Дневник Льва Толстого
20 октября 1906 года
Нет, радуюсь тому, что сознание жизни духовной, Бога в себе, не ослабевает. Испытываю совершенно новое состояние сознания, когда признаю себя не Л[ьвомъ] Т[олстымъ], a проявлением духовного беспредельного, единого существа: равнодушие к мнению людей, к состоянию тела, даже к своей производительности; испытываю кроткое, любовное бесстрашие всемогущества. — Прекрасная русская пословица: «как перед Богом». Жить перед Богом.
Здоровье все хуже. Все это время возился с заключ[ительной] главой. И так плохо, что бросил. Читал Чамберл[ена] об Евр[еяхъ]. Нехорошо, хотя много мыслей вызывает. Очень хочется писать и худож[ественное] и религиозно-метафизическое.
Записать многое из книжечки и не записанное следующее:
1) Очень много в нашем, в моем понимании смысла жизни (религии) условного, произвольного, неясного, иногда прямо не правдивого. Хотелось бы выразить см[ыслъ] жизни как можно яснее; и если нет, то ничего не вносить в это определение неясного. —
Неясно, для меня, понятие Бога. Я не имею никакого права говорить про Бога, про всего Бога, тогда как я знаю только то, что во мне есть нечто свободное, всемогущее — хотел сказать: благое, но это качество не может быть приписано этому «нечту», т[акъ] к[акъ] всемогущее и свободное и единое не может не быть благим. Это сознание я знаю и могу жить в нем, и в этом перенесении в это сознание всей своей жизни есть высшее благо человека. Вот все пока.
2) Сознание есть созерцание созерцателя. Созерцатель в зависимости, созерцание свободно.
3) Отделенное существо не могло бы быть свободно, если бы не было времени, т. е. постоянного, непрерывного раскрытия своего существа и других существ. Момент соприкосновения прошедшего с будущим дает возможность свободы.
4) Через пределы своего существа, сознаваемые мной телесностью в пространстве, я получаю понятие множества; через раскрытие существа, сознаваемое мною временем, я получаю понятие движения.
5) Успешность революции — в зависимости от освобождения от заблуждений.
6) Читал свое: «О Смысле Жизни» и вижу, что теперь я яснее понимаю и мог бы выразить то, что там сказано. А тогда казалось, что лучше нельзя сказать. Тоже будет и с теперешним пониманием и выражением, тоже будет вечно. А я хочу все понять. Если все понять, также как и все обнять, не было бы жизни.
7) Жизнь — все в бòльшем и бòльшем раскрывании. Понимание Бога Творца и даже Бога Христа и даже угодников также на своей стадии законно, как и мое.
8) Все больше и больше занимает меня мысль выделения христианства (отчасти я это бессознательно сделал) из церковного, главное, Павловского христианства. В первый раз чувствую, что это в мои года не по силам предприятие.
Закон и Пророки до Iоан[на]. Отныне же Ц[арство] Б[ожiе] проповедуется, и всякий человек усиливает его. (Л[уки] XVI, 16). Закон б[ылъ] дан Моисе[емъ], но милость и истина через І[исуса] Х[риста]. (Іоанна I, 17). (М[ат]ѳ[ея] XI, 12, 13). Со врем[ени] І[оанна] Кр[естителя]. — Как хорошо бы было вырвать Евангелие из Вѣтх[аго] Зав[ѣта] и Павла! Это б[ыло] бы великое дело.
9) Да, все творящееся в действительном мире не есть Ein Gleichniss, Alles Vergängliche ist nur ein Gleichniss, — как говори[тъ] Гёте; но все пространств[енное] и временное есть только проявление божественного, духовного.
10) (Очень важное). Я по старой привычке ожидаю событий извне, своего здоровья, и близких людей, и событий, и успеха.
И все это нетолько глупо, но вредно. Перестань только думать, заботиться о внешнем, и ты невольно перенесешь все силы жизни на внутреннее, а оно одно нужно и одно в твоей власти.
11) Рассердился на собаку (она погналась за овцами) и хотел побить ее. И почувствовал, как поднялось во мне злое чувство, и подумал: всякая потачка, попустительство злому, похотливому чувству — хотел сказать: нетолько, но надо сказать: только тем и дурны, что усиливают то, от чего надо избавляться. Всякая такая потачка подобна тому, что сделаешь, отстранив препятствие, задерживающее падение предмета.
Полн. собр. соч., т. 55, с. 262–264