13 мая

В 7 -м ч[асу] выехал. Ехал хорошо, но разгорячился на станции и сверх того сильной изжогой плачусь за вчерашний каймак. Как ни смешон Б[уемскiй], когда с ним с глазу на глаз, невольно принимаешь его в серьезное, и делается досадно, и еще досаднее то, что досадно. — Ложусь. 11-й.

Встал в 9. Пошел на гимнастику. Без друзей скучно. Читале Морской сборник. Погодина с наслаждением прибил бы по щекам. Подлая лесть, приправленная славянофильством. Новая штучка. Все празднества московския какая нерусская черта. Левшин сказал, что докладывал министру; но все таки дал ответ évasif. Буду писать проэкт, несмотря на то. Обедал у Кокорева. Щи, варенец, шампанское, золотая солонка на русской манер. — Дичь, безвкусие, неясность. Статья К[окорева] умна, но безобразна, он перебирает все раны экономическия слегка. Зашел к М. Г. Ничего, ничего, молчание! Тургеневых не было дома. Опять провел вечер у Толстой. Опять старушка Мальцова.

Отбытие Генерала в Торнео и Каир. Вынос. Восторженность Л[изаветы] Н[иколаевны]. Вечер у Мещерских. Очень весел, хвост крючком.

Чудный Троицын день. Вянущая черемуха в корявых рабочих руках; захлебывающийся голос Вас[илия] Дав[ыдкина]. Видел мельком А[ксинью]. Очень хороша. Все эти дни ждал тщетно. Нынче в большом старом лесу, сноха, я дурак. Скотина. Красный загар шеи. Был у Гимбута. Я влюблен, как никогда в жизни. Нет другой мысли. Мучаюсь. Завтра все силы.

Встал рано, нездоровилось. Урок словесности, к[оторый] не записал, и больше ничего.

Письмо станового. Статистика доказывает, что подати сбирать не жалко. Песок возить можно ли? Моя прежняя грубость. Теперешняя приятность. —

В 10-м комната убрана. Я сказал, чтобы не убирали. Стал поправлять статью. Нейдет. Читал Эмерсона.

Глубок, смел, но часто капризен и спутан. Всё попытки сердиться.

Не говорить, не курить, не разжигаться.

Пришла вдова Анна Крыльц[овская], сама пята. День не емши, а два дня так. Среди разбиранья наших вещей, она стояла перед крыльцом с мальчиком. Есть нечего. Надо поехать к ней и помочь.

Пошел ходить. И хожу, гуляю скверно. Зашел в деревню. Беседовал с Евдокимом и Серг[еем] Резуновым. Я пытался предложить общую работу с тем, чтобы излишек шел на бедных. Как слово «бедных» и «для Бога», так презрение и равнодушие. «Нет, не согласятся на это». Но я не отчаиваюсь. Надо быть наивным, как Чертков. После обеда пришел Петр Осипов. Он перед смертью просил прощенья у отца.

Было большое сомнение — идти на тягу. Пошел — так же, как продолжаю курить. Пошел к девочкам. У них спасаюсь от холодности и злобы. Теперь какое-то сумашествие убиранья, и жаловаться на усталость и болезнь.

Еще жив. Встал в 4, собрался, простился с Поповым и поехал на Козловку, где ждал около часа. Дорога была бы приятна, если бы не назойливая дама еврейского типа, узнавшая меня и всячески услуживавшая. Под конец разговорился с ее свояком, торговцем, о бесполезности и вреде денег. Было недурно. Пошел в самый жар и разморился. Пришел, выбежала милая М[аша], готовая навсё доброе, и такая же с нею готовая славная мать Соня. Илья ниже ее гораздо, как мущина. Он зарывается в мелочах и кроме того роскошь и отсутствие духовной жизни. Он добрый, но очень слабый человек. — Поел, отдохнул, напился чая. Походил по лесу и вот записываю. 6-й час. Вечер посидели, легли рано. Мне нездоровится.

Лечение и велосипед, и упадок духовной жизни. Ha-днях даже рассердился за то, что велос[ипед] не готов, и оскорбил человека. Давно не помню в себе такого упадка духа. Сжался и сижу, жду. Так же мало эгоистического, как и божеского.

Запишу хоть то, что мне очень очень хорошо. 11 ча[совъ].

Нынче, кажется, 13 М. 1901. Я. П. Пишу утром. Ничего не работается 2 й день. Мы одни с С[оней]. Мне хорошо. Кое что обдумываю, но не могу найти формы и подраздѣлен[iя] предметов; кроме художественных работ: 1) О религии и отсутствии её, 2) о воспитании, 3 е о требованиях народа — земля (habeas corpus), 4 е об открытых картах, что власть держится только войском.

Сейчас ходил и думал:

1) Очень неверно, неточно, неопределенно сказано: люби ближнего. Это сказано в библии; в Евангелии же только повторено, выбрано самое важное из всего. Любить велеть нельзя, любовь есть высшее проявление души и потому ничем не может быть вызываемо. Оно вызывает все другое. Любить можно велеть только Бога, п[отому] ч[то] это свойственно человеку: как только он свободен от соблазнов, он невольно больше всего любит Бога, т. е. истину, добро, любовь.

Надо сказать: не то, что люби ближнего — этого нельзя, а будь добр к ближнему (люби Бога). Это всегда можно.

2) Странное дело: любить и презирать нельзя, а быть добрым и презирать не только можно, но быть добрым с людьми, кот[орыхъ] не любишь, можно только тогда, когда презираешь их. Когда не презираешь людей, а хочешь любить, то вместо того, чтобы любить, чтобы быть добрым с ним[и], делаешься зол, ненавидишь. Чудесно выражено это в уч [ении] 12 Апост [олов]. Одних люби, как свою душу (это тех, когда любим), других обличай. Нет, не идет выражен[iе] уч[енiя] 12 Ап[остоловъ]. — А надо сказать так: не ищи для людей ничего для себя и

Слово: презирать — неверно. Надо не презирать, а не ожидать от людей того, чего они дать не могут, и главное не ожидать от них любви к себе. (Вышло неясно).

Здоровье нехорошо — печень. Но силы не слабеют. Послесловие кончил и послал. Здесь Таня с мужем и Страх[овъ] с своим ужасным делом.

Нынче ночью думал две вещи:

1) Что надо приучить себя: входить в молитвенное состояние при начале общения со всяким человеком; сказать себе: смирно! как только сошел[ся] с человеком. Буду приучаться.

2) Это подтверждение того, что сознание есть воспоминание, очищенное от образов, a воспоминание — сознание, загроможденное образами. Сознание есть воспоминание (представляя себе во времени) о всей прожитой бесконечное время жизни, (рассуждая же отвлеченно) — сознание своего сознания. Воспоминание же есть ничто иное, как сознание (во времени) непрерывности моей жизни, (рассуждая же отвлеченно) сознание вневременности моей жизни.

Еще 3). Человек уходит из времени, когда сознает свое сознание. И это то нужно для доброй жизни.

1) Утеряна главная сущность учения Христа: сыновность Богу. — 2) данное участие в жизни Божеской.

Вчера поправил о госуд[арстве] и о любви. Мало и плохо. Ездил в волостн[ое] правление. С 3 [осей] лучше, не сержусь. Вечером письмо ругат[ельное] от Великанова. Неприятно, но больше его жалко. Как я рад. Душевное состояние не от физ[ических] причин. Благодарю Бога. Погода лучше. Писал много о любви, средне, скорее, плохо. Записать надо одно:

1) Большие мыслители: Хр[истос], Лаотзе откроют истину, люди пониже их духом, ученики (Павел) принизят, приспособят к большинст[ву]. Большинство еще принизит, установит легенды. Чем больше круг, тем мельче. А потом явятся уж люди чуждые веры, к[оторые] закрепят. (Не то, глупо.)

Написал письмо Ч[ерткову].

Сейчас выстрел и визг собаки. Верно, убили. Прямо почти физически больно и жалко того, кто убил. Благодарю и за это. Какая радо[сть] жить любовью!

Теперь 6 ч[асов], иду обедать.

Довольно много писал о любви. Не дурно, подвигается. За завтраком С[оня] б[ыла] ужасна. Оказывается, она читала «Дьявол», и в ней поднялись старые дрожжи, и мне б[ыло] оч[ень] тяжело. Ушел в сад. Начал писать письмо ей то, ч[то] отдать после смерти, но не дописал, бросил, главное, от того, ч[то] спросил себя: зачем? сознал, ч[то] не перед Богом для любви. Потом в 4 часа она всё высказала, и я, слава Богу, смягчил ее, и сам расплакался, и обоим стало хорошо.

Записать:

1) Только сказать про то, ч[то] большинство людей, как милости, ждут работы, чтобы ясно было, как ужасна наша жизнь и по безнравственности и по глупости, и по опасности, и по бедственности.

2) В медицине то ж[е], чтò и во всех науках: ушла далеко без поверки; немногие знают не нужные тонкости, а в народе нет здравых гигиенических понятий.

3) Сколько ни старался жить только перед Богом — не могу. Не скажу, ч[то] забочусь о суждении людей, не скажу, что люблю их, a несомненно и неудержимо произвольно чувствую их, также, как чувствую свое тело, хотя слабее и иначе. (Верно).

Много спал и, как всегда при этом, встал оч[ень] слабым. Погулял, б[ылъ] в больнице на приеме. Интересно. Опять ничего не писал. Говорил с учителями хорошо. Приехали пасынки Тани — ничего. Вечером приятно. Говорил с Душ[аномъ] и Булг[аковымъ].

Записать:

4) Что зло есть суеверие, яснее всего видно из того, чтò смерть считается злом. Для меня — я знаю, что не зло.