1 июня 1910 года

Вчера был не в хорошем духе. Кажется, ничего плохого не было, хотя было много просителей. Писем мало. И к стыду моему, мне это неприятно. Опять все то же поправление и пьесы и предисловия. Опять поездка с Тру[бецкимъ] в Телятинки. Пропасть народа: Ге, Зося Стах[овичъ]. Вечером они уехали. Димочка...

Нынче много спал и, кажется, недурно поправил. Трубец[кой] ездил со мной, и мне немножко подозрительна его лесть и неприятна. Сейчас вернулся и лягу спать. Что то утром хорошее надо было записать. Забыл. Вечер 11, ложусь спать. Саша радует. Читал Чернышевского. Оч[ень] поучительна его развязность грубых осуждений людей, думающих не так, как он. Оч[ень] приятное, доброе чувство к Соне — хорошее, духовно-любовное. На душе хорошо, несмотря на бездѣятельно[сть].