30 декабря 1908 года

Приехал Н[иколай] Н[иколаевичъ]. Получил трогательное письмо от Петровой, сидяще[й] в тюрьме. Отвечал ей. Нынче проситель крестьянин о разделе, потом Студент с удивительным вопросом о требован[iи] курсистки, чтобы он взял ее в жены. Потом Андрей с денежным[и] делами, потом сумашедший, пото[мъ] письмо от Студ[ента] с требованием того, чтобы жизнь была злом. Вчера б[ыло] очень хорошо на душе, радостно, любовно, нынче хуже, но, слава Богу, все же радостно и благодарно. Начал было писать «Не виноватых», но не пошло. — Готовят маскарад. Мне жалко.

1) Жизнь есть сознание отделенности. Для сознания отделенности необходимо представле[нiе] себя веществом, и непременно движущимся. Недвижущееся вещество не могло бы быть отделено, а сливалось бы со Всем. Движущимся же может сознавать себя только вещество, занимающее часть пространства. Без вещества, занимающего часть пространства, немыслимо движение, а без движения немыслимо отделение. Сознание же себя движущимся может быть только при сознании непрестанного перехода настоящего в будущее и бывшего настоящим в прошедшее, т. е. пр[и] сознанi[и] времени. И потому сознание отделенности возможно только при сознании себя движущимся во времени веществом в пространстве. (Все неясно.)