14 апреля 1910 года

Оч[ень] б[ыло] тяжело вчера. Ходил вчера к Курнос[е]н[ковой], к Шинтяков[у] — забыл как зовут. Ничего не делал, кроме пустого письма. Ездил верхом. Тяжело, а не знаю, чтò делать. Саша уехала. И люблю ее, недостает она мне — не для дела, а по душ[ѣ]. Приезжали провожать ее Голденв[ейзеры]. Он играл. Я по слабости кис.

Ночь[ю] было тяжело физически, и немного влияет на духовное. Встал поздно. Бодянская о муже, приговоренном по Новор[оссiйской] республике. Написал Олсуфьеву. Вел себя хорошо и с нищими, и с просителем. Ездил в Овсянниково. Читал свои книги. Не нужно мне писать больше. Кажется, что в этом отношении я сделал, чтò мог. А хочется, страшно хочется.

Вечер[омъ] поправлял Мысли о жиз[ни]. Теперь 12 час[овъ]. Ложусь. Все дурное расположение духа. Смотри, держись, Л[евъ] Н[иколаевичъ].