Письмо А. М. Бодянскому от 2 октября 1900 г.

А. М. Бодянскому.1900 г. Октября 2. Я. П.

Дорогой Александр Михайлович,

Прошение получил, но, к сожалению, не мог передать его, как я делал для Ериванских и Карских молокан, передать его прямо Гос[ударю] через знакомое лицо. ¹ Я послал его по почте в комиссию прошений. К сожалению, едва ли будут удовлетворены как первые, так и это прошение. Когда что нибудь узнаю, сообщу вам. Теперь же ничего не знаю.

Федору Арищенкову ² до сих пор ничего не успел сделать. Я виноват в этом. Завтра поеду к человеку, ³ к[оторый] едет в Сибирь, в Иркутск, и к[оторый], наверное, сделает, что нужно и можно для больного.

Против вас, милый А[лександр] М[ихайлович], ничего не имею, кроме самого приятного и любовного воспоминания о вас. ⁴ Мы вспоминали о вас с М. А. Шмит. Как вы живете? Что ваше семейство?

Братски целую вас.

Лев Толстой.

Если я иногда подолгу, а иногда и вовсе не отвечаю, то простите — и стар, и хвораю, и много дела радостного, к[оторое] кое как делаю.

1. 1. См. письмо № 277.
2. 2. Духобор Федор Семенович Арищенков, будучи в 1899 г. направлен в ссылку в Якутскую область (за отказ от военной службы), не дойдя до места назначения, слег в тюремную больницу в Александровском централе, близ Иркутска. До отправки в Сибирь, еще во Владикавказской тюрьме, он тяжело захворал. Его товарищ по заключению Ф. Е. Дьячков писал 21 мая 1899 г.: «У нас Федор Арищенков заболел в тюрьме с неделю и тут болел всё время; ходил по малу, а болел лихорадкой. Я поил его сладкой хининой, ну, теперь стал поправляться, слава богу» («Духоборцы в дисциплинарном батальоне», изд. «Свободное слово», Christchurch, 1902, стр. 39). См. письмо № 261 и в книге В. Д. Бонч-Бруевича «Волнения в войсках и военные тюрьмы», изд. «Коммунист», М. 1919, стр. 146—148.
3. 3. Об этом лице редакция сведений не имеет.
4. 4. В вопросе о переселении духоборов в Калифорнию произошли разногласия между Бодянским и Толстым. Бодянский сочувственно относился к попыткам переезда, гарантировавшим духоборам зимний заработок в первый год, и был недоволен моральным воздействием Толстого, возражавшего против выселения из Канады (см. письмо № 257). Кроме того, намечались расхождения во взглядах: Бодянский постепенно отходил от мировоззрения Толстого, склоняясь к новым революционным взглядам кн. Д. А. Хилкова (см. письмо № 278). Бодянский писал Толстому 10 апреля 1900 г.: «Мне всегда становится тоскливо на душе, когда вспоминаю о Вас. Мне думается при этом: вот человек, с которым ты должен был бы иметь более добрые отношения, чем с кем-либо другим, а у тебя их нет. Тогда я начинаю разбирать, почему их нет, и не нахожу причины с своей стороны. Нахожу несколько поводов, которые могли послужить для Вас к напрасному недовольству на меня, но, проверяя свои чувства, не нахожу такой минуты, когда бы моя любовь и мое глубокое к Вам уважение сколько-нибудь ослабевало. Я только не могу вполне согласоваться со всеми Вашими взглядами и понятиями, и не всегда мне кажется правильным и полезным для других то, что Вы говорите, но никогда не возникало в моем уме, ни в чувстве и тени осуждения или недоброжелательства к Вам ... Потом я считаю необходимым дать Вам и через Ваше посредство другим разъяснения по поводу переселения духоборцев в Калифорнию». Изложив подробно свой взгляд на это дело, Бодянский закончил письмо просьбой: «Если сознаете какую вину, то укажите ее, пожалуйста, и простите».