1902

2 Янв. Гаспра.

¹

1) Говорят: будущая жизнь. Если человек верит в Бога и закон Его, то он верит и в то, что он живет в мире по Его закону. А если так, то и смерть происходит по тому же закону и есть только возвращение к Нему. (?) ²

1. 1. Начиная с даты: 2 января, дальнейшее, вплоть до записи 22 мая, внесено в Дневник рукой М. Л. Оболенской, за исключением оговоренной на стр. 129 записи рукой П. А. Буланже и позднейших вставок и исправлений рукой Толстого.
2. 2. Вопросительный знак в подлиннике.

4 Января 1902. Г аспра.

1) Бывают минуты, что не могу радоваться, или хотя равнодушно смотреть, на приближение смерти. А бывает в хорошия минуты, что так просто, хорошо.

6 января.

2) Ничто духовное не приобретается духовным путем: ни религиозность, ни любовь, ничто. Духовное все творится матерьяльной жизнью, в пространстве и времени. Духовное творится делом.

7 января. 10 Янв. 1902.

1) Нынче живо думал об отделенности «я» и о боязни смерти, кажущемся уничтожении «я». Смерть и есть уничтожение «я», т. е. отделенного и потому матерьяльного существа, или скорее иллюзия уничтожения, тогда как уничтожаются только пределы в роде освобождения сжатого газа. Кажется, что он исчез, а он только вступил в новые соединения.

11 Янв. 1902.

1) Личность, мое «я» должно быть орудием служения. И это можно. Когда же употребляешь это орудие, то спрашиваешь: кто тот, кто употребляет его? Это тот, кто не есть орудие и не умирает. Только начни заниматься орудием, чистить, беречь, украшать его, — и нет жизни, и подвержен всем мучениям, потому что орудие тратится. Только тот, кто употребляет его, не тратится, а растет. Хорошо.

2) Мы так привыкли считать свое орудие собою, что нам страшно его уничтожение. А стоит привыкнуть считать собою то, чтò работает орудием, и не может быть страха, а только сознание неловкости, что отнято прежнее орудие, а новое не дано еще. Как странно работнику быть без работы, п[отому] ч[то] хозяин отнял у него орудия. ¹ Признание орудия и работника есть признание Бога.

1. 1. Окончание фразы (после запятой) вписано позднее самим Толстым. В той же фразе слово: странно надписано им же поверх слова: старому

Нынче 22 Января 1902. Гаспра.

Почти все время был болен, т. е. приближался к смерти. И доволь[но] хорошо жил. За это время написал письмо Г[осударю] и послал через Ник[олая] М[ихайловича]. И письмо, и он нынче в Петерб[ургѣ]. Не знаю, передаст ли. Превосходная книга Мадзини и мысли Рёскина.

Нынче приехал Граубергер, говорит совершенно справедливо, что для христианина в наше время есть только одно приличное местопребывание — тюрьма.

За это время записано:

1) Если веришь в Бога, то веришь, что все, чтò совершается, все благо: страдания, болезнь и др., — это все только приготовления к новой неожиданной радости. И потому кто верит в Бога, тот всегда должен быть радостен; радостен и добр. И подтверждается это сейчас же тем, что кто верит в Бога и потому радостен, того сейчас все любят и ему хорошо.

2) А чтобы быть радостным всегда, надо только одно: то, чтобы пользоваться с благодарностью теми радостями, к[оторыя] соответствуют желаниям; на те же события, к[оторыя] кажутся непрiятн[ыми], несогласными с желаниями, смотреть как на обещание радости и во всяком случае как на испытания.

3) Доказательство, что это так, в том, что прошло испытание, всегда жалеешь, что не воспользовался им, а мог бы.

4) Бог в пределах есть жизнь. Движение в этих пределах есть расширение их.

¹ 5) Есть ли будущая жизнь? Будущая — не знаю. Знаю то, что есть Бог, по воле кот[ораго] я вступил в эту временную жизнь и живу в ней. Кончится эта временная жизнь ² по воле ³ Его же. Стало быть я буду опять в Его воле. Так что: ⁴ от Тебя исшел и к Тебе иду, или скорее: я всегда был в Тебе и остаюсь в Тебе. В этом ответ.

6) Иногда близость смерти тревожит. А иногда — именно, когда не думаешь, а отдаешься — так легко и просто.

7) Смерть есть уничтожение «я», т. е. отделенного и потому матерьяльного, или скорее иллюзии чего то реального, т. е. матерьяльного существа. В действительности уничтожаются только пределы, в роде освобождения сжатого пара или газа. Он исчез и кажется, что он уничтожился, но он только вступил в новые соединения.

8) Личность — мое «я» должно быть орудием служения. И это можно. Когда же употребляешь это орудие, то является вопрос, кто тот, кто употребляет его? Это тот, кто не есть орудие, кто не матерьялен, кто вне пределов — Бог во мне. Только начни заниматься орудием: чистить, украшать, беречь его, и нет жизни, и подвержен всем мучениям. Только кто употребляет его, живет и растет.

9) Мы так привыкли считать свое орудие собою, что нам страшно его уничтожение. (От этого и бывает у меня двоякое отношение к ожидаемой смерти).

Стоит привыкнуть считать собою то, чтò употребляет орудие, и не может быть страха, а только сознание неловкости, что отнято прежнее орудие, а новое не дано еще.

Признание работника, работающего орудием, есть признание Бога.

1. 1. Далее в подлиннике нумерация ошибочная: 4, 5, 6, 7, 8.
2. 2. Зачеркнуто: и я всту[плю] буду опять
3. 3. Зачеркнуто: Бога
4. 4. Зачеркнуто: все это по воле Бога.

23 Янв. Гаспра. 1902. Е. б. ж.

23 января.

Все слаб. Приехал Берт[енсонъ]. Разумеется пустяки. Чудные стихи:

Зачал старинушка покряхтывать,
Зачал.......... ¹ покашливать,
Пора старинушке под холстинушку,
Под холстинушку да и в могилушку.

Что за прелесть народная речь. И картин[но], и трогательно, и серьезно.

Думал:

Нет более явного доказательства ложного пути, на к[оторомъ] стоит наука, это её уверенность в том, что она все узнает.

1. 1. Многоточие в подлиннике. Должно стоять: старинушка

29 января.

1) Единственное спасение от отчаяния жизни — вынесение из себя своего «я». И человек естественно стремится к этому посредством любви. Но любовь к смертным тварям не освобождает. Одно освобождение — любовь к Богу. Возможна ли она? Да, если признавать жизнь всегда благом, наивысшим благом, тогда естественна благодарность к источнику жизни, любовь к Нему и потому любовь безразлично ко всем, ко всему, как лучи солнца.

2) Для человека, полагающего благо жизни в внутреннем совершенствовании — все хорошо. Когда все ¹ удовлетворяет желаниям, то просто непосредственно хорошо; когда же жизнь идет противно желаниям, то это единственная и наиболее легкая возможность совершенствования, так что опять все хорошо. Доказательство этого то, что когда пройдет время испытания, т. е. когда жизнь шла противно желаниям, то раскаиваешься в том, что не воспользовался им для того блага, которое дает сознание совершенствования.

3) Бывало досадывал, что жизнь чужая идет, а ты лежишь, умираешь, а теперь только хочется, чтобы она шла себе, не мешая спокойному умиранию.

4) Ценность старческой мудрости возвышается, как брильянты, каратами: самое важное на самом конце, перед смертью. Надо дорожить ими, выражать и давать на пользу людям.

1. 1. Зачеркнуто: идет

30 Янв. 1902.

¹

1) Отобрали у рабочих все молоко, наделали пирожных и ванн, а потом с помощью науки хотят делать наипитательнейшим то далеко недостаточное количество, которое осталось для рабочих. Вот цель нашего ученого земледелия, техники, медицины.

2) Лежат рассыпанные по миру тлеющие угли, — дух Божий живит их по мере силы жизненности, развиваемой в каждом угле ² и сообщаемой другим. В этом для человека и цель и смысл жизни. Только это (?). ³

1. 1. Здесь пометка М. Л. Оболенской: Продиктовано во время болезни.
2. 2. Эти два слова исправлены рукой Толстого из: корню угля
3. 3. Вопросительный знак в подлиннике. В записной книжке его нет.

31 Янв. 1902. 1 ч. дня.

1) Только это в том смысле, что законность и степень законности всех других целей зависит от того, в какой степени они содействуют достижению этой.

2) Понятно, что в молодости ничтожная цель удовлетворения чувства кажется единой целью жизни, но это-то переставление нижней цели на место высшей есть источник всех бедствий людей. Если цель моя добыть и соблюсти чистую воду для питья для ближних и животных, я не полезу в этот источник с грязным сосудом, ногами или одежде, только чтобы поскорее удовлетворить свою похоть.

3) Как мало я ценил глубочайшую притчу о насыщении пятью хлебами, раздавая хлеб, но не поглощая его.

4) Только бы эти раскиданные и тлеющие угольки старались пользоваться веющим на них духом Божиим. И сообщать друг другу радость сознания этого духа и теплоты согревающего их огня любви.

5) Как ясно, когда стоишь на пороге смерти, что это несомненно так, что нельзя жить иначе. Ах, как благодетельна болезнь. Она, хоть временами, указываешь нам, чтò мы такое и в чем наше дело жизни.

31 Янв. 1902. 2 ч. дня.

1) Часто говорят про людей: эгоисты, самоотверженные, — это неверно: одинаково распределено и то и другое свойство. Скупой, художник, политический деятель направляет свое самоотвержение на то, чтò по существу эгоистично, и тогда представляется нам вполне эгоистом. Наоборот, врачи, сестры милосердия и т. п. Но бывает, что самоотвержение и эгоизм сталкиваются на одном предмете, и это бывает в мирской любви родных, друзей и в особенности матерей семейства.

1 Февр. 1902 г.

¹ [8 1 / 2 час. веч.]

П. Б[ирюковъ] как то писал в письме, что для того, чтобы любить, надо стараться делать всем приятное. Да, верно, всем надо делать приятное: и ребенку, и старику, и кучеру, и государю. И когда я думаю об этом, то вспоминаю притчу о самарянине, — там все это сказано.

1. 1. В подлиннике в этом месте пометка М. Л. Оболенской: Записано не под диктовку, а со слов, по памяти. М. О.

2 Февраля 1902.

Огонь и разрушает и греет. Также и болезнь. ¹ Когда, здоровый, стараешься жить хорошо, освобождаясь от пороков, соблазнов, то это делаешь с усилием и то как бы приподнимешь одну давящую сторону, а все остальное давит. Болезнь же сразу приподнимает всю эту грязную чешую и сразу делается легко, и так страшно думать, что, как это знаешь по опыту, как только пройдет болезнь, она опять наляжет всей своей тяжестью.

1. 1. Зачеркнуто: когда мне не больно, мне не только радостно, но весело.

5 Февр. 1902.

1) Самое дальнее сознание своих пределов дает зрение, потом слух, потом обоняние, потом вкус и осязание. Сознание этих пределов отпадает понемногу, сначала с дальнего — зрения, до ближайшего — осязания. Последнюю степень сознания своей отдельности и пределов — дает сердце. При всяком отпадении сознания пределов, в виде матерьяльного лишения, расширяется какая то плохо сознаваемая не матерьяльная область. При последнем отпадении — расширяется до последней степени эта духовная область.

2) Один человек совершает самое ужасное преступление и мучается и сознает, что это дурно, что он мог не делать этого. Другой же совершает как бы ничтожный безнравственный ¹ проступок и оправдывает себя и живет весело, спокойно. Преступление первого производит только матерьяльное зло, часто обращающееся в духовное добро для себя и для других. Проступок же второго производит неисчислимые бедствия и для себя — тем, что открывает свободную дорогу другим худшим поступкам, — и для других — примером спокойствия и довольства в зле.

² 3) Какие обязанности важнее: солдата, царя или человека? Те все — перед людьми, и от них можно освободиться, а обязанность человека — перед Богом, и от неё нельзя освободиться.

4) Да будет воля Того, по чьему закону я узнал эту жизнь и ухожу из неё.

5) (К письму.) И потому вы приходите к убеждению о неосуществимости этой идеи, тогда как осуществление идеи освобождения земли от права собственности без сравнения может быть легче осуществлено, чем восстановление отжившей идеи самодержавия, без всякой высшей цели, — самодержавия для самодержавия, того самого, чем занято теперь все правительство.

1. 1. В слове: безнравственный — рукой Толстого написаны три первые буквы.
2. 2. В этом месте в подлиннике пометка М. Л. Оболенской, относящаяся к изложенным ниже трем мыслям: Своей рукой во время болезни. — Э то означает: своей рукой — в Записной книжке.

18 февраля. 17 — 18 Февр. 1902. 2 ч. ночи.

1) Баловать. — Какое ужасное слово: «не баловать»! Не баловать, значит, дать волю чувству мести — наказывать и платить злом за зло. Напротив, имея дело со злом, одно, что нужно — это баловать, баловать без конца, т. е. любить.

21 Февр. 1902.

1) Об уничтожаемости, непонятности смерти при уничтожении эгоизма.

2) Рёскин и я неправы, видя главное зло последствий общественного устройства в уничтожении жизней, — главное зло в уничтожении любви и возбуждении разъединения между людьми.

3) Спокойные смерти под влиянием церковных обрядов подобны смерти под морфином.

22 февраля.

4) ¹ Уничтожение эгоизма не отвечает на вопрос о смерти, но устраняет его. (22 Февр.)

1. 1. Зачеркнуто: Забыл.

8 Март.

¹

1) Белинский без религии, — из нижнего этажа. Гоголь религиозный — из верхняго.

2) Человек матерьяльный — вонючее, ядовитое существо.

Parergaparalipomena.

3) «И охладеет любовь», — это последнее худшее бедствие. И оно то совершилось.

4) Что важнее: обязанности царя или человека? Обязанности царя можешь сложить, а обязанности человека — никогда.

(Скучно опять жить.)

(Мир Божий. Март 1902. Стр. 118. Шопенгауэр.)

1) Один путь — культуры, другой — отречения от жизни. Ни тот, ни другой: отречение от личности, — любовь, и достигается цель — счастье.

Паульсен говорит, что учитель должен быть не Ничше, не Шопенгауэр, а Христос. А почему? — не объясняет.

2) Вересаев пишет, что после одушевления служения людям наступает разочарование, компромиссы. Он спрашивает: отчего? А только оттого, что это делалось по гипнозу, по кружковскому чувству, по славе людской, а не по установленному отношению к Бесконечному.

3) Очень важное. Необходимо написать о том, что христианство не есть ни отречение от жизни, ни допускающий все культ, а есть учение, регулирующее жизнь. Одно перехватило, другое не дохватило.

1. 1. Здесь в подлиннике пометка М. Л. Оболенской: (Своей рукой), — т. е. своей рукой в Записной книжке.

21 Март 1902.

1) То, чтò видит нерелигиозный человек, видит и религиозный, но то, чтò видит религиозный, — не видит нерелигиозный.

Предстоят работы: 1) Добавления; 2) Об истинном значении христианства; 3) К духовенству; 4) К молодежи.

1) К молодежи: Отдаваясь современному и пренебрегая прошедшим, вы насаживаете деревья без корней.

2) Да будет воля Того, по чьему закону я жил в этом мире (в этой форме) и теперь, умирая, ухожу из этого мира, выхожу из этой формы. Волю эту я знаю только по благу, которое она дала мне, и потому, уверенный в её благости, спокойно и, поскольку верю, радостно отдаюсь ей. (24 март.)

3) Три модные философии на моей памяти: Гегель, Дарвин и теперь Ничше. Первый оправдывал все существующее; второй приравнивал человека к животному, оправдывал борьбу, т. е. зло в людях; третий доказывает, что то, чтò противится в природе человека злу — есть ложное воспитание, ошибка. Не знаю, куда итти дальше.

4) Говорят: вернитесь к церкви. Но ведь в церкви я увидал грубый, явный и вредный обман. «Продолжайте у нас покупать муку», — но ведь я знаю, что ваша мука — с известкой, вредна.

5) Положение людей, не поднявшихся до религиозного сознания, действительно очень затруднительное, когда они наблюдают поступки людей религиозных. Они в таком же недоумении, в каком должен быть человек, живущий одной животной жизнью, при виде поступков людей, живущих умственной жизнью. Обед готов, — а он не ест, что-то читает, или пишет, — жизнь у него сладкая, а он тревожен, и т. п.

6) (К молодежи). Изучайте древния религии не в том смысле, как разные ограниченные Летурно, — что мол вот какие глупости исповедывали люди (не мы, умные), — а в том: какими глубокими мыслями и верованиями жило древнее человечество.

7) (К духовенству). Очнитесь от гипноза. Задайте себе вопрос: чтò бы вы думали, если [бы] родились в другой вере? Побойтесь Бога, который дал вам разум не для затемнения, a выяснения истины.

8) Выхожу из этой жизни по воле Того, Кто мне дал ее, спокойно отдаюсь ей, зная ее только как источник высшего блага — жизни.

9) Жизнь, какая бы ни была, есть благо, выше которого нет никакого. Если мы говорим, что жизнь зло, то только в сравнении с другой жизнью, лучшей или воображаемой. В жизни может быть зло, а самая жизнь не может быть злом. Благо может быть только в жизни. И потому нельзя говорить, что отсутствие жизни может быть благо.

Здоровье может быть только в теле, и потому нельзя говорить, что отсутствие тела есть здоровье.

30 Март. 1902.

1) Бога, как личность, мы не можем знать. Одно, чтò мы знаем — это закон, волю, как выражается Евангелие. И из существования закона мы склонны заключать антропоморфически, что есть законодатель, есть лицо, воля чья. Главное же, то, что есть закон (воля), которой мы призваны подчиняться и из которой мы не выходим и не можем выдти ни живя, ни умирая. Живя, мы можем участвовать в исполнении закона (в этой жизни); умирая, участие наше кончается. Новое дело не назначено. Рабочий без места.

10 Апрель. 1902. Г аспра.

1) Вопрос в том для нас: сольется ли моя отдельная жизнь с бесконечным потоком жизни, или опять примет новую отдельную форму? В первом случае это верх невообразимого блаженства: нирвана, непосредственная жизнь в Боге. Во втором — это продолжение жизни в новой форме, обусловленное, по карме, моей здешней жизнью. Вопрос и страх в потери сознания своего «я» в обоих случаях неоснователен ¹ Но первый случай невероятен. Мы не имеем права предполагать жизнь вне отдельности, потому что не знаем такой. И потому остается только 2-й случай: новая форма жизни. Но предполагать новую форму жизни с удержанием сознания прежнего «я» мы тоже не имеем права, так как начали эту жизнь без сознания прежнего «я». Но сознание отделенного «я» зависит от пространства и времени. Переход же из одной формы в другую происходит вне пространства и времени.

Мы пробуждаемся к новому сознанию (новой отделенности) сами не знаем из чего. Мы существуем вне времени и в той, и в другой, и в тысячной форме. «Прежде чем был Авраам Я есмь».

2) Во всяком случае, для того, чтобы не бояться уничтожения в смерти, надо верить. (Неясно.)

3) (К рабочему народу). Не имеете права требовать 8-ми часовой день и пр. А требовать земли для пропитания имеете неотъемлемое право, даже обязанность по отношению ваших детей.

4) Мы не знаем жизни, кроме той, которой живем, потому что мы здесь все понимаем во времени и пространстве, а жизнь другая была (или скорее есть) вне времени и пространства. Потому же и переходя в другую жизнь (или скорее уходя из этой жизни), мы не можем себе представить другой жизни. Нам необходимо представить ее во времени и пространстве, а она вне её. ²

5) Не есть ли всякое наслаждение — воспоминание? Все, что воспоминание, то дает радость.

6) Говорят: прекрати существующий порядок — все погибнет. Все равно как сказать: растает река и все погибнет. ³ Нет, пойдут корабли, начнется настоящая жизнь.

⁴ [Май.]

7) Чтò лучше: поставить себя в ложное отношение с миром, или с Богом? Воспитать детей в согласии с православием — это второе; в согласии с Богом — это первое.

8) Человек — отделенное духовное существо. Духовное существо, чтобы быть отделенным, должно представляться материальным, потому что только материальное может быть делимо. Отделенность же есть необходимое условие движения (жизни), работы. Жизнь людей, и вообще всех отдельных существ, есть как бы дыхание божества. Мы органы Бога.

9) Уничтожаются одни пределы, вступаешь в другие. Пока не дошел до новых пределов, кажется, что нет материи, нет жизни. Но это продолжается только до тех пор, пока не уткнешься в новые пределы.

10) Человек, сознавая свое духовное существо, не может уничтожиться. Как? — Этого не дано знать. Как только человек (или всякое существо), сознал неизбежность уничтожения той формы жизни, в которой он находится, он неизбежно должен быть приведен к сознанию неуничтожаемости сущности его жизни.

11) Проведение хотя бы самой, по нашему мнению, благодетельной меры посредством насилия я считаю противным признаваемому мною христианскому закону любви, но предлагаю эту меру, становясь на точку зрения людей, желающих во что бы то ни стало отстоять отжившее самодержавие и дать ему наилучшее оправдание.

12) Чем беднее (босяки и т. п.) и чем презираемее, — тем свободнее, и наоборот. И чем богаче и важнее (царь), тем более рабы.

13) Если человек религиозен, т. е. дорос до необходимости установить отношение своей ограниченной части к целому, то ему нельзя обойтись без Бога. Признать себя частью бесконечного, по времени и пространству, мира, — значит признать себя частью чего-то неконченного, т. е. частью части и потому нет установления отношения к целому. Чтобы было это отношение, нужно найти нечто целое, a целое это может быть только духовное. Это духовное, внепространственное и вневременное и есть Бог, которого мы сознаем себя ограниченным проявлением.

14) Как нельзя установить постоянное отношение к ряду чисел: 1, 2, 3, 4... ∞, ⁵ так невозможно установить постоянное отношение к матерьяльному, т. е. пространственному и временному миру. Для установления такого отношения нужно найти нечто не увеличивающееся, не уменьшающееся, — всегда равное самому себе; и такое существо есть только духовное существо, которого я чувствую, сознаю себя частью, проявлением.

15) Прежде нерелигиозные люди были врагами общества, теперь они руководители.

⁶ [Май 1902.]

16) Безопасность общества обезпечивается нравственностью его членов, нравственность же основывается на религии. Правительство и правящие классы захотели свою безнравственную жизнь оправдать религией и для этого извратили религию; а как только извратилась религия, так пала нравственность, а с падением нравственности все более и более уничтожалась безопасность общества, так что правительству и правящим классам пришлось все более и более извращать религию и употреблять насилие для соблюдения безопасности не всего уже общества, а только самих себя. Это самое и делали и делают наши христианския правительства, и положение становится все хуже и хуже. В настоящее время оно для правительства кажется безвыходным.

1. 1. Последнее слово, по рассеянности пропущенное М. Л. Оболенской, переписавшей мысль из Записной книжки, вписано самим Толстым.
2. 2. Так в подлиннике. Должно быть: вне их.
3. 3. Со слов: Нет, пойдут... кончая словами:... человек (или всякое — в мысли десятой, написано рукой П. А. Буланже.
4. 4. Здесь пометка М. Л. Оболенской: (Май.)
5. 5. Знак бесконечности поставлен в подлиннике рукой Толстого.
6. 6. Здесь в подлиннике пометка М. Л. Оболенской: Продиктовано. (Май 1902 г.)

5 Мая. ¹

[Гаспра.]Три с половиной месяца не писал. Был тяжело болен и теперь еще не справился. Хочу вписать то, чтò думалось и записалось в это время.

1. 1. Здесь в подлиннике пометка М. Л. Оболенской: Диктовал. Самая же эта запись, кончая мыслью четвертой, внесена в Дневник рукой Н. Н. Ге (младшего). — Перед мыслью третьей пометка М. Л. Оболенской: Продиктовано во время болезни. — После мысли 4-й пометка Н. Н. Ге: Записано 29 января. — Относится она, повидимому, ко всем четырем мыслям этой записи.

Нынче 22 Мая 1902. Гаспра. ¹

Тиф прошел. Но все лежу. Жду 3 й болезни и смерти. В очень дурном настроении. Есть кое что записать, но откладываю. Сейчас молюсь. И молитва, как всегда, помогает.

1. 1. С этой записи в подлиннике писано рукой Толстого.

24 мая. 23,

24 Мая 1902. Гаспра. Вчера был очень слаб. Нынче лучше. Немного пописал К рабоч [ему] народу. И начинает образовываться. Хотели снести на воздух, но холодный ветер. Стыдно, что недобро отнесся к Тане за то, что отсоветовала выходить. Перешел на кресло. Ног будто нет.

27 мая. 25, 26, 27 Мая 1902. Гаспра.

Три дня б[ылъ] на воздухе, сначала 4, 5 и нынче 6 часов. Понемногу оправляюсь. Это были потуги смерти, т. е. нового рождения, и дан отдых. Нынче получил грустное известие об аресте Суллер[а]. Был Персиянин разнощик, вполне просвещенный человек, говорит, что он бабист.

Теперь 7 й час. Понемногу работаю над обращением к народу (недурно).

28 Мая 1902. Гаспра. Е. б. ж.

Нынче 3 Іюня 1902.

[Гаспра.] Продолжаю проводить дни на воздухе, ¹ работаю. Почти кончил обращение. Недурно. Поправляюсь, но вижу, что не надолго. Много есть чтò записать из книжечки, но записываю сейчас 2 незаписанные [мысли].

1) Что жизнь состоит в увеличении любви, совершенно верно, но чтобы иметь только это в виду, не думая о том, что именно такая или иная деятельность полезна, т. е. увеличивает любовь, надо ² жить только верою в Бога и закон Его. И это можно, но пока еще не мне.

2) Забыл. ³

1. 1. Зачеркнуто: но жизнь не
2. 2. Зачеркнуто: быть проник
3. 3. Обведено кругом.

1 Іюля 1902. Ясн. Поляна.

Три дня, как приехали из Гаспры. Переезд быль физически тяжел. Я поправлялся, но вчера опять жар и слабость. Я не обижаюсь. А готовлюсь или, скорее, стараюсь последние дни, часы прожить получше. Все исправлял: К раб [очему] нар [оду]. Начинает принимать вид и кажется кончил.

1) Как ни трудно скрыть необходимость делания добра, люди разными обходными, хитрыми путями достигают этого. Но добро может всякую минуту стряхнуть с себя закрывающие его покров[ы] и привлечь к себе людей. И вот для того, чтобы этого не случилось, придумано средство наложить на покровы, скрывающие добро, камень такой, кот[орый] оно бы не могло поднять. Камень этот — смешное, le ridicule, — установить такое обществ[енное] мнение, что делание добра (настоящего добра) est ridicule, смешно. Устроить бал, базар для игры в благотворительность — можно, а выносить за собой горшок — смешно.

2) Точно так же, как я читал в Іене ¹ вывешенное у немца профес[сора] математики изречение, что дорогà не истина, а процесс её открытия: дорогà не степень нравственного совершенства, до кот[орой] достигаешь, а процесс совершенствования.

3) Мы — органы Бога. Чтò мы должны делать, мы знаем, но зачем мы это делаем, это не дано нам знать никогда. В этом смирение и вера.

4) Одно объяснение этого то, что вопрос зачем? есть условие нашей отдѣленно[сти], есть признак нашей слабости. Для Бога нет: зачем? Зачем ² есть только для нас, для существ отделенных, частичных, смутно сознающих то, что жизнь их есть служение. И потому при каждом поступке возникает вопрос, к[оторый] собственно значит: то ли я делаю, чтò мне велено. Цель есть такое же показывающее ³ неполноту человека и его разум[а] условие, как пространство и время.

5) Человек (я) есть отделенное от всего, изменяющееся (расширяющееся) духовное существо. Сначала изменение (расширение) равномерно с пределами; потом пределы отстают, и расширение идет независимо от пределов, разрушая их. (Нехорошо, неясно).

6) Пределы своей отделенности человек (я) сознает материей в соприкосновении с другими существами; изменения, происходящия в самом существе, он сознает по отношению изменений в других существах.

7) Сначала жизнь духовного существа изменяется, расширяясь вместе с пределами. В середине жизни духовное существо расширяется, но пределы уже не расширяются. При конце жизни, духовное существо продолжает расширяться, разрушая пределы, и расширяется до тех пор, пока совершенно не разрушает их — смерть. (В книжечке прибавлено: хорошо. Но нет, нехорошо, неясно, чтò такое расширение пределов.)

8) Моя последняя болезнь была сильная потуга рождения, но теперь дан отдых, чтобы ⁴ набраться силы для следующей, чтобы она была действительна.

9) Мы часто не ценим добрых поступков несимпатичных нам людей именно п[отому], ч[то] они нам несимпатичны. Это больш[ая] ошибка. Нужно как раз обратное, для того, чтобы вызвать в себе любовь там, где её еще нет.

10) И не говори, что делая доброе непризнанное всеми дело, ты будешь один. Многим надо быть для дурного дела, а для дела Божия достаточно быть одному, п[отому] ч[то] с тобой Бог. А когда с тобой Бог, то ты долго не останешься один, a все будут с тобой.

1. 1. Слова: в Іене вписаны над строкой.
2. 2. Зачеркнуто: имеет, существует
3. 3. Зачеркнуто: слабость людей
4. 4. Зачеркнуто: уже

Нынче 4 Іюля. Ясн. Пол. 1902.

Кажется кончил: К раб[очему] народу. Здоровье недурно. Сейчас записывал из книжечки, и пришла мысль: что наша отделенность не есть отделенность по сущест[ву]. Мы живем во всем, как и Бог, но лампочка нашего сознания освещает для нас ту маленькую частицу всего, и при рождении и смерти ¹ свет это[й] лампочки сознания переходи[тъ] с ² места на место. Жизнь есть только новое освещение. (Неясно).

1. 1. Зачеркнуто: переходи
2. 2. Зачеркнуто: предмета

5 Іюля. Я. П. 1902. Если буду жив.

5 Августа.

Никак не ожидал, что так долго не буду писать. 22 Іюля послал К[ъ] Ра[бочему] Н[ароду] и с тех пор писал Х[аджи] М[урата], то с охотой, то с неохотой и стыдом. За это время были посетители — не пом[ню]. ¹ 4 й день ничего не пишу. Разстря[лся] мыслями о Х[аджи] М[уратѣ]. Теперь кажется уяснил. Здоровье вообще лучше, но желудок плох.

1) Удивительное дело: Я знаю про себя, как я плох и глуп, а между тем меня считают геніальн[ымъ] человеком. Каковы же остальные люди?

2) Жизнь есть движение. Движение же может быть там, где есть ограничение. И поэтому понятие жизни нельзя относить к Богу.

3) Одни везут, другие на них едут. Везущие хотят перейти в едущих и большей частью влезают на везущих. Если же не удается влезть, то остаются ни тут, ни там.

4) В музыке есть элемент шума, контраста, быстроты, прямо действующий на нервы, а не на чувство. Чем больше этого элемента, тем хуже музыка. То же и в других искусствах: в поэзии — декламация, в живописи — яркость красок.

5) Для того, чтобы установить прочные отношения с Богом, надо делать хорошее, доброе, требующее усилия дело так, чтобы оно никому не б[ыло] известно. Бог ревнив и любит секретность. Тут только — если будешь делать дело охотно, узнаешь, веришь ли в Бога.

6) Те, кот[орые] говорят: мы не знаем, чтò там будет, совершенно правы. Никак нельзя знать, что там будет, когда нет никакого там, и говорить ² о том, чтò будет в том состоянии, где все есть, а ничего не делается. Ответ на вопрос, ³ чтò там будет (пространство и время) ⁴ состоит в ответе на вопрос, чтò такое Я?

Если я — любовь, то ясно, что нет вопроса ни о там, ни о будет.

1. 1. Зачеркнуто: Дня
2. 2. Зачеркнуто: про то состояние в кот.
3. 3. Зачеркнуто: не в том
4. 4. Зачеркнуто: a ответ на этот вопрос — ответ что такое я?

6 Августа 1902. Я. П. Е. б. ж.

8 Авг. 1902. Я. П. ночью.

Очень тяжелый день. Болит печень, и не могу победить дурного расположения. ¹

Пишу Х[аджи] М[урата] и все совестно. Брошюра священника — больно. За что они ненавидят меня? Надо писать им любовно. Помоги мне.

Здесь Машенька, Лиза; была Глебова. Письма от Сережи.

1. 1. дурных чувств. — Далее вымарано: Желаю дурного.

28 Сент. 1902. Ясн. Пол. Е. б. ж.

20 Сент. Я. П. 1902.

Полтора месяца не писал. Все время писал Х[аджи] М[урата]. Здоровье поправляется. Душевным состоянием могу быть доволен. Нет недобрых чувств ни к кому. Много думалось. Много записать надо.

1) Если умели люди власти подкупить церковь, чтобы она оправдывала их положение, то какже им не подкупить науку.

2) Заставить себя любить нельзя, можно только устранить препятствия, мешающия любви.

3) Я не знаю жизни иной, как только ограниченную — отделенную от всего — частичную. И потому жизнь была и будет отделенная. Отделенную же жизнь я не могу представить себе иначе, как в пространстве и времени, но это не значит того, чтобы не могла быть отделенность помимо пространства и времени.

4) Жизнь я не могу иначе видеть, как движением во времени, пределы жизни не могу видеть иначе, как материей в пространстве.

5) Лист падает осенью не от мороза, или сухости, а от того, что он исполнил свое химическое назначение. Также и всякий организм, также и человек (?). ¹

6) Желать при смерти удержать свою личность, это значит желать лишения себя возможности новой, молодой жизни. Доктор психиатр рассказывал, что он раз вывел с собой на улицу своих больных. Больные испугались новой для них свободы и большой ² жизни и стали жаться к доктору и проситься назад. Также, говорят, заключенные в первое время освобождения тоскую[тъ] о тюрьме. Не то же ли это?

7) Думал о безнравственности медицины. Все безнравственно. Безнравственен страх болезни и смерти, к[оторый] вызывает медиц[инская] помощь, безнравств[енно] пользование исключительной помощью врачей, доступной только богатым.

Безнравственно пользоваться исключительными удобствами, удовольствиями, но пользоваться исключительной возможностью сохранения жизни есть верх безнравственности. Безнравственно требование медицины скрывания от больного опасности его положения и близости смерти. Безнравственны советы и требования врачей о том, чтобы больной следил за собой — своими отправлениями, вообще жил как можно меньше духовно, а только матерьяльно: не думал бы, не волновался, не работал.

8) Социалисты видят в трёстах, синдикатах осуществление или движение к осуществлению социалистического идеа[ла], т. е. что люди работают сообща, а не в розь. Но работают они сообща только под давлением насилия. Какие доказательства на то, что они также будут работать, когда будут свободны, и какие доказательства того, что трёсты и синдикаты перейдут к рабочим. Гораздо вероятнее, что трёсты произведут рабство, от кот[ораго] освобождаясь рабы будут разрушать эти не ими устроенные трёсты.

9) Гипноз предания, т. е. внушения людям повторения того, чтò делали их предки, есть главная преграда движения вперед — освобождения человечества.

10) Мое выздоровление похоже на то, что экипаж вытащили из трясины, в к[оторой] он завяз, не на ту сторону, куда неизбежно надо ехать, а на эту. Через трясину не миновать ехать.

1. 1. Вопросительный знак в подлиннике
2. 2. Зачеркнуто: молодой

Нынче 21 Сент. 1902. Ясн. П.

Продолжаю записывать.

11) Те нелепости, ¹ противоречия, кот[орыя] вбивают в голову детям внушением, приучают их к воспринятию нелепостей, делают не только возможным ² восприятие всяких нелепостей, но делают ³ невозможным удержание разумного; все равно, как если просунуть, протащить в щель закрома толстую вещь, то в эту щель пролезет и мышь, и высыпется зерно.

12) Если идеал матерьяльное благо, то нет никакой надобности ни в какой добродетели, à moins que ⁴ то, чтобы добродетель содействовала матерьяльн[ому]. Добродетель же всякая не только не содействует мат[ерьяльному] бл[агу], но всегда почти противоположна ему. И потому, как только высший идеал мат[ерьяльное] благо, так все разговоры о нравственности — ложь, всякое же нравственное действие есть отступлен[iе] от идеала.

13) Есть увлечение в злости, в недоброжелательности, в подыскивании обвинений против того человека, к кот[орому] недоброжелателен. И потому надо воздерживаться от этого взбивания в себе такого недоброжелательства — бояться заводить такое уксусное гнездо злобы.

14) Воспоминание не есть ли сознание или скорее сознание не есть ли воспоминание? ⁵

Воспоминание есть сознание во времени и пространстве, сознание, окрашенное явлениями материи и пространства и проявляющееся во времени; сознание же есть ⁶ воспоминания о прежней жизни, очищенное от всего временного, пространственного. Без сознания не может быть воспоминания. Помнишь только, чтò пережил с сознанием. (Неясно, буду продолжать).

15) Человек сознает себя и животным, и духовным существом, и эти два сознания, или два полюса, так регулируют жизнь человека, что он никогда не может быть ни счастлив, ни несчастлив; главное же, не может ни один человек быть счастливее, или несчастнее другого. ⁷ Чем больше страдает, замирает животная сторона, ⁸ тем больше освобождается и получает удовлетворение духовная сторона человека, и чем больше удовлетворяется животная сторона, тем более страдает, замирает духовная сторона. И наоборот, чем больше страдает, замирает духовная сторона, тем более удовлетворяется животная, и чем больше удовлетворяется духовная сторона, тем больше страдает животная.

1. 1. Зачеркнуто: нелогич
2. 2. Зачеркнуто: такое
3. 3. В подлиннике: делает
4. 4. если добродетель не содействует матерьяльному
5. 5. В подлиннике вторая часть предложения тожествена с первой.
6. 6. Зачеркнуто: интеграл
7. 7. Зачеркнуто: Как только
8. 8. Зачеркнуто: подвергается страданиям

23 Сент. 1902. Ясн. Пол.

Все поправлял Х[аджи] М[урата]. Нынче утром писал немного «К Дух[овенству]». Хорошо думал. То, что записано в № 15, нехорошо. Написал об этом письмо Галилову, кот[орое] выпишу здесь. —

Нынче утром сейчас обдумывал статью о ¹ непонимании христианства и иррелигиозности, кот[орая] должна предшествовать статье «К духовенству». ² «Главная причина зла или бедствий нашего времени». Такое должно быть заглавие. Думал об этом:

1) Церковь одела христианство, обещающее благо людям, для того, чтобы с ним вместе проникнуть в среду людей и завладеть ими, в одежды чуждые христианству, несогласные с ним. Люди поддались, потом стали понимать, что они обмануты и с озлоблением бросились на переодетое ложное христианство. Христианство понемногу снимает с себя чуждые ему одежды, но обманутые им люди, помня все то зло, к[оторое] причинено им, продолжают бить и гнать христианство.

2) Говорят о том, что христианство есть учение слабости. Хорошо то учение слабости, ³ основатель кот[ораго] погиб мучеником на кресте, не изменяя себе, и кот[орое] насчитывает милионы мучеников, единственных людей, смело смотревших в глаза злу и восстававших против него. И Евреи, казнившие Христа, и теперешние государственники знают, какое это учение слабости и боятся его одного более всех революционеров. Они чутьем видят, что это — учение, под корень и верно разрушающее все то устройство, на к[оторомъ] они держатся. Упрекать в слабости христианство все равно, что на войне упрекать в слабости то войско, кот[орое] не идет с кулаками на врага, а под огнем неприятеля, не отвечая ему, строит батаре[и] и ставит на них пушки, к[оторыя] навѣр[ное] разобьют врага.

3) Мне кажется, что главный интерес нашего времени в том, что идет основная борьба на жизнь и смерть между двумя внушениями, гипнозами: внушением физическим — церковным, государственн[ымъ], военным, и внушением невещественным — умственным, внушением печати. ⁴ Враги церкви и государства знают, что их сила в слове, в печати, в умственном однообразном развитии ⁵ масс.

1. 1. Зачеркнуто: Ничш[е]
2. 2. Зачеркнуто: Где
3. 3. Зачеркнуто: учитель
4. 4. Зачеркнуто: Сторон
5. 5. Зачеркнуто: мил

26 Сент. 1902. Ясн. Пол.

Здоровье хорошо. Оставил Х[аджи] М[урата], и нет охоты к продолжению «К Дух[овенству]», а как будто хочется писать художественное. Написал пись[мо] Шмиту, посылаю деньги, и одно[му] юношу, к[оторому] предстоит призыв.

За это время думал хорошо. Кое что забыл.

1) Очень живо представил себе внутреннюю жизнь каждого отдельного человека. Как описать, чтò такое каждое отдельное «я»? А кажется, можно. Потом подумал, что в этом собственно и состоит весь интерес, все значение искусства — поэзии.

2) Еще думал об особенностях веры каждого и в первый раз понял, что каждый ¹ верит по своему, и если точно верит, т. е. установил свое отношение к Богу, т[о] вера его священна. В первый раз почувствовал уважение к чужой вере, веротерпимость. Не умею сказать, как, но почувствовал особенно ясно и сильно.

3) Илья спросил: ² могут ли женщины быть умны? Я не мог ответить, а потом понял: женщины могут быть очень умны, в общем не глупее, если не умнее мущин, но ум их не на месте, как матица, кот[орая] положена не под крышу — а на крышу. У мущины, какой ни есть ум, ум этот служит руководством деятельности, у женщины — ум игрушка, украшение. Жизнь женщины ³ руководится ⁴ чем хотите: тщеславием, материнством, корыстью, любовью, но не умом.

4) ⁵ Люди, любящие говорить, часто показывают, как со многими людьми бесполезно говорить, п[отому], ч[то] они вас также не понимают, как если бы вы говорили на непонятном языке. Вы делаете замечание хотя бы о том, что у женщин ум не на месте; любящий говорить торопится объяснить вам вашу мысль, поправить выражение её: «Да, вы ⁶ хоти[те] сказать, что у женщ[инъ] фантастический ум». Вы разумеется молчите. И он доволен.

5) Нравственная деятельность всегда независима от пользы, т. е. ⁷ находится вне времени и пространства. Это есть то расширение пределов, в к[оторомъ] заключается истинная, не временная и [не] пространственная жизнь.

6) Наше сознание есть нечто неизменное, ⁸ вневременное и внепространственное. Оно стоит, явления же временные и пространственные проходят через него, a человеку кажется, что он с своим сознанием движется в пространстве и времени.

Но скажут: где же было сознание, когда человек рожался? А я скажу, ⁹ там же, где оно во время сна, где оно было до смерти. Сознание никогда не прерывалось, оно одно есть и благодаря ему есть все чтò есть. То же, что мне кажется, что сознание возникает из ребенка, никак не доказывает, чтобы зародыш его был в ребенке, — также, как не доказывает то, что растение выходит из земли, чтобы ¹⁰ зародыш его б[ылъ] в земле. Вспышки сознания, отделенные одни от других периодами времени, кажутся отделенными для наблюдения извне. Для внутреннего же опыта сознание всегда одно и нераздельно, какие бы длинные не казались извне промежутки между одним и другим проявлением его. Как сон не разрывает сознания, хотя бы он, как в сказках, для внешнего наблюдения продолжался тысячи лет, также не прерывает сознания и смерть и рождение, т. е. переходы из одной жизни в другую.

К 21 Сент [ября, к] № 15. Письмо к Халилееву. ¹¹

Я получил ваше письмо, Константин Григорьевич, и очень рад, что могу ответить на ваш вопрос.

По моему убеждению, не рассудочному, но выведенному из опыта длинной жизни, — сущность жизни человека — духовная: человек есть дух, частица божества, заключенная в известные пределы, сознаваемые нами материей; и жизнь духа не подлежит никаким стеснениям, тем менее страданиям, — она всегда равномерно растет, расширяя те пределы, в которых заключена. Людям же свойственно поддаваться обману, иллюзии о том, что сущность нашей жизни в тех пределах, которые ее ограничивают, т. е. в материи.

И тогда, под влиянием этой иллюзии, мы смотрим на матерьяльное страдание и в особенности на болезнь и смерть, как на несчастие; тогда как все матерьяльные страдания (всегда неизбежные, как и самая смерть), только разрушают пределы, стесняющие наш дух, и, уничтожая иллюзию нашей матерьяльности, возвращают нас к свойственному человеку сознанию своей жизни в духовном, а не матерьяльном существе. Чем больше страдание матерьяльное, чем ближе самая кажущаяся большим страданием смерть, тем легче и неизбежнее приводится человек к освобождению от иллюзии матерьяльной жизни и к признанию её в духе. Сознавая же жизнь свою в духе, человек, правда, не получает тех острых наслаждений, которые дает матерьяльная животная жизнь, но чувствует свою полную свободу, неуязвимость, неистребимость, чувствует свое единение с Богом, с основною сущностью всего, — причем смерть не существует, или смерть становится только избавлением и возрождением. И тот, кто испытал это состояние, не променяет его ни на какие матерьяльные наслаждения. Я говорю это потому, что с необыкновенной силой и ясностью испытал это во время болезни. Выздоравливая я испытывал 2 противоположныя чувства: одно — радость оживающего животного и [другое] — сожаление духовного существа о потере, заглушении той ясности духовного сознания, которое было во время болезни. Но несмотря на все, вступившие при выздоровлении в силу, соблазны мирской жизни, знаю верно, что моя болезнь была для меня величайшим благом. Она дала мне то, чего не могли дать ни мои рассуждения, ни суждения других людей. И то, чтò она мне дала, я уже не потеряю никогда и унесу с собой. Но кроме болезни, вспоминая всю мою жизнь, я вижу ясно, что все и очень многое, чтò мучило меня, было для меня истинным благом, сбивая меня с пути искания матерьяльного и натыкая на приобретение истинного, духовного блага. Не даром мудрость народная говорит о болезнях, пожарах и всем том, чтò не от воли людской — Бог посетил. Нет хуже положения для достижения истинного блага, как то самое, что люди желают себе и другим: здоровья, богатства, славы.

Дай Бог вам почувствовать всю благодетельность страданий и приближения к смерти, неизбежной смерти. Правда, что для этого нужно верить в свою духовную сущность, частицу Бога, не подлежащую никаким изменениям или умалениям, тем менее страданиям или уничтожению, — но по письму вашему мне думается, что вы должны верить в это, или если не верите еще, то придете к этой вере. Помогай вам Бог, прежде всего тот, который в вас.

23 Сент. 1902 год.

Любящий вас.

27 Сент. 1902. Ясн. Поляна. Ничего хорош[о] не писал, только нынче как будто втянулся в «Обращение к дух[овенству]». Лева живет у нас и мне ¹² чрезвычайно радостны добрые, простые отношения с ним. Написал письма неважные. Были интересные черниговские посетители — один желает отказаться от воинской повинности. Написал. Здоровье хорошо. Хорошо и душевное состояние. Чувствую спокойно близость смерти. В книжечке ничего нет. Завтра, должно быть, закончу дневник.

1. 1. Зачеркнуто: имеет право
2. 2. Зачеркнуто: бываю[тъ]
3. 3. Зачеркнуто: идет
4. 4. Зачеркнуто: не умом, а
5. 5. Зачеркнуто: Часто бывает
6. 6. Зачеркнуто: говорите
7. 7. Зачеркнуто: независим[а]
8. 8. Зачеркнуто: всегда
9. 9. Зачеркнуто: что, как в сказке, оживленный живою и мертвою водой, думает, что он спал час, а он спал века, так и
10. 10. З ачеркнуто: оно было в
11. 11. Эта строка и весь текст письма внесены в Дневник рукой М. Л. Оболенской.
12. 12. Зачеркнуто: необык

29 Сен. 1902. Я. П.

Очень хорошо себя чувствую. «К[ъ] Д[уховенству]» не ладится. И хочет[ся], и много есть чтò сказать, а не вяжется. — Вчера ночью думал:

1) Если признаешь Бога, то неизбежно признаешь и равенство людей. Тот Бог, к[оторый] в тебе составляет начало твоей жизни, такой же во всяком другом. Только не зная Бога, можно ¹ видеть неравенство людей. Было ясно и сильно, а теперь не выходит.

Кончаю эту тетрадь. Два года и 4 месяца. Много пережито, и все хорошее. Да, еще хотел записать:

2) Как радостно замечать в себе свободные, бессознательно почти совершаемые поступки, кот[орые] прежде были делом усилия. Ничто так не показывает роста, как заметка на стене.

²

1. 1. Зачеркнуто: считать
2. 2. На обороте клеенчатой обложки тетради надпись Толстого: Дневник от 6-го Октября 1902 до 2 Янв. 1904.

6 го Октября 1902. Ясн. Пол.

Вчера начал поправлять и продолжать Фальш[ивый] купон. Все пишу к духовенству. Слабее, чем я ожидал. Был Горький и Пятниц[кiй]. — Эпиктет говорит: укрепляй в себе довольство своею судьбой. С этим все победишь.

29 Окт. 1902. Ясн. Поляна.

Недели три болею печенью. Все поправляю К[ъ] Д[уховенству]. Кажется кончил или близок к этому. Есть много чтò записать. Теперь же запишу то, чтò сейчас думал, именно:

1) Вы говорите, что все зависит от внешних, т. е. матерьяльных причин, и что поэтому человек не свободен. Исследуя всякий поступок, вы найдете причины, объусловливающия его, и все будет понятно и ясно. Но вот морская птица в бурю ¹ плывет по волнам. И другая такая же птица, — забыв то, что она прилетела и теперь плавает по избранному ею направлению, наблюдая её подъем и падение по волнам и даже направление её движения, ² — не имея point de repaire, ³ от к[отораго] она могла бы измерить движение птицы, — все её движения объяснит ⁴ движением волн. Но наблюдаемая птица, перебирая ногами, плывет по волнам и движется в избранном ею направлении.

То же самое с человеком в его зависимости от среды. Если мы наблюдаем его извне, мы не видим среди движений, зависящих от среды, его главного движения жизни, не имея point de repaire. Главное движение его есть его совершенствование, его то мы не видим.

Но мало того, что наблюдающая птица не видит движения наблюдаемой птицы, пока она плывет в море: наблюдаемая птица может еще подняться и поднимается или ныряет и из[чез]аетъ ⁵ из поля зрения наблюдающ[ей], и мы опять приписываем её исчезновение волнам. Тоже и с человеком в этой жизни — пространственной и временной. Пока он здесь, он весь кажется в зависимости от ⁶ временных и пространственн[ыхъ] условий, но он еще был прежде и вне этих условий, и может выходить из этих условий, и тогда мы, умея наблюдать и видеть только в этих условиях, говорим, что его нет.

2) Матерьяльное объяснение жизни ясно и просто для всего, кроме как для вопроса о том, чтò есть жизнь и чем надо руководиться в ней. Духовное же объяснение жизни ⁷ ясно определяет жизнь и чем надо руководиться в ней, но зато не знает и не хочет знать ничего о матерьяльных условиях жизни, которые, ⁸ очевидно, бессмысленны и противоречивы.

1. 1. Зачеркнуто: села на волны и
2. 2. Зачеркнуто: если вы будете наблюдать недолгоим
3. 3. опорной точки,
4. 4. В подлиннике: объясните
5. 5. Это слово написано поверх слова: улетает
6. 6. Зачеркнуто: матерья
7. 7. Зачеркнуто: не заботясь
8. 8. Зачеркнуто: кажут

30 Окт. 1902. Ясн. П. Е. б. ж.

Нынче 4 Нояб. 1902. Я. П.

За это время важное: суд Афанасья, арест Новикова, смерть матери Михайлова и приезд П[етра] Веригина. Записать много есть чего. Запишу сейчас то что думал:

1) Читаю Postscriptum de ma vie, V. Hugo. ¹ Об infini ² он расписывает расстояния звезд, быстроту, продолжительность времен[и], и что то в этом видит величественн[ое]. Меня никогда это не озадачивало, не пугало, я всегда видел в этом недоразумение и никогда не признавал реальности этих страстей величин пространства и времени. Теперь же я знаю, чтò это значит.

³ Человек есть духовное, растущее (расширяющееся), отделенное от других существ, существо. Пределы своего роста (расширения) человек не может постигать иначе, как движением. Пределы своего отделения от других существ ⁴ он не может постигать иначе, как телами (материей). Не будь человеческое существо растущим, расширяющимся, не было бы движения; не будь оно частью, не было бы материи. ⁵ Отношение своего движения к движению вне себя представляется человеку временем; отношение своего тела к другим телам представляется человеку пространством. Так что ни пространства ни времени нет, а есть только ⁶ представление об отношениях существ между собою. А так как отношений может быть бесчисленное количество, то и пространство и время кажутся нам бесконечными; в действительности же их нет и то, что мы представляем себе пространство и время бесконечными, показывает только то, что мы не можем знать всех отношений существ между собою. То, что мы мыслим мир в бесконечном пространстве и бесконечном времени, показывает только то, что мы не можем знать отношений всех существ между [собою], а знаем только свое отношение к предельным нам существам.

2) Ясно понял возможность самой нелепой веры. Это дело характера. (Записано, а не помню, в чем дело).

3) Сознание стоит, события жизни движутся через него, а нам кажется, что движется сознание, как облака, бегущия мимо луны.

4) Эгоизм — сумашествие. Сумашествие — эгоизм.

5) Люди хотят свободы и для достижения её входят в рабство учреждений, из к[отораго] никогда не выходят и не выйдут.

6): 1) Сознать христiанск[ую] истину — это первая ступень; 2) это попытка сейчас осуществить ее в жизни; 3) негодование, озлобление на врагов истины; 4) отчаяние; 5) попытки примирения; 6) Все в себе, перед Богом, не заботясь о последствиях.

Тоже записано иначе:

1) Восторг познания истины.

2) Желание и надежда сейчас осуществить ее.

3) Разочарование в возможности осуществить ее в мире, надежда осуществить ее в своей жизни.

4) Разочарование и в этом, и отчаяние.

5) Все для души, не заботясь о последствиях.

(Это программа драмы.)

⁷ 7) Главное различие революционера и христианина то, что первый все в виду последствий, второй — все для Бога, предоставляя ему установить последствия.

8) Читая Мережк[овскаго] об Эврипиде я понял его христианство. Кому хочется христианство с патриотизмом (Побѣд[оносцевъ], Славянофилы), кому с войной, кому с богатством, кому с женской похотью, и каждый по своим требованиям подстраивает себе свое христианство.

9) Говоришь себе, что живешь больше для людей, чем для Бога, п[отому], ч[то] люди сейчас же оценивают твои поступки, отвечают тебе, а Бог молчит. Но Бог молчит также, как мы молчим, ⁸ когда к нам обращается человек, неискренность к[отораго] мы чувствуем. Он молчит, п[отому] ч[то] мы неискрени, не всей душой живем для Него. Когда же мы живем только для Него, Он тотчас же отвечает нам в нас тихой радостью, спокойствием, неуязвимостью. ⁹

10) Сознание есть воспоминание без содержания. Воспоминание есть сознание в пространстве и времени.

11) Хочется жить во всю, т. е. использовать всю свою форму жизни.

12) Ничшеанство есть только неизбежный вывод, к[оторый] не смели сделать материалисты из своего учения.

13) Матерьялисты, утверждая, что альтруизм образуется вследствие развития общества, а что религиозные учения суть последствия известной степени развития, принимают следствие за причину: альтруистическое учение вытекает только из религиозного.

14)

1. 1. [«Постскриптум к моей жизни», В. Гюго.]
2. 2. [бесконечности]
3. 3. Дальнейшие десять строк (кончая словом: пространством) написаны на отдельном листочке, приложенном к четвертой странице тетради Дневника. Они заменили следующие перечеркнутые на этой странице слова: Человек есть духовное существо отделенное от мира. Пределы между собой и другими существами он понимает и называет материей. Духовный человек ростет, пределы этого роста и роста других существ он понимает и называет движением. Отношения пределов отделения от других существ представляются человеку пространством. Отношения пределов роста — временем.
4. 4. Зачеркнуто: человек понимает и называет материей.
5. 5. Зачеркнуто: не рости это существо не было бы движения.
6. 6. Зачеркнуто: условия
7. 7. Дальше в подлиннике ошибочная нумерация: 6, 7..... 12, 13.
8. 8. Слова: как мы молчим повторены дважды.
9. 9. В копии Дневника (см. Описание рукописей — стр. 348) исправлено: спокойствием неуязвимости.

Нынче 30 Ноября 1902. Я. П.

Хотел записать многое, но поправлял об отдельности и запоздал. Здоровье хорошо. Рад, что не перестаю думать о смерти и чаще прежнего в жизни вспоминаю о своем отношении к Пославшему. Много есть чтò записать и недурное. Кончил легенду, взялся опять за Х[аджи] М[урата], и долж[но] быть, е. б. ж., завтра кончу.

Часто приходит ясное представление о том, как бы надо и можно рассказать свою душу всю. Но это находит мгновениями, а сейчас даже не помню, как.

Запишу хоть две недлинные мысли:

1) Прежде всего пробуждается в человеке сознание своей отделенности от всего остального, т. е. своего тела, потом сознание того, чтò отделено, т. е. своей души, — духовной основы жизни, и потом сознание того, отчего отделена эта духовная основа жизни, т. е. сознание Бога.

2) Зачем наши жизни и жизнь всего мира? Зачем этот рост отдельных существ? Похоже, что это дыхание Бога, что Бог дыш[итъ] нашими жизнями.

3) В часах показываются секун[ды], минуты, часы, сутки, недели, месяцы, годы (есть такие часы). Так и в жизни мира есть эфемериды и жизни людей и жиз[ни] солнц. (Не хорошо.)

4) Основа жизни есть сознание своей отдельности. А это сознание уже наверное не матерьяльное. А в нем основа жизни и вся жизнь.

1 Дека. 1902. Я. П. Е. б. ж.

11 Декабрь 1902.

¹

1) Мы знаем, что без физических усилий мы ничего не достигнем. Почему же думать, что в области духовной можно достигнуть чего либо без усилия.

2) Любовь настоящая есть только любовь к ближнему, ровная, одинаковая для всех. Одинаково нужно заставить себя любить тех, которых мало любишь или ненавидишь, и перестать слишком любить тех, которых слишком любишь. Одно не дошло, другое перешло линию. От того и другого все страдания мира.

3) (Нельзя устроить жизнь сознательно...)

4) Обыкновенно думают, что опровергая, оспаривая матерьялистов, опровергают и оспаривают ученую, философскую теорию. В действительности же ты ² не оспариваешь и опровергаешь, а просто просвещаешь как просвещает тот, кто объясняет людям, что земля стоит не на трех китах.

Матерьялисты — и наши ученые, и самые грубые ³ мужики.

5) Видел во сне, что я говорю кому-то: вы мне говорите про какие-то написанные людьми листочки, которые вы называете законами, а я говорю и следую закону того Всего, чего я чувствую себя частью.

6) (Сделали подлог во всех Евангелиях.)

1. 1. Запись внесена рукой М. Л. Оболенской. — Перед первой мыслью ее пометка: (Из записной книжки). После третьей мысли пометка (в строку): (на память).
2. 2. В подлиннике описка (?): мы. — В копии Дневника исправлено и читается: мы не оспариваем и опровергаем, a просвещаем
3. 3. В копии исправлено: простые (вместо: грубые).

13 Дек. 1902.

¹

1) Напрасно думают критики, что движение интеллигенции может руководить народными массами (Милюков). Еще более напрасно думал бы писатель сознательно руководить массами своими сочинениями. Пусть только каждый приводит свое сознание в наибольшую ясность и жизнь в наибольшее ² соответствие с требованиями этого сознания.

2) Если на вопрос: можете ли вы играть па скрипке? вы отвечаете: не знаю, я еще не пробовал, то мы сейчас же понимаем, что это шутка. Но когда на такой же вопрос: можете ли вы писать сочинения? — мы отвечаем: «может быть могу, я не пробовал», — мы не только не принимаем это за шутку, но постоянно видим людей, поступающих на основании этого соображения. Доказывает это только то, что всякий может судить о безобразии бессмысленных звуков не учившагося скрипача (найдутся такие дикие люди, которые найдут и эту музыку прекрасной), но что нужно тонкое чутье и умственное развитие для того, чтобы различать между набором слов и фраз и истинным словесным произведением искусства.

3) Вся первая половина XIX века полна попыток разрушить насильственной революцией деспотический государственный строй. Все попытки кончились реакцией, и власть правящих классов только усилилась. Очевидно, революция не может теперь одолеть государственную власть. Остается одно: такое изменение мировоззрения народа, при котором он перестал бы служить насилиям ³ правительств. Такое изменение может произвести только религия, и именно христианская. Религия же эта так извращена, что её все равно, что нет. И чтò хуже всего, это то, что место её занято. И потому не только главное, но единственное средство в наше время служить человечеству состоит в разрушении извращенного христианства и установлении истинной христианской религии. То самое, чтò всеми считается самым ничтожным делом и чего не только никто не делает, но самые бойкие квази-ученые люди заняты обратным: еще бòльшим запутыванием и затемнением извращенного христианства.

1. 1. Запись внесена рукой М. Л. Оболенской. — Перед первой мыслью ее пометка: Продиктовано.
2. 2. Слова: жизнь в наибольшем вставлены рукой Толстого.
3. 3. В копии Дневника исправлено: насилию

16 Декабря 1902 г. Яс. Пол.

¹

Написал на своем портрете французскому художнику Robert Castor следующее:

«Le but de notre existence n’est pas en elle même. Il est au delà.

Notre vie est une mission dont nous pouvons connaître les devoirs, mais point le but». ²

1. 1. Запись внесена рукой H. Л. Оболенского.
2. 2. Наша жизнь — посланничество, которого мы можем знать обязанности, но никак не цель»].