Дневник Льва Толстого, 2 октября 1910

Встал больной. Походил. Северный, неприятный ветер. Ничего не записал, но ночью оч[ень] хорошо, ясно думал о том, как могло бы быть хорошо худож[ественное] изображение всей пошлости жизни богатых и чиновничьих классов и крестьянских рабочих, и среди тех и других, хоть по одному духовно живому человеку. Можно бы женщину и мущину. О, как хорошо могло бы быть. И как это влечет меня к себе. Какая могла бы быть великая вещь. И вот именно задумываю без всякой мысли о последствиях, какие и долж[ны] быть в каждом настояще[мъ] деле, а также и в настоящем художественном. О, как могло бы быть хорошо. Вчера чтение рассказа Мопассана навело меня на желание изобразить пошлость жизни, как я ее знаю, а ночью пришла в голову мысль поместить среди этой пошлости живого духовно человека. О, как хорошо! Может быть и будет. Написал два письмеца к Яковле[вой] и Преобр[аженской]. Вдруг захотелось спать после завтрака. И поспа[лъ] час. Потом беседовал с Павл[омъ] Ив[ановичемъ] и Голд[енвейзеромъ], хорошо. Теперь пора обедать. Была Саша. Она приуныла. Напрасно. Все к лучшему. Только сам не гадь. Стараюсь жить только для души и чувствую, как я далек от этого. С[сфья] А[ндреевна] плоха здоровьем. Приезжает Сережа и ночью Таня.

Записать:

1) Бог дышит нашими жизнями и всей жизнью мира. Он и я одно и тоже. Как только понял это, так и стал Богом.

2) Матерьялистическое объяснение жизни есть совершенно также последствие невежества, как и придумывание машин с вечным движением (получаю от крестьян письма с такими проэктами). Perpetuum mobile последствие невежества в механике, матер[ъялистическое] объяснение жизни последствие невежества в мудрости. «Только знай подмазывай — можно и дегтем, можно и маслом, и будет ходить».

3) Бог дышит нами и блажен. Главное свойство Его есть благо. Он понимаем нами, как благо. Мы ищем блага — вся жизнь наша в этом искании, и потому хотим ли мы этого или не хотим, вся жизнь наша — в искании Бога.

Если мы ищем блага себе, своему телесному «я», мы не находим его; вместо благо находим горе, зло, но наши ошибки своими последствиями самыми разнообразными ведут к благу других людей следующих поколений. Так что жизнь всех людей есть всегда искакие блага и всегда достижение его, — но только при ложной жизни — блага для других людей, для всех кроме себя, при правильной жизни достижение блага и для себя. Если ищем Бога, находим благо. Если ищем истинного блага, находим Бога. Любовь есть только стремлеиие к благу. Главная же основа всего — благо. И потому вернее сказать, что Бог есть благо, чем то, что Бог есть любовь.