев, совершенно очевидны, и кроме того, мы обладаем опытностью и знанием людей, то мы уже допускаем самую малую часть свободы и видим наибольшую необходимость. 1976

XI

Итак, рассматривая представление наше о свободе и необходимости, 1977 мы находим, что представление 1978 это постепенно увеличивается и уменьшается, 1979 смотря по большей или меньшей связи с внешним миром, по большему или меньшему отдалению времени и большей или меньшей зависимости от причин, в которых находится рассматриваемое явление жизни человека. 1980

Постепенность этого представления о свободе и необходимости увеличивается и уменьшается, смотря по точке зрения, с которой мы рассматриваем явление, но никогда ни в том, ни в другом случае не уничтожается ни понятие свободы, ни понятие необходимости. 1981

1) Действительное понимание жизненных явлений невозможно без этих двух крайних полюсов — свободы и необходимости.

Для того, чтобы придти к полной необходимости, без свободы, мы должны знать все условия зависимости человека, а это невозможно, ибо как бы ни увеличивалось наше знание тех пространственных условий, в которых находится человек, знание это никогда не могло бы быть полное, ибо число этих условий бесконечно велико, так же как бесконечно пространство.

2) Как бы мы ни удлиняли период времени от того явления, которое мы рассматриваем, до времени суждения, период этот будет конечен, а время бесконечно. И

3) Как бы ни была 1982 доступна цепь причин, которые нам известны, мы никогда не будем знать 1983 всей цепи, так как она бесконечна. 1984 Но кроме того, если бы даже, допустив остаток наименьшей свободы равным нолю, мы бы признали в каком-нибудь случае, как, например, в умирающем человеке, в зародыше, в идиоте, полное отсутствие свободы, мы бы тем самым уничтожили самое то понятие человека (которое составляло предмет наблюдения): как только нет свободы, нет человека.

И потому 1985 представление необходимости без малейшего остатка свободы — невозможно. 1986

Точно так же никогда мы не можем придти к представлению свободы без необходимости, ибо: 1) как бы мы ни представляли себе человека исключенным от влияний внешнего мира, влияние это всегда будет. Для того, чтобы представить его себе вне влияния окружающего, мы должны представить его себе или неспособным воспринимать эти влияния, то есть уже не человеком, или вне пространства.

[Далее от слов: 2) Как бы мы ни приближали время суждения кончая: Как бы ни была непостижима для нас причина выражения воли в каком бы то ни было своем или чужом поступке, первое требование ума есть предположение причины близко к печатному тексту. T. IV, эпилог, ч. 2, гл. X.] 1987

Если бы мы признали 1988 в каком-нибудь действии человека отсутствие причины, то этим самым мы бы признали, что действие это, не имея причины, находясь вне закона причинности, не может иметь и последствий, то есть уничтожили бы понятие свободы, как силы производящей.

Итак, для того, чтобы получить понятие необходимости без свободы, мы должны допустить бесконечное количество пространственных условий, бесконечно великий период времени и бесконечный ряд причин.

Для того, чтобы получить понятие свободы без необходимости, человек должен быть один, то есть вне пространства, вне времени и вне зависимости от причин. 1989

Только при соединении двух отвлечений обоих источников познания получается 1990 представление о 1991 жизни человека. 1992

Только взаимно определяющиеся эти два понятия (Wechselbegriffe) свободы и необходимости или сущности жизни и разума дают нам представление о 1993 жизни человека.

Свобода, ничем не ограниченная, есть воля человека в его сознании.

Свобода, подчиненная закону необходимости, есть воля 1994 человека в своем проявлении. Необходимость без содержания есть три отвлеченные закона разума. Необходимость, имея содержанием свободу, есть только приложен[ие] к ней законов разума. Свобода, воля есть то, что рассматривается, необходимость, разум есть то, что рассматривает. Свобода, воля есть содержание; необходимость, разум есть форма.

Свобода и необходимость отдельно суть взаимно исключающиеся и одинаково недоступные понятия, так как понимание жизни одинаково невозможно без формы и без содержания; но свобода ограниченная — воля людей, проявляющаяся в пространстве, времени и зависимости от причин, 1995 рассматриваемая законами разума, есть всё то, что мы знаем о жизни человека. 1996

Понятие большей свободы и меньшей необходимости или меньшей свободы и большей необходимости есть только определение большего или меньшего приложения законов разума к рассматриваемому им содержанию.

Понятие свободы существует только в сознании и может составлять предмет наук отвлеченных (метафизика, трансцендентная философия, антропология). Свобода же в проявлении своем есть 1997 воля, подлежащая законам разума.

Признание свободы человека в связи с внешним миром во времени и в зависимости от причин есть 1998 только отречение от законов разума, есть только признание в своем незнании.

История рассматривает проявления воли человека в связи с внешним миром во времени и в зависимости от причин, то есть определяет эту волю законами разума и потому для истории не может существовать понятия свободы.

Для истории существуют только линии движения человеческих воль, один конец которых скрывается в неведомом, а на другом конце которых движется в 1999 пространстве, во времени и в зависимости от причин сознание свободы людей в настоящем.

Чем более раздвигаются перед нашими глазами с обоих концов 2000 эти линии движения прошедшего, тем очевиднее законы этого движения. 2001

Уловить и определить эти законы составляет задачу истории.

  1. 1928. Автограф-вставка в корректуру.
  2. 1929. Только с этой точки зрения, глядя на свойства, характер и обстоятельства жизни этого человека, каждая черта его характера, каждая так называемая случайность его жизни, его насморк одинаково, как и его завладение консульством или приказ об убийстве Энгиенского каждое событие будут представляться нам все без малейшего исключения одинаково значительными, ибо все будут, очевидно, одинаково необходимы. Только при этом воззрении нам не будет нужно употреблять слова гениальность и случайность, играющие такую важную роль в описаниях всех героев и в особенности Наполеона. Если допустить, как говорят одни историки, что всё было произведено его волей, то весь европейский мир представляется поприщем капризов одного человека.
  3. 1930. другие
  4. 1931. событий было величие Франции, всемирная монархия или даже равновесие Европы, то очевидно, что и та, и другая, и третья цель могла быть достигнута другими путями, и для того, чтобы объяснить, почему это всё было так, а не иначе, надо и вписано , кончая: а и не иными путями, должны
  5. 1932. следующего понятия
  6. 1933. есть парифраза следующего.
  7. 1934. только
  8. 1935. следующего: я не знаю, хорошо ли это, или дурно, но это удалось, он гений не оттого, что он разумнее всех, а оттого, что он — гений, всё, что он делает, всё — разумно. Воробей, которого отгоняют от овса, рассыпанного курам, приписывает свою неудачу и удачу кур или случаю, или гениальности, или тому и другому вместе. Вместо зач. надписан текст конца абзаца и следующего.
  9. 1936. куры накормлены, а воробьи отогнаны и надписаны след. пять слов.
  10. 1937. кормят кур
  11. 1938. Наполеона и вписаны след. два слова.
  12. 1939. поставив
  13. 1940. Наполеона
  14. 1941. без малейшего необ.
  15. 1942. самый
  16. 1943. извест[ен]
  17. 1944. потом
  18. 1945. Невозможно придумать другого человека и всего его прошедшего такого, к[оторый] бы мог исполнить свое назначение так, как Наполеон.
  19. 1946. Далее зач. автограф на полях гранки № 8 (23).
  20. 1947. Зач. автограф на полях гранки № 13 (31).
  21. 1948. Зач. текст автографа на полях гранки № 13 (31).
  22. 1949. намерен до последних сил враждовать и вписаны след. семь слов.
  23. 1950. Зачеркнут текст копии: хозяин один, сидя дома, скажет: «хочу, чтоб упало дерево». Упадет ли оно? Нет. Если он скажет приказчику через десять лет срубить это дерево, упадет ли оно через 10 лет? Вероятно, нет. Если хозяин не имеет денег, чтобы заплатить рабочим, если он не пришел в лес днем и не указал рабочим и т. д., дерево останется несрубленным. Над зачеркнутым вписано рукой Толстого до конца фразы и далее зач.: а связан с другим приказанием о том, чтобы мне дали кружку кваса.
  24. 1951. Далее текст исправленной копии.
  25. 1952. воля хозяина, вписано след. слово и далее была исправлено на было
  26. 1953. он имел лес, имел деньги и мог бы придти в лес, когда там рубят, и т. д., то есть надо было, чтобы хозяин и вписано след. слово.
  27. 1954. сруба одного дерева и надписаны след. восемь слов.
  28. 1955. в ту минуту, как хозяин велел срубить это дерево и далее могли исправлено на: могут
  29. 1956. человек приказывающий, никогда не зная, исполнится или не исполнится его приказание, приказывает гораздо более того, что может быть исполнено, часто невозможные вещи. Над зач. надписано рукой Толстого окончание фразы.
  30. 1957. те же, которые одни и надписаны след. восемь слов.
  31. 1958. не относящегося к, надписаны след. три слова и далее божеству исправлено на: божества
  32. 1959. След. два слова вписаны позднее.
  33. 1960. имеющих наименьшую власть, всегда наибольшее число, имеющих более власти — меньшее, еще высших — еще меньше и т. д. Над зач. надписано, кончая словами: в действии, доходит
  34. 1961. имеющего наибольшую власть и надписано: лица.
  35. 1962. в особенности тех, в которых они действуют противно свойствам своей личной природы и сознаваемых ими нравственных законов, как то в войне и убийствах, они Вместо зач. вписано след. восемь слов.
  36. 1963. Копия (см. вар. №№ 324 — 328).
  37. 1964. чувствует и надписано: признает
  38. 1965. невиновно переправлено из: невиновен Далее зач. текст копии: ибо имеет наименьшую свободу и подлежит наибольшей необходимости, которая так же очевидна, как и в действии камня или собаки. Над зач. вписан текст до конца фразы.
  39. 1966. признает
  40. 1967. Зач. текст копии: очевидно, что ребенок, поджегший дом, был руководим только желанием повеселиться и потому подлежал закону необходимости и имел наименьшую свободу, человек же взрослый, здоровый, поджегший дом, смотря по тому, более или менее понятны нам причины, произведшие это действие, представляется нам более или менее свободным. Вместо зач. вписано окончание фразы.
  41. 1968. или вообще людей
  42. 1969. сумашедших очень
  43. 1970. Зач. текст копии: чем образованнее и умнее человек, тем более он терпим и Вместо зач. вписан текст , кончая словами: большею и меньшею,
  44. 1971. Зач. текст копии: чем доступнее для каждого причины его поступков, тем менее он нам кажется свободным и далее вставки-автографа: и тем более необходимым и с другой стороны, чем спо[собнее] Вместо зач. вписан текст до конца фразы.
  45. 1972. Зач. вписанное: поступок представляется
  46. 1973. Зач. текст копии: восторгаясь ею в первом случае и карая его в последнем.
  47. 1974. Зач. текст копии: мы не понимаем причин действия и и надписаны след. девять слов.
  48. 1975. Зачеркнуто в копии: есть свободная воля и надписаны след. шесть слов.
  49. 1976. Зач. текст копии: Всё упрощая характер человека и увеличивая возбуждающую силу причину, мы дойдем, как в диком или пьяном человеке, где мы математически верно можем определить действия причины и где получается бесконечно малая свобода и наибольшая необходимость. Напротив, всё усложняя и усложняя характер человека и причины, действующие на него, мы придем к обратному заключению.
  50. 1977. по отношению связи человека с внешним миром, мы ко времени и к причинам
  51. 1978. это взаимно и вписаны след. два слова.
  52. 1979. Зач. в копии: постепенно и смотря по той точке зрения, с которой рассматривается. Расширяя точку зрения связи человека с внешним миром, отдаляя период времени и уясняя причины, мы приходим к представлению о наибольшей необходимости и бесконечно малой наименьшей свободе. Наоборот, суживая точку зрения связи человека с внешним миром, сокращая период времени и увеличивая недоступность причин, мы придем к наибольшей свободе и к бесконечно малой наименьшей необходимости. Ни в том, ни в другом случае мы никогда не придем ни к полной необходимости, ни к полной несвободе. Ибо 1) как бы Вместо зач. вписан текст , кончая словами: а это невозможно, ибо как бы (стр. 329).
  53. 1980. Зач. вписанное рукой Толстого на полях: Рассматривая человека в самой большой связи со всем окружающим, за самый возможно далекий период времени, в самой доступной для нас зависимости от причин, мы придем к наибольшему представлению о наибольшей необходимости и наименьшей свободе. Представив себе такого Но никогда мы не получим представления о полной необходимости без малейшего участия свободы, ибо если мы допустим такую необходимость, как ту, которой подлежит умирающий или рождающийся человек или совершенный идиот, мы этим самым допущением уничтожаем самое то явление, которое мы рассматриваем, то есть человека. Но как скоро человек есть человек, то он не мыслим для нас без свободы, то есть возможности сделать то или другое как бы ни ограничена была эта возможность с другой стороны И возможность эта никогда не может не существовать для нас. Мы скажем, что свобода человека ограничена в высшей степени, что воля его была так же зависима, как воля животного, но никогда не поймем поступка человека без участия его воли; точно так же как не можем понять поступка животного без участия его воли. Ибо если бы могли представ[ить] Допустив даже, что при знании всех условий, деятельность в которых она проявляется, воля человека так же определена, как и деятельность воля животного, мы будем иметь наибольшую необходимость и наименьшую, но не полную необходимость, ибо воля человека подобная в этом случае воле животного все-таки будет представлять некоторую долю свободы, ту самую, которую мы называем жизненной силой в животном и растении и которая не может быть подведена под законы необходимости; ту самую сущность жизни, которую мы не знали и не можем определить. Если даже допустить, что воля человека могла быть так же определена, как проявление жизненной силы в растении или даже в неорганической природе, мы никогда не придем к полному отсутствию свободы, ибо сила тепла, движения эфира, электричества, тяготения в сущности своей остается неподлежащей закону необходимости и представляет известную степень свободы.
  54. 1981. каждого поступка.
  55. 1982. велика и надписано: доступна
  56. 1983. ее всю, ибо и надписаны след. четыре слова.
  57. 1984. Далее до конца абзаца вставка-автограф.
  58. 1985. мы никогда не придем к далее представлению исправлено на: представление и зач.: полной
  59. 1986. не только для человека, но и для всего существующего.
  60. 1987. В текст этой рукописи вклеен кусок корректуры (гранка).
  61. 1988. совершенно недосягаемость для нас причины действия чело века, мы бы признали, что действие это не имело причины, то есть имело причиною силу, действовавшую извне, то есть отрицали бы свободу. Вместо зач. вписано рукой Толстого до конца абзаца.
  62. 1989. В первом случае необходимо, отрешившись от сознания, рассматривать явления только по отношению к законам разума и от большей или меньшей ясности причин. Свобода, ничем не ограниченная, в сущности своей вне пространства, времени и причин, есть воля, сознаваемая человеком. Необходимость, как связь пространства, времени и причин, есть разум человека с его тремя законами. Понятие свободы есть только воля, в существе своем постигаемая только сознанием, понятие необходимости есть только выражение законов разума. Воля есть содержание, разум есть форма. Воля есть то, что рассматривается, разум есть то, что рассматривает. Понимание жизни одинаково невозможно без формы и без содержания.
  63. 1990. ясное
  64. 1991. не только
  65. 1992. состоящее в отношении воли и разума. Жизнь человека понимается только как соединение свободы и необходимости. но и всего существующего, свободы и необходимости, или нами познаваемого,
  66. 1993. Зач. вписанное: всем том, что мы знаем и текст копии: Понятия свободы и необходимости не суть понятия сами по себе, но выражают только отношение воли к разуму. Это отношение включает в себя всю жизнь человека. И только в соединении своем понятие свободы есть воля и понятие необходимости есть разум получают определенное значение. В действительности в возможности понимания существует только свобода в своем проявлении, то есть воля, рассматриваемая разумом по закону необходимости, то есть определяемая по законам пространства, времени и причины.
  67. 1994. людей, воля животных, жизненная сила растений, химическое сродство, законы электричества, тепла, тяготения.
  68. 1995. Зач. в копии: и необходимость, не доведенная до последнего конца, т. е. законы разума, суть те два данные, из которых составляется всё миросозерцание и вписаны след. одиннадцать слов.
  69. 1996. Воля, подлежащая законам разума, есть всё, что мы знаем. Чем более проявления воли понятны для нашего разума, т. е. чем более воля ограничена, тем более мы знаем.
  70. 1997. Зачеркнуто вписанное: сущность жизни, представляющаяся более или менее свободной волей в человеке, жизненной силой в органических и силой природы в неорганических веществах.
  71. 1998. Зач. вписанное: то же, что признание свободы растения, воды, небесных тел, есть
  72. 1999. связи с внешним миром
  73. 2000. фигуры и вписаны след. три слова.
  74. 2001. моментов и точек сознания

Источник: Полн. собр. соч. Л. Н. Толстого, т. 15, с. 322–332. Лицензия CC BY-SA.