20 июня 1904 года

Здоровье лучше, но не могу пристально работать, не хочется. Кроме того, много посетителей: Сухот[ины], Таня главное. Кое что думаю и забываю, кое что помню, а именно:

1) Эгоизм — самое дурное состояние, когда это эгоизм телесный, и самое вредное себе и другим; и эгоизм — сознание своего высшего «я» — есть самое высшее состояние и самое благое для себя и других. Стоит заботиться о себе телесном — и ряд неустранимых трудностей и бед; стоит заботиться о себе духовном — и все легко, и все благо.

2) Чем больше живешь, тем становится короче и время и пространство: что время короче, это все знают, но что пространство меньше, это я теперь только понял. Все кажется все меньше и меньше, и на свете становится тесно.

3) Споры бывают только от того, что спорящие не хотят воротиться к тем положениям, на кот[орыхъ] они основывают свои выводы. Если бы они сделали это, они увидали бы или что положения, принимаемые ими за аксиомы, несогласимы, или то, что кто нибудь один, а мож[етъ] б[ыть], и оба делают неправильные выводы из верных основ.

4) Человек всегда стремится к тому, чтобы вытти из своих пределов: он пытается сделать это посредством матерьяльных воздействий на матерьяльные пред[меты] или приобретением собственности, или приобретением знаний, или овладением силами природы, или соединением в браке и семьею, или властью, и ничто не освобождает его от его пределов. Всегда одно в ущерб другого: он только растягивает мешок, в к[оторомъ] он сидит. Чем больше он растянет его в одну сторону, тем больше он натянется и стеснит его во всех других.

5) Для того, чтобы расширить свои пределы, человеку есть только одно средство: слиться, соединиться с другими существами; соединиться же, слиться с другими существами человек можеть только тогда, когда он поймет свою духовную сущность. Поняв же то, что он духовное существо, он неизбежно сливается со всеми другими существ[ами] — любовью. (Нехорошо).

6) В чем ценность жизни человека? Почему нельзя убивать людей? Все равно они умрут. Ценность жизни в том, что каждый человек есть особенное, единственное, никогда не бывшее прежде существо, имеющее соответственное своей особеннос[ти] назначение. Каждое существо есть особенный и нужный Богу Его орган.

7) Человек в настоящем, т. е. вне времени, всегда свободен, но когда мы рассматриваем его поступок всегда во времени, он всегда представляется последствием предшествующей причины. Всякому поступку предшествовал какой либо поступок или состояние и нетолько один поступок и одно состояние, но бесчисленное количество поступков и состояний, и потому всякий поступок может быть отнесен к какому либо поступку или состоянию или какой нибудь совокупности предшествующих поступков или состояний как его или их послѣдств[iе]. И потому человек свободен, но кажется несвободны[мъ]. Совсем обратное тому, что говорят детерминисты, говорящие, что челов[ѣкъ] несвободен, но кажется свободным. И Лихтенберг глубоко прав: Вы говорите, что челов[ѣкъ] несвободен, п[отому] ч[то] мы несомненно знаем, что всякое действие имеет свою причину, а я говорю, что положение о том, что всякое действие имеет свою причину, несправедливо, п[отому] ч[то] я несомнѣн[но] знаю, что челов[ѣкъ] свободен.