Дневник Льва Толстого
12 марта 1909 года
1) Я забыл почти всё, что было, особенно ближайшее, но что же я — меньше «я», меньше сознаю жизнь от того, что я забыл? Напротив: я больше «я», больше сознаю жизнь.
Разве не то же самое случилось со мной, когда я родился? Я не принес ничего, а только был.
То же самое совершается при смерти.
2) Бдение и сон, необходимые условия жизни, не суть ли указания того, что есть наша жизнь: пробуждение от сна, усталость и засыпание.
То, что мы не можем понимать и всю нашу жизнь до рождения и после смерти иначе, как во времени, не доказывает того, что вся жизнь во времени. Это доказывает только то, что теперь мы не можем понимать жизнь иначе, как во времени.
3) Хорошо бы описать наше устройство жизни, как оно есть, некоторых властвующих над многими посредством обмана мысли: религии, науки, внушения, опьянения, насилия, угроз. Да, ужасно!
Полн. собр. соч., т. 57, с. 38
Целый день слаб и нездоров, жар 37,6. И ничего не могу делать. Думал вот что:
1) Религиозное сознание людей не переставая подвигается в смысле уяснения, упрощения, доступности. А между тем люди дорожат и передают друг другу и считают неизменными преимущественно внешн[ие] [формы], кот[орые] не подлежат ни упрощению, ни уяснению, и такими же неизменными считают те основы, к[отор]ые должны и не могут не изменяться.
Полн. собр. соч., т. 57, с. 38