16 октября 1910 года

Не совсем здоров, вял. Ходил, ничего не думалось. Письма, поправлял О Соц[iализмѣ], но скоро почувствовал слабость и оставил. Сказал за завтраком, что поеду к Ч[ертковымъ]. Началась бурная сцена, убежала из дома, бегала в Телят[инки]. Я поехал верхом, послал Душ[ана] сказать, что не поеду к Ч[ертковымъ], но он не нашел ее. Я вернулся, ее все не было. Наконец, наш[ли] в 7 -м часу. Она пришла и неподвиж[но] сидела одетая, ничего не ела. И сейчас вечером объяснялась не хорошо. Совсем ночью трогательно прощалась, признавала, что мучает меня и обещала не мучить. Что то будет?

Нынче разрешилось.

Хотел уехать к Тане, но колеблюсь. Истерический припадок, злой.

Все дело в том, что она предлагала мне ехать к Ч[ертковымъ], просила об этом, а нынче, когда я сказал, что поеду, начала бесноваться. Очень, очень трудно. Помоги Бог. Я сказал, что никаких обещаний не дам и не даю, но сделаю все, что могу, чтобы не огорчить ее. Отъезд завтрашний едва ли приведу в исполнение. А надобно. Да, это испытание, и мое дело в том, чтобы не сделать недоброго. Помоги Бог.