26 ноября 1854 года

Живу совершенно беспечно, не принуждая и не останавливая себя ни в чем: хожу на охоту, слушаю, наблюдаю, спорю. Одно скверно: я начинаю становиться, или желать становиться, выше товарищей и не так уже нравлюсь. Вот почти верные известия из Севастополя. 13 числа была вылазка в неприятельския траншеи, против 3, 4 и 5 бастионов. Екатеринбург[скiй] полк против 4-го бастиона занял траншеи в расплох, выгнал и перебил неприятеля и отступил с потерею трех — раненными. Офицер, командовавший этой частью, был представляем В. К. Николаю Николаевичу. «Так вы герой этого дела? сказал ему Князь, расскажите, как было дело». «Когда я пошел с бастиона и стал подходить к траншее, солдаты остановились и не хотели идти». — «Ну что вы говорите...» сказал Князь, отходя от него. «Как вам не совестно», заметил ему Философов. «Ступайте прочь», заключил Менщиков. Я уверен, что Офицер не врал, и жалею, что он не зубаст. —

Вылазка с 3-го бастиона была неудачна. Офицер, увидав часовых, вернулся за приказаниями к Адмиралу и дал время приготовиться. О вылазке с 5 бастиона подробностей не знаю. Вообще эти известия еще не совсем достоверны, хотя и более вероятны, чем дикия елухи о взятии каких то 30 орудий. —

Липранди назначен командующим войск в Севастополе. Слава Богу! Исключая успехов, которые он имел в этой кампании, он любим и популярен, и популярен, не е[.....] матерью, а распорядительностью и умом. К добру или не к добру, но к сильной досаде, безденежье удерживает меня дома; а то я бы был уже на Юж[номъ] бер[егу] в Эвпатории, или вернулся бы в Севастополь. —