Письмо С. А. Толстой от 25 июля 1881 г.

1881 г. Июля 25. Хутор на Моче.

Завтра — воскресенье, и утром едет нарочный в Самару. ¹ Как я ни скуп, не могу удержаться от этой роскоши получить от тебя, надеюсь уж — письма. До сих пор, вот 13 день, не получал еще. Я пишу 3-е ² письмо. Сережа совсем поправился, я здоров, и питие кумыса идет хорошо. С последнего письма ни особых впечатлений у меня не было, ни поездок никуда не предпринимал. Послезавтра поеду в Землянки. ³ Будет самая горячая наемка. Я буду зритель только, потому что не вмешиваюсь ни в какие хозяйственные дела. Они идут хорошо. Я два последние дня два раза начинал Петину историю, ⁴ и все не могу попасть в колею. Я надеюсь, что пойдет, и если пойдет, то будет хорошо. — Жизнь здесь тихая, спокойная. — Лизавет[а] Алекс[андровна] ⁵ угощает и все старается, чтоб было похоже, как она знает, у нас, в Ясном, и в самом деле очень добра. — Сережа был больнее, чем я думал сначала. У него был кровавый понос. Лечение его, я думаю, ты бы одобрила. Теплую подушечку от кареты на живот, клестир из крахмала с опиумом и опиум внутрь по 10 капель 2 раза. — Диета — куриный бульон и чай с сухарями. ⁶ Он 3 дня почти лежал и вероятно скучал ужасно. Ты знаешь, как он молчалив и брюзглив. Он меня помучал, но теперь он совсем хорош; но охотно сам держит диету. — Нищета здесь зимой была ужасная; теперь видны следы голода. В тот день как мы приехали, у Вас[илия] Ив[ановича] в сенях, по его словам, умирала девочка, ⁷ сестра его девочки няньки — годовая. Он думал, что она в ночь умрет. Ее лечили, а главное — поили молоком, и она ожила. Мать девочки говорила, что зимой у ней 10-летний мальчик умер с голоду. Это несовсем правда, но не совсем и неправда. Несколько ночей я спал очень дурно от жара в комнатах, особенно при кумысе. Теперь стал спать на балконе наверху, и чудесно. Бабай, ⁸ караульщик бывший на бахчах, караулит у дома и ездит на старом мерине, Турсуке, за мукой. Это милейшее 70-летнее дитя природы. Поет песни татарския тонким голоском всю ночь и барабанит в лад в старое ведро. «Ведро ж... кончал», как он говорит.

Старого Турсука он ужасно любит. «Турсук пирог ашал». Он его кормит и никому не дает, и мечта его в том, чтобы ему подарили осенью Турсука, он бы на нем приехал домой и там бы его съел.

Все эти дни налаживали мельницу на конный привод, но она не пошла. Я каждый день делаю большую прогулку пешком или верхом. Стояли страшные жары, а теперь второй день пасмурно, и нынче дождь.

На тульской станции мы встретили Мит[ашу] Оболенского. ⁹ Я ему мельком сказал: «приезжайте в Самару». А он говорит: «je v[ou]s prends au mot, ¹⁰ я приеду». Надеюсь, что если он вздумает поехать, он тебе даст знать или заедет к тебе. Это было бы прекрасно. Я нравственно, слава Богу, все такой же, как был, — немножко потупее; но физически, кажется, крепче и подвижнее.

Прощай, милая, рости потихоничку свое брюхо, 11 циплят оберегай, но не изводи себя тревогами, беспокойствами — если можно. Целуй всех и кланяйся всем. Помни, что твоя жизнь прекрасная.

На конверте: В Тулу. Графине Софье Андревне Толстой.

1. 1. 27 июля 1881 г. С. А. Толстая писала: «Не разорился бы, если б почаще посылал нарочного с письмами» (стр. 167).
2. 2. Фактически. настоящее письмо является четвертым.
3. 3. Село в 15 верстах от хутора Толстого.
4. 4. «Чем люди живы», обещанные для детского журнала «Детский отдых», издававшегося П. А. Берсом. Рассказ Толстого был напечатан в № 12 журнала за 1881 г. (стр. 407—434).
5. 5. Е. А. Алексеева. С. А. Толстая писала 8 августа: «никому, кроме милой Елизаветы Александровны, не кланяюсь, потому что уверена, что тебя там задерживают все, и за это я на всех сердита» (ПСТ, стр. 169).
6. 6. С. А. Толстая писала в ответном письме от 30 июля: «Лечение ваше, хотя и не дурное, но при кровавом поносе прежде всего дают касторовое масло с тремя каплями опиума, а потом опиум и клистиры. Теплые припарки и compresses échauffantes лучше всего, но в вашей дикой стране ничего нет, и это грустно». (Не опубликовано.)
7. 7. Бабай — по башкирски старик.
8. 8. С. А. Толстая писала 30 июля: «Видела.... Оболенских, но Дмитрий Дмитриевич не говорил мне, что бы он собирался в Самару».
9. 9. я вас ловлю на слове,
10. 10. “Беременность сыном Алешей, умершим” (п. С. А.).