Дневник Льва Толстого
10 октября 1907 года
Давно не писал, за это время был один день в тоскливом состоянии из-за стражников, к[оторые] тревожат крестьян. Тут тетя Таня и Мих[аилъ] Серг[ѣевичъ] и две Танички. Была неприятна неожиданная и неприятная брань за мое письмо о том, ч[то] у меня нет собственности. Было обидное чувство и, удивительное дело, это прямо было то самое, ч[то] мне б[ыло] нужно: освобождение от славы людской. Чувствую большой шаг в этом направлении. Все чаще и чаще испытываю какой-то особенный восторг, радость существования. Да, только освободиться, как я освобождаюсь теперь, от соблазнов: гнева, блуда, богатства, отчасти сластолюбия и, главное, славы людской, и как вдруг разжигается внутренний свет. Особенно радостно. За это время работаю над Дѣт[скимъ] Кр[угомъ] Чт[енiя], вводя его в подразделения большего. Работа, требующая большего напряжения, но идет порядочно. — Записать:
1) Жизнь не шутка, а великое, торжественно[е] дело. Жить надо бы всегда также серьезн[о] и торжественно, как умираешь.
2) Когда люди говорят, то кажется, что всякое говоренье есть одно и тоже дело. А между тем этих говорений есть два совершенно различных и по причинам, вызывающим говоренье, и по последствиям. Большей частью люди говорят только для того, чтобы дать ход всем своим чувствам. Это говоренье праздное; и второе, говорят тогда, когда хотят передать свою мысль другому для его пользы. Это говоренье хорошее.
3) Есть времена, когда я не сознаю себя, но и в эти времена я знаю, что я есмь. Что же такое то, про что я знаю, ч[то] оно есть, хотя и не сознаю его? Это божественное — Бог во мне.
4) Сознавать Бога в себе — это одно, и это достигается довольно легко в уединении. Но сознавать нетолько в себе, но и в других, когда сходишься с ними, это гораздо труднее. И этому надо учиться. Учусь. Помоги, Господи.
5) Истинная и твердая вера в Бога в том, чтобы, несмотря на осуждение людей, делать то, чего хочет Бог, и быть спокойным.
6) Как хорошо, облегчительно чувствовать и признавать себя виноватым. Все запутанное и трудное сразу объясняется и облегчается.
7) Задумался о том, правда ли, что благо человека — только в увеличении в себе любви. Отчего же этого нет теперь во всех людях? А от того же, от чего этого не было во мне 30 лет тому назад. Как человек растет, так и человечество.
8) Не раз уже я рисовал это.
9) Человек не знает, что хорош[о], что дурно, а пишет исследование об упавшем аэролите и о происхождении слова «куколь»!
Полн. собр. соч., т. 56, с. 70–71