3 сентября 1903 года

Жив, но нездоров, 29 [-го] ездили верхом, лошадь наступила на ногу и разлитие желчи и весь нездоров и нога не справляется. 28-е прошло тяжело. Поздравления прямо тяжелы и неприятны — неискренно земли русской и всякая глупость. Щекотание тщеславия, слава Богу, никако[е]. Авось нечего щекотать. Пора.

Думал очень важное, но не додума[лъ] до конца. Возвращусь после, а теперь запишу, как понимаю:

1) Часто смешиваю людей: дочерей, некоторых сыновей, друзей, непріятны[хъ] людей, так что в моем сознании не лица, а собирательные духовные существа. Так что я ошибаю[сь] не тогда, когда называю одного вместо другого, а тогда, когда считаю кажда[го] отдельным существом. Неясно. Но je m’entends.

2) О литературе. Толки о Чехове: Разговаривая о Чех[овѣ] с Лазаревским, уясни[лъ] себе то, что он как Пушкин двинул вперед форму. И это большая заслуга. Содержания же, как у Пушк[ина], нет. Горький — недоразумение. Немцы знают Горьк[аго], не зная Поленца.