10 августа 1881 года

Землянки. Тоска — усталость. Молокан передал письмо. Заботится о том, чтобы не было гоненья. «На твоей воле — перейди. Как было, не хочется. По строке-то оно — так, да вишь-то — жалко своего-то». Еремей Ив[анович] ночью приехали. Уж я и хлебы поставила и замесила, и посадила. Не знаю, каковы выйдут. Всё нужда. Красивая, широкая, сильная старуха с усталыми большими черными глазами.

Работник базарного всё рассказывал про хозяв. Ведут себя по благородному: в обед встают. Ни одна стряпка не угодит. К чужим милостива, а к своим не может сердце удержать. Дал 2 яблока. Отживу да и сойду. — Наемка. Ошалел, нанимал татарченка.

Вечером пошли провожать Лизу. Темно. С верху кибитки свет, мы думали звезда далеко. Азис шайтанов не боится.

«Когда мой не хорош. Целый день торговался». — Лиза, за ней по тропочке. Азис босиком, распояской. Навстречу огни красные, брызги огня высоко. Это Исам шаман со свечкой в розовой рубахе распояской, на бугре. Это ты, Лиза? С кем ты? А! Азис. Увидала, застыдилась. Азису показал шатры катык сирчат бузит.