Письмо А. А. Фета Толстому, 2 мая 1861

Степановка, 2 мая <1861 г.>.

Хотя и придется дня два ждать этому письму отправки, но зато я не могу ждать, дорогой Лев Николаевич, и не поблагодарить Вас за все, за все. — Нет! — воскликнул я, — воспитание великое дело, и мальчиков должно пороть под латинской грамматикой. Этим пороньем пропороть и мозг и все жилы.

Мари, которая в настоящую минуту сидит у меня в кабинете, между тем как степановская луна смотрит в окно (Вы еще не видали степановской луны — стоит посмотреть — своя ), Мари говорит, что не благодарила Вас за Вашу обязательную любезность — ну это ее дело. Зато я не буду так нем, и мое восклицание о тонкости чувств вовсе не относится к Вашей поездке из Москвы до Тулы, а насчет бюста — дорогого и вечно близкого мне русского человека ¹.

Экая милая, экая человеческая натура. На этом останавливаюсь и не нахожу эпитетов, потому что к какой европейской личности ни приложу, все выходит не то. А врать не хочется, вспоминая этого правдивого человека. Лучшего, благороднейшего подарка Вы не могли вычувствовать. Тургенев ценил высоко эту благородную и умную личность, и я рад, что Вы наконец сошлись с последним. На меня все те же будут нападки и все те же возгласы: "Если тебе не Лев, не Николай Толстой или не Тургенев — то и никого не нужно". Да, да и да. Я люблю виртуозность, а хромоты в жизни ненавижу, хотя сам хромаю на все копыта.

А такими людьми, как Тургенев, швырять — да еще у нас на Руси — есть или неслыханная роскошь, или бедность. Я начал новый листок, вообразив, что этот дописал, но когда достал из стола, оказалось, что я упраздненный сочинитель.

Не взыщите, вперед у меня будет менее дел и более памяти.

4 мая.

Ах, как хорошо быть сочинителем! Что делает барин? Письма сочиняет, не извольте их беспокоить. А между тем у меня лошадь оседлана и надо ехать. Но не бойтесь, я Вам письмами еще удружу из моего прекрасного далека.

Ради бога, заверните к нам. 9-го, несмотря ни на какие хлопоты, я буду в Спасском на именинах Ник. Ник. Тургенева ², да и во Мценске есть дела. Мне необходим Ваш приезд к нам. Все разгром — но тем лучше.

Дружески обнимаю Вас заочно и прошу передать мой и женин искренние приветы тетеньке Вашей Татьяне Александровне и Сергею Николаевичу.

Преданный Вам А. Фет.

Борисовы оба Вас вспоминают — больные. Если будете писать Раевскому, напишите, что продаются 6 отличных гончих за 50 рублей серебром.