1908

Нынче новый 1908 год, 1 Января. Ясн. Пол.

Дописываю из книжечки. Все также занять Кр[угомъ] Чт[енiя] и, кажется, подвигаюсь. Андр[ей] и Сер[ежа] с женами. Я борюсь с своими чувствами к...

Дописываю из книжечки, как раз кончившейся к новому году.

1) Если человек думает в час смерти, что ему нечего делать, он не знает жизни. Ему надо делать все тоже, что он дѣла[лъ] во всю свою жизнь: освобождать свою душу.

2) Можно себя приучить помнить шуточны[е] стихи или помнить изречения мудрых и святых людей, ¹ то, что называют ² молитвам[и].

³ 3 ачем я пишу это? Затем, что это мне нужно, а может быть это нужно и другим.

3) При всяком жизнепонимании приходишь к чему-то такому, про что знаешь, что оно есть, но что не можешь выразить словами. Только это есть вера.

4) Человек — все и ничто, а он думает, что он — что-то. В этом вся ошибка — грех. От этого суеверие личности.

5) Может быть свободен человек, терпящий насилия, но никак не совершающий их.

6) Матерьялисты определяют понятия понятиями более неопредѣленны[ми], чем то, что они определяют. Напримѣ[ръ]: «Критерий истинности есть ⁴ возможность целесообразной деятельности».

7) Определяя материю, мир, движенi[е] и их соотношения, они дают гораздо более непонятных утвержденi[й], чем понятия: душа, дух, Бог.

8) К Kp[угу] Чт[енiя]. Исключительных привязанностей не может не быть, но грех в том, чтобы нетолько оправдывать их, но возводить в достоинство. ⁵

9) В первый раз с необыкновен[н]ой, новой ясностью сознал свою духовность: мне нездоровится, чувствую слабость тела, и так просто, ясно, легко представляется освобождение от тела, — не смерть, a освобождение от тела; так [ясна] стала неистребимость того, что есть истинный «я», что оно, это «я», только одно действительно существует, а если существуешь, то и не может уничтожиться, как то, что, как тело, не имеет действительного существования. И так стало твердо, радостно! Так ясна стала бренность, иллюзорность тела, к[отор]ое только кажется.

Неужели это новое душевное состояние — шаг вперед к освобождению? Дума[ю], что да, п[отому] ч[то] сейчас позвал Ивана и что-то особенно радостное, близкое почувствовал в общении с ним. Дай Бог, дай Бог. Как будто почувствова[лъ] освобождение того, что одно есть: ЛЮБВИ. Ах, кабы так осталось до смерти и так бы передалось людям братьям!

10) Грех это — то отклонение от жизн[и] духа, кот[орое] неизбежно совершается в жизни человеческо[й] и уменьшать и исправлять к[отор]ое составляет задачу, смысл и радость жизни человеческ[ой]. ⁶

11) То, что жизнь только в усил[iи] нравственном, видно из того, что во сне не можешь сделать нравств[еннаго] усилия и совершаешь самые ужасные поступки.

12) Жизнь людей без нравственного усилия — не жизнь, а сон.

13) У меня выбита рука, я слежу за её выздоровлением. Но вот она справилась, и мне чего-то недостает. Не за чем следить. A ведь вся жизнь ⁷ есть такое слежение за ⁸ ростом: то мускуло[въ], то богатства, то славы. Настоящая же жизнь есть рост нравственный, и радость жизни есть слежение за этим ростом. Какое же ребяческое, недомысленное представление — рай, где люди совершенны и потому ⁹ не растут, стало быть не живут.

14) Люди много раз придумыва[ли] жизнь лучше той, какая есть, но, кроме глупого рая, ничего не могли выдумать.

15) Казалось бы, как легко по своему эгоизму понять эгоизм других. Но мы никогда хорошенько не понимаем этого, а если и понимаем, то не помним.

16) Государст[венное] устройство не ¹⁰ изменится до тех пор, пока люди не будут готовы лучше умереть, чем участвовать в насилии уплатой податей, солдатчиной, признанием законности власти.

17) Христианство частично проявляется то как требованi[е] свободы, то равенство, то общины, то справедливост[ь] и мн. др. Все это — частн[ыя] проявления: христианство осуществляет все, чего только могут желать люд[и].

18) Любить Бога значить любить совершенство.

19) — Как вам нравятся стихотворения NN? ¹¹

— Что же, кормится.

1. 1. Зачеркнуто: и
2. 2. Слова: то, что называют вписаны над строкой.
3. 3. Абзац редактора.
4. 4. Слово есть в подлиннике повторено дважды (описка).
5. 5. Эта мысль в подлиннике отчеркнута.
6. 6. Эта мысль в подлиннике отчеркнута.
7. 7. Далее в подлиннике написано слово: настоящая, которое находится в связи с вычеркнутыми далее автором словами и потому выпускается редакцией.
8. 8. Зачеркнуто: исправлением своей души
9. 9. Слова: совершенны и потому вписаны над строкой.
10. 10. Зачеркнуто: разруши[тся]
11. 11. Так в подлиннике.

13 Янв. 1908. Я. П.

Не писал 12 дней. Кончил на черно Кр[угъ] Чт[енiя] и написал отделы. Живу не дурно, только 3-го дня заблудился в Засѣк[ѣ] и очень устал, и нынч[е] болит сердце. Дурно спал. И написал письма — все очистил. Жду Ч[ерткова] после завтра. Записываю из книжеч[ки]. Второй день думаю о драме. Едва ли достанет интереса, чтобы написать. Запи[с]ы[ваю]:

1) Если смысл жизни в совершенствовании, то ясно, что он не мож[етъ] быть в усовершенствовании души (она божественна и потому совершенна), а только в уничтожении того, что мешает проявлению — грехов.

2) Видишь во сне, ч[то] совершаешь какую либо гадость, знаешь, ч[то] это гадость, и не можешь остановиться. Тоже и в этой жизни: знаешь, ч[то] гадость, и не можешь освободиться, и все больше и больше просыпаешься.

3) Только суеверия: 1) церковное, 2) государственное, 3) науки и искусства дают возможность праздно с спокойной совестью жить.

4) Все почти техническия усовершенствован[iя] удовлетворяют либо эгоистич[ескимъ] стремлениям к личному наслаждению, либо семейной, сословной, народной, государственной гордости (войны).

5) Сновидения совершенное подобие жизни. Разница только в том, что в сновидениях нет участия воли, усилия ¹ души, и в том, что сновидения не так последовательны (как говорить Паскаль), главное, не все сразу видят одно и тоже. Подобны же тем, что как все то, что я познаю во сне, дано мне моей способностью восприятия впечатлений, так и все наяву дано мне тою же способностью.

6) Просительная молитва, если бы и б[ылъ] Бог личны[й], бессмысленна п[отому], ч[то] все, ч[то] нам нужно, дано нам.

7) Жизнь есть освобождение духа. Жизнь — зло, когда сознательно ² живешь противно тому, что совершается в жизни, и жизнь — благо, когда сознательно стремишься к её цели, течению, закону.

8) В газете: «мне говорят: ³ будь целомудрен, а я говорю: если это не вредит моему здоровь[ю]». Какой ужас: во 1 -х, нарушение целомудрия гораздо больше угрожает здоровью, чем соблюдете его, а во 2 -х, главное, здоровье и нравственный закон — два несоизмѣримы[я] условия жизни. ⁴ Нарушать нравственный закон для здоровья — все равно, как разламывать дом, в к[отор]омъ живешь, чтобы топить им.

9) Для успешности усилия надо поступить так, как будто ты уже имеешь те чувства, к[отор]ыя желал бы иметь.

10) До тех пор не заимствуй от других ответы на вопросы, пока вопросы не возникли в тебе самом.

11) Смерть не есть освобождение, а прекращен[iе] процесса освобождения.

12) Умирая, надо делать наибольшее усилие для освобождения души проявлением любви: это — самое удобное время для освобожден[iя] души посредством любви.

13) Неследование христ[iанскому] закону непротивления есть источник всех бедствий людей христ[iанскаго] мира. Происходит это от того, что христианство без закона непротивлен[iя] не есть религия, а самое грубое подобие религии (а без религии не могут и никогда не жили люди). Подобие это религии с икон[ами], причастiям[и], крещениями, духовенством — самое грубое и, кроме это[го], еще внутренн[о] разрушаемое тем евангелием, к[отор]ое оно признает.

14) Люди все стоят перед великой тяжестью, к[отор]ую им нужно поднять. У каждого в руках уже введенный под эту тяжесть рычаг. И вот, вместо того, чтобы налечь на рычаг и, насколько есть сил, содействовать подъему тяжести, люди бросают рычаг, вскакивают на тяжесть, своим весом увеличивая ее, и, стоя на ней, цепляются за нее руками, стараясь поднять ее.

15) Есть предание, ч[то] Апостол Іоанн в глубокой старости говорил только четыре слова: «дети, любите друг друга». Думали, что он впал в детство, а насколько важнее, несравнимо важнее только эти четыре слова всего, что теперь говорят, пишут и печатают люди.

16) Гадание и просительная молитва одно и тоже.

17) Нет ничего хуже оглядывания на свое приближение к совершенству. Попробуй итти и думать о том, сколько осталось. Сейчас покажется трудно. Тоже и с движением к совершенству.

18) Говорят: как же быть с убийцами, грабителями? Вся трудность ответа от того, что предполагаются какие-то особенные люди, обязанные и имѣющi[е] право противодействовать преступлениям. Как быть с морозом, с бурями? Никак: делать свое дело, а не думать, что имеешь средства остановить морозы, бури. Делай свое дело. Исправляй своего преступник[а] — себя.

19) Какое странное и верное слово: что муж и жена (если они живут духовно) не двое, а одно существо.

20) Все, представляющееся бесконечным, все иллюзорно. Действительно существует только то, к чему не может быть применимо понятие больша[го] и меньшего.

21) Неследование закону непротивления пагубно тем, что уничтожает ту одну религию, к[отор]ую исповедуют люди христiанска[го] мира.

1. 1. Слово усилия вписано над строкой.
2. 2. Слово сознательно вписано над строкой.
3. 3. Зачеркнуто: не прелюбодействуй
4. 4. Зачеркнуто: Лишаться

20 Янв. 1908. Я. П.

Чертков здесь и пропасть народа, все приятного. Впрочем, я в таком духе, слава Богу, что мне все приятны. Абрикосовы, Гусев, Плюсн[инъ]. Вчера приехал Поша. С[офья] А[ндреевна] в Москве. Был вчера А[ндрей]. Жалкий, жалкий, по своей непрошибаемой самоуверенности. Пишу и не жалею. Мож[етъ] б[ыть], если прочтет посл[е] моей смерти, хоть немножко пробьет эти латы самодовольства. Начал писать статью. Об упадке, безверии и непротивлении. Не очень дурно, но слабо. Сам я вообще слаб. Должно быть, близко смерть. И приближаюсь к ней, как приближаюсь на езде к цели путешествия. Сравнение не верно, п[отому] ч[то] по мере приближения улучшается езда. Кончил отделы. Записать:

1) Основа жизни — сознание своего существован[iя] не того, каким я себя застаю, а того, что я есмь, что только одно это я действитель[но] есть. Все остальное кажется. Только такое же я в других существах ¹ сознается мною существующим тогда, когда я освобождаю свое я от того, что заслоняет его, — и я сознаю, через любовь, других людей собою.

2) Хороша старость еще тем, что знаешь, что наверное не доживешь до последствий своих дел (впрочем, это и для всех при сознании смерти). Так что для оценки люд[ской] ² и всем, но уже особенно старику, не стоит ничего делать.

3) Всякое рассуждение о происхождении чего нибудь во времени — нелепо. Прежде — то, еще прежде — то, еще прежде — туманные пятна. Ну, а прежде туманных пятен?...

Кроме того, если были туманные пятн[а], то для кого они были? Тоже и с Богом творцом. А потому понятны рассуждения архиерея о том, чем упражнялся Бог до сотворения мира?

4) Признавать уч[енiе] Хр[иста] и допускать насил[iе] — в роде того, что признавать возможность доброй жизни при распространении пьянства.

5) Главное заблуждение людей наук[и] в том, что они думают, что существует мир, а не я, не сознание человѣ[ка].

6) Люди, считающие себя религiозным[и] — нерелигиозны, ученым[и] — неучены, добры[ми] — не добры, утонченным[и] — неутонченны.

7) Нельзя достаточно радоваться осуждению, обвинению, клевете, к[отор]ую не можешь опровергнуть. — Ничто так не возвращает к истинной жизни для своей души, для Бога, к жизни в любви.

8) Гораздо более возмутительная несправедливость была бы в том, если бы, как думают ученые люди, человек мог бы не знать смысла жизни и своего руководства в ней без требующего досуга ³ изучения сложных и трудны[хъ] наук, чем то, что у одного мил[i]оны, а у другого нет сапог.

9) Признавая жизнь в себе, изучаешь и улучшаешь доступного и извѣстнаг[о] себе себя; признавая же жизнь в мире, изучаешь и улучшаешь недоступную и неизвестную тебе жизнь мира.

10) Религиозная и научная деятельность несовместимы. При занятии одн[ой] из двух пренебрегаешь другой.

11) Простота — необходимое условие и призн[акъ] истины.

1. 1. Зачеркнуто: чувст[вуется]
2. 2. Зачеркнуто: ста[рику]
3. 3. Слова: требующаго досуга вписаны над строкой.

З1 Янв. 1908. Я. П.

Начал исправлять стары[й] Кр[угъ] Чт[енiя]. И оказалось работы больше, чем думал, и работа не дурная. Кончил 8 месяцев не совсем — надо переместить, дополнить, но главное сделано. Саша долго в Москве. Стараюсь не бояться за нее. Со всеми очень хорошо. Вчера был Стах[овичъ] Мих[аилъ]. Я хорошо поговорил с ним. Но не могу говорить о задушевном без слез. Нынче поправлял ¹ Детское излож[енiе] Еванг[елiя] по желанию милой Мар[ьи] Александровн[ы]. Написал за это время два длинных письм[а]: одно Столыпину, другое вероятно Поляку — Задого. Оба, кажется, не дурны, по крайне[й] мере писал от сердца. Надо выписать кое что из записных книж[ечекъ], а теперь запишу две вещи, думанные нынче ночью:

1) То, что я начинаю испытывать, — как Христос говорит: — иногда будете видеть, а иногда не будете видеть меня, — испытывать какую-то странную радостную свободу от своего тела, чувствую только свою жизнь, свое духовное существо, — какое-то равнодушие ко всему временном[у] и спокойное, твердое ² сознание истинности своего существования. Впрочем, сказать этого ясно нельзя, по крайней мере теперь не умею.

2) Тоже самое, но только с другой сторон[ы]: что тела своего иногда не чувствую; а чувствую жизнь и свою и других существ.

Все не то, не то. — Записать:

1) Источник ³ того, ⁴ что мы называем сознанием, есть противоречие требований нашего духа с требованиями тела —: сознание нашего несовершенства. У совершенного существа не может быть сознания.

2) Если бы было одно тело без требований духа, не было бы сознания тела, не было бы его, а если бы был один дух, то точно также не было бы сознания его, не было бы духа.

3) Иногда возникаеть глупый вопрос: зачем все это? А между тем, если бы я знал, зачем все это, всего этого не было бы. (Не то.) Вопрос этот похож на то, что человек делает и спрашивает, зачем он делает. Я живу, так нечего спрашивать: зачем? Если бы не знал, зачем, то не жил бы. А живешь, так знаешь.

4) Мы — как животные, хотим делать добро тем, кто его делает нам, и зл[о] тем, кто нам делает зло. Как разумн[ыя] существа, мы должны бы делать обратное. Добро нужнее всего тому, кто делает нам зло, кто зол. Добро особенно нужно тем, кто делают не нам, а кому бы то ни было зло.

5) Как бы хорошо и как нужно для жизни не забывать, что звание ⁵ человека настолько выше всех возможных человеческих званий, что нельзя не относиться одинаково к Царице и проститутке и т. п.

6) Всегда обещают и ждут за добрые дела награду в будущем, в вечности. Она — награда — и есть в вечности, в настоящем, в вневременном моменте.

7) ⁶ Я узнал благо и учение жизни на исходе своей и потому сам уже не могу воспользоваться этим знанием. И потому нужн[о], я обязан передать то, что знаю, людям. В первый раз живо почувствовал это обязательство.

8) ⁷ Пошел было к С[онѣ], чтобы сказать недобр[ое] об А[ндреѣ], и на дороге опомнился: зачем? И, вернувшись, почувствовал новую радость. Я не знаю еще хорошенько радости общения tête à tête ⁸ с Богом, с одним Богом без людей. А какая это радость!

9) Если жизнь в совершенствовании, то человек не может быть хорош никогда. И потому смирение — необходимейшее условие жизни.

10) Только когда истинно любишь Бога, т. е. всех, и знаешь то благо, какое дает такая любовь, только тогда можно не злиться на людей, на дурных людей, а можно, жалея их, истинно любить их.

11) Любовь только тогда дает радость, когда она полная, божеская, т. е. любишь всех, т. е. любишь Бога, и когда не ждешь за нее никакой награды ни от Бога, ни от людей, когда никто не знает про нее. Как только есть хоть один человек, к[отор]аго не любишь, или есть забота о том, чтобы тебя похвалили, чтоб тебе полезна была твоя любовь, так нет блага от любви. (Юродство.)

12) Если знаешь то благо, какое дает любовь, то не можешь злиться, осуждать человека, лишенного любви, не можешь не жалеть его. Только тогда ясно, просто и не может быть иначе, как то, чтобы не жалеть Николая, Столы[пина], Бюлова, Рокфелера больше, чем нища[го], больного.

13) Любить врагов, делать добро делающим нам зло не есть подвигь, а только естественное влечение человека, понявшаг[о] сущность любви. Делать добро любящим, любить любящих не есть любовь и не дает свойственное любви особенное, единственн[ое] и величайшее благо. Благо это дает толь[ко] любовь к людям, делающим нам, вообще делающим зло.

14) Ясно, живо понял бедственность люде[й] богатства и власти, как они понемногу введен[ы] в эту ужасную жизнь. Нищий бродяга мног[о] свободнѣ[е] и несравненно менѣ[е] несчастлив.

⁹ В другой книжечке за это врем[я] записано почти тоже.

15) Любовь только тогда дает радость, когда это любовь божеская, т. е. любовь ко всем и на деле и, главное, в мыслях.

16) Все усилия должны быть направлен[ы] на то, как бы не нарушилась в тебе любовь.

17) Пока дух в теле, рядом являются самые высокия и самые пустые мысли. Хорошо еще, когда пустяки, а не гадости, не зло.

18) Читал Schaw. Он поразителен своей пошлостью. У него нетолько нет ни единой своей мысли, поднимающейся над пошлостью городской ¹⁰ толпы, но он не понимает ни одной великой мысли прошлых мыслителей. Вся его особенность в том, что он ¹¹ самые избитые пошлости умеет высказывать самым изысканно извращенным, новым способом, как будто он говорить что-то свое, новое. Главная черта его это — ужасающая самоувѣреннос[ть], равняющаяся только его полному философскому невежеству.

19) Сознание своей духовности люди высказывают самым[и] странным[и] и неожиданными приемами: Сознан[iе] это выражается прежде всего понятием Бога, потом бессмертием души посл[ѣ] смерти, потом воскресением, воскрешением, потом даже признанием вѣчно[й] материи. Во всех этих приемах следствие берется за причину. Человек сознает в себе безвременн[ое], беспространственное существо и приписывает эти свойства вне себя Богу; или тоже из этого сознания выводить бессмертную жизнь за гробом, или воскресение, или вечность материи.

20) Я нынче все больше и больш[е] [начинаю] забывать. Нынче много спал и, проснувшись, почувствовал совершенно новое освобожденi[е] от личности: так удивительно ¹² хорошо! Только бы совсем освободиться. Пробуждение от сна, сновидения, это — образец такого освобождения.

1. 1. Зачеркнуто: (Еван[гелiе] Излож[ение]
2. 2. Слова: спокойное, твердое вписаны над строкой.
3. 3. Слово Источник вписано над строкой.
4. 4. Переделано из: То
5. 5. Слово звание вписано над строкой.
6. 6. Эта мысль в подлиннике ошибочно помечена цифрою 5.
7. 7. Мысль 8 в подлиннике ошибочно помечена цыфрою 7; так же и все дальнейшие мысли до окончания записи этого числа помечены на единицу менее, чем следовало.
8. 8. [один-на-один]
9. 9. Абзац редактора.
10. 10. Слово городской вписано над строкой.
11. 11. Зачеркнуто: величайшия
12. 12. Слово удивительно вписано над строкой.

9 Февр. 1908. Я. П.

За это время занят б[ылъ] переработкой Нов[аго] Кр[уга] Чт[енiя]. Исправление старого кончил, хотя придется еще поработать. Был Буткевич с юнош[ей] учителем, и хорошия письма. Душевное состояние все лучше и лучше. Духовная жизнь, внутренняя, духовная работа все больше и больше заменяет телесную жизнь, и все лучше и лучше на душе. То, что кажется парадоксом: что старость, приближение к смерти и сама смерть — хорошо — благо, несомненная истина. Испытываю это. Письмо от Гр. Петрова, просится приехать. Постараюсь видеть тольк[о] брата, сына божия. Здоровье недурно.

1) Христианство никак, как думают некоторые, не в том, чтобы не повиноваться правительству, а в том, чтобы повиноваться Богу.

2) Чем бы люди не пытались избавиться от насилия, одним только наверное нельзя избавиться от него: насилием.

3) Записано: одно из двух: продолжать, но забыть нельзя. (Что-то б[ыло] серьезное, но забыл и теперь не понимаю). ¹ (Кажется, вспомнил. Все это — заметки для задуманного воззвания.) Одно из двух — это то, чтобы, сделав духовное усилие, перестать повиноваться правительства[мъ], признав необходимость повиновения Богу, или продолжать жить, как живем. Но если избрать последнее, то нельзя забыть того, что раз выяснилось, того, ч[то] мы неизбежно ² идем к погибели и телесной и духовной.

4) Спрашивал себя: зачем я пишу это? Нет ли тут личного желания чего либо для себя? И ³ уверенно могу ответить, что нет, что если пишу, то только п[отому], ч[то] не могу молчать, считал бы дурным делом молчать, как считал бы дурным не ⁴ постараться остановить детей, летящих под гору в пропасть или под поезд.

5) (Тоже к воззванию). Можно бы было относиться равнодушно к тому, что я говорю, если бы я говорил что нибудь мною придуманное, такое, что может быть и может не быть, но ведь та погибель, о к[отор]ой я говорю, не может не быть, неизбежно будет. — Можно бы б[ыло] задумываться, сделать ли или не сделать то, что я говорю, если бы для этого нужно б[ыло] что нибудь опасное, трудное, стыдное, унизительное, несогласное с человѣч[еской] природой; а тут напротив, то, к чему я призываю, и безопасно, и легко, и благородно, и согласно и с сознанием своего достоинства и с природой человека.

6) Говорят: если мы будем так глупы, ч[то] не будем противиться злу, не будем готовиться к отпору, то придут Японцы, Китайц[ы], вообще нехристиане и пленят и перебьют нас. Но ведь тот закон любви ко всем, во имя к[отор]аго мы не будем бороться и вооружаться, не есть наша личная фантазия, а есть высший закон жизни, заложенный в душ[ахъ] всех людей. — Закон этот извѣсте[нъ] и Китайцам, и Японцам, и также, как и у нас, только извращен. Стоит людям увидать возможность следования в жизн[и] этому закону, и люди, будь они Японц[ы], Китайцы, дикие негры, они усвоят этот закон. А не усвоят этот о закон и поработят и побьют нас, то это будет всетаки без сравнения лучше того, чем если бы мы побили их.

7) (Не понимаю, зачем записал следующий труизм). Добрая жизнь народов возможна тольк[о] в той мере, в к[отор]ой живут доброй жизнью люди, их составляющие. Революции же вызывают в людях, кроме прежних недостатков, еще самую противную, несовместимую с доброй жизнью троицу ⁵ пороков: гордости, зависти, злобы. Улучшение положения народа возможно, напротив, только при невмешательстве народа в дела власти.

8) Хорошо помнить при общении с людьми, что надо относиться к ним, как к сынам Бога, безразлично, царь он или нищий. Хорошо помнить при этом и о своей и его смерти.

9) Говорят о бессмертии души, о будущей жизни, что нужно знать про это для настоящей жизни. Какой вздор! Тебе дана возможность все увеличивающагося и увеличивающагося блага здесь сейчас; чего же тебе еще надо? Только тот, кто не умеет и не хочет находить это благо, может толковать о будущей жизни. Да и что такое в самом деле то, что мы называем будущей жизнью? Понятие будущего относится ко времени. А время есть только условие сознания в этой жизни. Говорить о будущей жизни, когда кончается эта жизнь, это все равно, что говорить о том, какую, форму примет кусок льда, когда он растает, или ⁶ перейдя в воду и составные части его превратятся в пар.

Кроме того, какая мне и зачем жизнь в будущем, когда вся моя жизнь духовная — только в настоящем. Жизнь моя в том, чтò я люблю, а я люблю людей и Бога. И то и другое не уничтожается с моей смертью. Смерть есть только прекращение отделенности моего сознания.

10) Нашел, кажется, незамеченное прежд[е] в Паскале место:

«Истинная добродетель в том, чтобы ненавидеть себя (п[отому] ч[то] мы дѣйствительн[о] ненавистн[ы] своими похотями) и искать такое существо, к[отор]ое бы стоило любви и к[отор]ое мы бы могли любить. Но так [какъ] мы не можем любить то, ч[то] вне нас, то надо любить такое существо, к[отор]ое было [бы] в нас, но не было нами. И такое существо есть только одно: Всемирное существо. “ Царствие божие внутрь нас ” (Луки XVII, 21). Всемирное благо в нас, но оно не мы».

11) Память — связь с прошедшим; любовь — связь с настоящим. Уменьшается связь с прошедши[мъ] — память, увеличивается связь с настоящим. Нельзя владеть обеими: чем больше первая, тем меньше вторая. И наоборот. Полное уничтожение памяти и полное соединение с ⁷ [настоящимъ] любовью — смерть.

12) Я сейчас все больше и больше теряю память и сознаю то, что приобретаю. И так хорошо!

13) Бог не есть любовь. Мы называем Его любовью только п[отому], ч[то] ⁸ Он проявляется в людях любовью.

14) Спрашиваю себя: может ли сознание того, ч[то] истинное, всегда доступное, всегда растущее благо, такое, при обладан[iи] к[отор]ымъ ничего больше не нужно, может ли такое сознание сделаться общим, передаваться воспитанием? И отвечаю: да.

15) Мир представляется мне таким устройством, при к[отор]омъ существа (в том числе и человек) одарены ⁹ самодеятельностью, ¹⁰ дающей им сознание блага, в точно определенных пределах, в области к[отор]ыхъ они свободны, но из к[отор]ыхъ вытти не могут. Так что существа имеют благо свободы, не могущей нарушить течение жизни целого и его законов. Один из таких законов может быть сознан человеком. Закон этот есть любовь.

16) Свобода воли есть возможность не по внѣшн[ей], чужой, а по своей воле жить и действовать согласно или несогласно с законом Всего. Но несогласие это ограничено извѣстным[и] непреступаемым[и] пределами. Так что человек может ¹¹ свободно действовать согласно с законом любви и получить все увеличивающееся и верное, вполне удовлетворяющее его, им самим приобретенное благо, но не может нарушить общего закона жизни, так как, и отступая от закона и противодействуя ему, он исполняет его.

17) Записал о том, ч[то] нужно составить новую, соответствующую моему духовному состоянию молитву и выучить ее также, как я знаю теперешнюю.

18) Думал ночью как будто заново о смысле жизни, И опять все тоже, ч[то] должен и можешь делать то, чего требует от тебя твое духовное сознание. И не то что должен перед кем нибудь, a неизбежно поощряем к этому тем, что одна только эта деятельность дает истинное благо. Если же спрашивать, зачем? То ein Narr kann mehr fragen als Tausend Weisen antworten. ¹² Зачем — не мое дело, и мне не нужно и не дано знать. Нет и органов для того, чтобы понять это.

19) Наша жизнь и наше призвание в ней подобно вот чему: Что-то хорошее, нужное для людей делается какою-то непонятной для них силой. Представим себе, что строится что-то. Люди не могут понять, чтó и зачем, но знают, что им надо в известном направлении носить, возить матерьял: камни, песок, известь, лес, железо. И если люди дѣлаю[тъ] это — им легко и хорошо. Они и делают это: некоторые, зная, что строится что-то, другие — не зная даже и этого. Есть между людьми ленивые, к[отор]ые просто не делают то, ч[то] нужно, и им бывает худо. Есть и усердные, но самоувѣренны[е], к[отор]ые думают, что знают, зачем идет работа, и или ввозят матерьял не туда, куда велено, или сами начинают строить не то, ч[то] нужно.

20) Вчера, читая мистич[ескiя] книги и находя в них хорошее, но неясное, с неприятным чувством подумал о том, ч[то] тоже може[тъ] показаться и в моих писаниях. Как въелось тщеславие! Что мне за дело о том, как будут смотреть. Делай, что должно, а о мнении других...

21) Жизнь наша проявляется двояко: 1) как освобождение духа в себе, совершенствование личности, и 2) как освобождение духа во Всем, совершенствование мира.

22) Собака удивляется на фонограф, а не удивляется на голос человека, на проявлен[iя] жизни в нем, в слоне, в лошади, в мухе, знает, что есть другие существа, также, как и она сама, отдѣленны[я] от других.

Муха же и вошь знают это про муху и вошь, но не знают этого про человека. А человек не знает этого про земной шар. А земной шар не знает этого про... и т. д.

23) Удивляешься на решительность суждений глупых, недумающих людей. A разве это может быть иначе? Тот, кто думает, знает, как сложно всякое умственное утверждение и часто как сомнительно.

24) Испытываю все больше и больше велико[е] благо забвения.

25) ¹³ Грех телоугождения произвел грех праздности, сладострастия; грех гордости — грехи неравенства, тщеславия, любостяжания. Все эти грѣх[и] вмѣст[ѣ] — недоброжелательства.

26) Есть только два возможные последовательные, но неразумные міросозерцан[iя]: 1) Тело есть — дух кажется; 2) Дух есть — тело кажется.

8 Февр. ¹⁴

[1)] Тело — проявление духа. Движение и тело суть необходимые условия сознания. Без тела и движения не могло бы быть сознания. Без сознания не было бы ни тела, ни движения, пространства и времени тоже.

[2)] Сознание есть условие отделенности, неполноты, ограниченности. То, что ограничено в человеке, — само в себе, неограниченное, не нуждается в сознании.

[3)] Хорошо начинать день молитвой о том, чтобы провести день или ту часть его, которая дана мне, исполняя волю Бога: свое назначение, и кончать день перед сном молитвой воспоминания и покаяния о том, в чем отступил от должного.

1. 1. Зачеркнуто: 4)
2. 2. Слово неизбежно вписано над строкой.
3. 3. Зачеркнуто: смело
4. 4. Зачеркнуто: предупредить
5. 5. Зачеркнуто: не[достатковъ]
6. 6. Зачеркнуто: пар, когда испарится, и та вода, из к[оторой] состо[итъ]
7. 7. Написано: из
8. 8. Зачеркнуто: мы Его
9. 9. Зачеркнуто: бла[гомъ]
10. 10. Зачеркнуто: свободой
11. 11. Зачеркнуто: иметь счастие благо
12. 12. один глупец может больше спросить, чем тысяча мудрецов ответить.
13. 13. Эта мысль в подлиннике ошибочно помечена цыфрою 24, а следующая — цыфрою 25.
14. 14. Записи 8—24 февраля 1908 г. печатаются по вложенной в Дневник копии, переписанной рукой Н. Н. Гусева из записной книжки 1908 г. № 2 и исправленной Толстым. Редакцией исправлены неточности переписки.

11 Февр.

Никак нельзя внушить, передать другому религиозное мировоззрение. У каждого свое. Если бы не было у каждого свое, каждый особенный, не зачем бы было каждому жить. Можно только дать матерьялы для образования своего миросозерцания, а брать из них, что ему нужно, будет брать он сам.

13 Февр.

[1)] Божеская любовь, т. е. любовь к Богу, узнается только по любви к врагам. Их-то нужнее всего любить для того, чтобы были те благие последствия, которые дает любовь.

[2)] Если рассуждать в форме пространства и времени о жизни, то можно представить себе то, что наши сознания произошли от сознаний частиц, составляющих тело сознающего, и что также из наших сознаний отдельных существ составится сознание одного высшего отдельного существа, которое будет относиться к нам, как мы к частицам своего тела. Существа эти кажутся нам огромными, но ведь пределов нет ни величине, ни числу (звезды).

Из всей этой чепухи верно и важно одно: то, что тот мир, который мы знаем, который мы воображаем — да, воображаем нашими духовными способностями — не только не есть весь мир, как он есть, а есть один из бесконечно малых и бесчисленных миров, какие есть и какие могут быть бесконечно разнообразно представляемы. Вывод только тот, что весь телесный мир есть только произведение нашей духовной сущности и что истинное доступное нам знание — только духовное.

[3)] Все утро думал и думаю о том, почему мир представляется нам «im werden»? ¹ Почему меня не было и не будет, a мир все тот же будет и так же изменяться? Ответ только один: не знаю.

1. 1. [совершающимся] [перевод Толстого]

<19 февр.> ¹

Хочу же я сказать всем и тем и этим и всем людям вот что: хочу сказать, что нельзя так жить, что надо «одуматься», как говорил еще Іоанн. Надо одуматься, понять, что нельзя жить без веры и, поняв это: не выдумывать новые веры или научные новые учения, которые, не объясняя смысла жизни, только описывают внешнюю сторону её и потому не могут дать никакого руководства в ней, ничего этого не нужно, а нужно только откинуть от той веры, в которой мы живем, то, что скрывает сущность настоящей, то, что скрывает от нас истинную. Откинуть ложь и жить по той истине, которая открыта нам и принять которую мы принуждены ужасным, горьким опытом.

Только пойми мы это, пойми мы то, что не осуществление программ демократов, монархистов, социалистов, анархистов, антимилитаристов и т. п., пойми мы то, что не эти односторонния проявления религиозной истины, свойственной нашему времени, могут избавить нас от зла, а избавить нас только признание всей религиозной истины, во всей её целости, той истины, которая от века открыта всякому сердцу человеческому и ясно, просто, убедительно открыта нам во всех истинных учениях жизни и особенно ясно и близко в учении Христа. Только пойми мы это и прими эту истину — истину о том, что жизнь наша только в большем и большем проявлении любви, — любви, несовместимой с насилием, пойми мы, что в этом увеличении любви в себе и во всем человечестве — и отдельное благо каждого, и благо всех людей, — только пойми мы это и в своей жизни и в общении с людьми и, главное, в воспитании следующих поколений поставь эту истину в основу всего. Только пойми всякий человек, что он не только не имеет никакого права, но и возможности устраивать жизнь других людей, что дело его, каждого, устраивать, блюсти свою жизнь, возвышая в себе дух сына Божия, увеличивая главное его свойство ² любовь, — и не скажу что все ужасы нашей жизни заменятся тем благом, которого желает всякое сердце человеческое, п[отому] ч[то], пока жив человек и человечество, всегда будет идеал, к которому они будут стремиться, а уничтожится то кричащее, мучительное несоответствие требований нашей души и существующей злой, все ухудшающейся, зверской жизни.

Вот это, только это хотел я, прежде чем умереть, сказать своим братьям.

Кто бы ты ни был: царь, нищий, подумай об этом, пожалей себя, пожалей свою душу...

³ Ведь как бы ты ни был затуманен, одурен своим царством, властью, богатством, как бы ни был измучен, озлоблен своей нуждой и обид[ами], ты такой же, как и мы все, обладатель или, скорее, проявитель того же духа Божия, который живет во мне, и надеюсь, думаю, даже уверен, что говорит через меня, говорит тебе: зачем, для чего ты мучаешь себя и всех, с кем имеешь общение в этом мире? Только пойми, кто ты и как, с одной стороны, ничтожно то, что ты признаешь своей телесной жизнью и ошибочно называешь собою, и как необъятно велико то, что ты сознаешь ⁴ истинно собою — твое духовное существо, — только пойми это и кто бы ты ни был, не изменяя своего внешнего положения, а оставаясь царем, дворником, приказчиком, профессором, земледельцем, начни каждый час своей жизни жить не для внешних целей, а для исполнения того истинного ⁵ назначения твоей жизни, которое ты не можешь не ⁶ сознавать: начни жить, полагая цель и благо твоей жизни в том, чтобы с каждым часом, днем все больше и больше освобождать дух свой от обманов плоти, все больше и больше совершенствоваться в любви, что в сущности одно и тоже. Только начни делать это — и с первого часа, дня ты почувствуешь, какое новое, неиспытанное и чудное благо все больше и больше будет вливаться в твою душу и — что больше всего поразит тебя — как те самые внешния условия, которыми ты так был озабочен и которые всетаки так далеки были от твоих желаний, как эти условия сами собой (оставляя тебя в твоем внешнем положении или выводя из него) сложатся для тебя так хорошо, как ты только можешь желать.

Милый брат, ради Бога, ради своей души, ради своей жизни, не решай вперед, что все то, что я пишу здесь, неверно, несогласно с тем высшим знанием, которым тебе кажется, что ты обладаешь. Ради всего дорогого для тебя умоляю тебя для тебя же самого: прочти внимательно то, что написано здесь, постараясь понять то, что написано (как всегда и должно относиться к мыслям и словам другого человека) так, как понимал тот, кто писал их.

И если ты несчастлив — а я знаю, что ты несчастлив — подумай о том, что то, что предлагается тебе здесь, выдумано не мною, а есть плод духовных усилий всех высших, лучших умов и сердец человечества, и что это не рассуждения и слова только, а самое практическое, верное средство избавиться тебе от твоего несчастия и дать тебе величайшее благо. Подумай об этом и испытай. ⁷

1. 1. После этого в подлиннике рукою Толстого красными чернилами помечено: Выписать отсюда до... и черными чернилами поставлена цыфра XV, указывающая ту главу статьи «Закон насилия и закон любви», в которую назначалась им дальнейшая запись.
2. 2. В подлиннике после этого оставлено переписчиком чистое место размером около четверти строки для вписывания неразобранных слов. Слова эти: в жизни. См. стр. 313.
3. 3. Зачеркнуто: Вот это я хотел сказать, сказать уходя каждому остающемуся еще здесь брату, сказать: милый брат.
4. 4. Зачеркнуто: в себе
5. 5. Переделано из: той истинной; дальше зачеркнуто: цели
6. 6. Зачеркнуто: чувствовать
7. 7. Здесь Толстым сделана пометка: До сих пор. Ср. «Закон насилия и закон любви», гл. XIX (т. 37).

20 Февр.

Постоянно получаю письма с сомнениями и опровержениями непротивления. Как это знаменательно! Никто не сомневается в заповеди не убий, не укради, не лги и др. А между тем все те необыкновенные случаи, которые придумываются для непротивления, приложимы и ко всем другим запрещениям и указаниям. Отчего это? Оттого, что заповедь непротивления есть заповедь всех заповедей, — такая заповедь, непризнание которой разрешает неисполнение всех других. Прежде я говорил, что я прожил 80 лет и никогда не видал тех случаев, о которых пишут, а в эти 80 лет не прожил ни одного дня, часа, не видав страшного зла от неисполнения этой заповеди.

21 Февраля 08.

¹

В знании важно не количество знаний, даже не точность их, (п[отому] ч[то] точных совершенно знаний нет и никогда не будет), а разумная связность их, то, чтобы они со всех сторон освещали мир. В роде того, что бывает в постройках. Постройка может быть великолепна — зимний дворец и шалаш, и то и другое разумные постройки, если защищают со всех сторон от непогоды и дают возможность жить в них. Но самые великолепные три стены без четвертой или без крыши — не постройка и вне сравнения с шалашем. — То же и в научных теперешних знаниях в сравнении с знаниями безграмотного крестьянина. Эта истина должна быть основой воспитания и образования. Расширять знания надо равномерно. ²

1) Трудность объяснения жизни не в том, чтобы объяснить происхождение духовного, а в том, чтобы объяснить одинаковость представления телесного.

2) Весь мир для меня, для человека, зрительный: я вижу все, я ощупываю, прислушиваюсь, нюхаю только, когда не верю глазам. Для собаки весь мир пахнет, и, поверяя запах, она смотрит. Когда собака лает на видный предмет, не успев обнюхать, то это то же, что со мной, когда я глазами ищу, что так воняет.

3) Нельзя совсем отрицать славу людскую. Желать быть одобренным Христом — не дурно.

1. 1. Записи 21 февраля — 27 марта 1908 г. выписаны A. Л. Толстой из записных книжек Толстого 1908 г. №№ 2 и 3. Они печатаются по сделанной ею машинописной копии, в некоторых местах исправленной Толстым и вложенной в Дневник. Редакцией исправлены неточности переписки.
2. 2. Эта мысль в подлиннике отчеркнута, и на полях рукою Толстого сделана пометка: наук[а]

22 Февр.

Наука изучает свое откровение, своих апостолов, отцов: Дарвина, Маркса....

23 Февр.

[1)] Анночке: пойми, что ты не самка, a человек. А главное, помни, что твое дело — совершенствование твоей души, а не брак. И потому, если не удался брак или ошиблась, оступилась, не только не отчаивайся, но знай, что в этом исправлении ошибки — твоя жизнь и твое благо. Если и станешь самкой, то стань человеческой, — не скажу выше, а человечнее животного.

[2)] Целомудрие. Род прекратится. Ну так поедем в бардель.

24 Февр.

[1)] Если жалуешься на страдания — и телесные и душевные — то жалуешься на жизнь: страдания — это трение жизни, без которого не было бы жизни, не было бы того, в чем сущность жизни: освобождения души от тела, от ошибок тела, от страданий, связанных с телом. Малые страдания — медленное движение освобождения; болыпия страдания, как телесные, так и душевные — более быстрое освобождение. А мы жалуемся на страдания. Пойми это — и будешь видеть благо в страданиях, и не будет страдания, как нет его для работника.

[2)] Что я помню из прошедшего? Все то, что содействовало освобождению: и события, и люди. Остальное все забыто. Какого же еще доказательства, что жизнь в освобождений?

[3)] Истинный закон Бога — то, что соединяет людей; ложный закон Бога — то, что разъединяет.

10 Марта 1908.

Ровно месяц не писал. Занят б[ылъ] ¹ за письменным столом статьей. Не идет, а не хочется оставить. Работа же внутренняя, слава Богу, идет непереставая и все лучше и лучше. Хочу написать то, что делается во мне и как делается; то, чего я никому не рассказывал и чего никто не знает. Много писем, посетителей. Особенно важных не было. Затѣя[ли] юбилей, и это мне вдвойне тяжело: и п[отому], ч[то] глупо и неприятна лесть, и п[отому], ч[то] я по старой привычке соскальзываю на нахождение в этом не удовольствия, но интереса. И это мне противно. Был Ч[ертковъ]. Мне особенн[о] хорошо с ним было. С неделю тому назад я заболел. Со мной сделался обморок. И мне б[ыло] очень хорошо. Но окружающие делают из этого fuss. ² Читал вчера чудную статью Индуса в переводе Наживина. Мои мысли, неясно выраженные.

Живу я вот как: Встаю, голова свежа, и ³ приходят хорошия мысли, и, сидя на горшке, записываю их. Одѣваюсь[,] с усилием и удовольствием выношу нечистоты. Иду гулять. Гуляя, жду почту, к[отор]ая мне не нужна, но по старой привычке. Часто задаю себе загадку: сколько будет шагов до какого нибудь места, и считаю, разделяя каждую единицу на 4, 6, 8 предыханi[й]: раз, и а, и а, и а; и два, и а, и а, и а.... Иногда по старой привычке хочется загадать, что если будет столько шагов, сколько предполагаю, то... все будет хорошо. Но сейчас же спрашиваю себя: что хорошо? и знаю, что и так все оч[ень] хорошо, и нечего загадывать. Потом, встречаясь с людьми, вспоминаю, а большей частью забываю то, что хотел помнить, что он и я одно. Особенно трудно бывает помнить при разговоре. Потом лает собака Белка, мешает думать, и я сержусь и упрекаю себя за то, что сержусь. Упрекаю себя за то, что сержусь на палку, на к[отор]ую спотыкаюсь. ⁴ Да, забыл сказать, что умываясь, одеваясь, вспоминаю бедноту деревни и больно на свою роскошь одежд, а привычк[а] чистоты. ⁵ Возвращаясь с прогулки, берусь за письма. Просительные письма раздражают. Вспоминаю, что братья, ⁶ сестры, но всегда поздно. Похвалы тяжелы. Радостно только выражаемое единение. Читаю газету ⁷ Русь. Ужасаюсь на казни, и, к стыду, ⁸ глаза отыскивают Т. и Л. H., а когда найду: скорее, неприятно. Пью кофе. Всегда не воздержусь — лишнее, и сажусь за пись[ма]. ⁹

¹⁰ Когда нибудь продолжу это описание, а теперь

1. 1. Зачеркнуто: почти одн[ой]
2. 2. [суматоху]
3. 3. Зачеркнуто: запи[сываю]
4. 4. Зачеркнуто: Потом дома
5. 5. Зачеркнуто: Потом с самодовольством хотя
6. 6. Зачеркнуто: и
7. 7. Переделано из: газеты
8. 8. Зачеркнуто: смотр ю от ъискиваю
9. 9. Слово письма написано над словом стол
10. 10. Абзац редактора.

21 Марта 1908. Яс. Пол.

Все время, не все время, а дней 5 нездоровилось, но на душе продолжа[ло] быть оч[ень] хорошо. Последний день, вчера б[ыло] очень слабо. Нынче спал до ¹ 9 часов и, несмотря на нездоровье, писал статью очень хорошо. Все, что б[ыло] неясно, уяснилось, и гуляя думал, и кажет[ся] все ясно, и допишу. За последнее время работал над новым изданием Кр[уга] Чт[енiя] (Гусев так хорошо, любовно помогает) и еще над любимым милой Мар[ьей] Алек[сандровной] Детским евангелием, как мы его называем. И работа и та и другая были очень приятные, особенно над Евангел[iемъ]. С детьми стал заниматься по утрам, но часто пропускаю.

За это время неприятные заботы об юбилее, не мои — мои только о том, как бы прекратить его. Сейчас получил по этому случаю ругательное письмо. Хочу исполнить желание пишущего — послать в газету и при этом случае ясно и опредѣленн[о] высказаться. Вот и все. Саша выписывает из книжечек. Выпишу кое что и я.

1) В знании важно не количество знаний, даже не точность их (п[отому] ч[то] совершенно точных знаний нет и никогда не будет), а разумная связность их: то, чтобы они со всех сторон освещали ² мир. В роде того, ч[то] бывает в постройках. Постройка может быть великолепна или бедна: зимний дворец и шалаш, но и то и другое — разумные построй[ки] только ³ тогда, когда они защищаю[тъ] со всѣ[хъ] сторон от непогоды и дают возможность жить в них и зимой и летом; но самые великолепные 3 стены без 4-й или 4 без крыш[и] или без окон и печи много хуже бедной хаты, в к[отор]ой можно укрыться и не задыхаться и не мерзну[ть]. Тоже и в научных знаниях, теперешн[ихъ] знаниях ученых в сравнении с знанi[ями] безграмотного крестьянина земледельца. Эта истина должна быть основой воспитания и образования. Расширять знания надо равномѣрн[о].

1. 1. Написано: и
2. 2. Написано: освящали
3. 3. Написано: только разумныя постройки только

23 Марта.

Если бы было известно, что смерть ухудшает наше положение, жизнь в виду неизбежной смерти была бы ужасна. Если же бы мы наверно знали, что смерть улучшает наше положение, мы пренебрегали бы жизнью. ¹

Прежде, чем был Авраам, я есмь — может, должен сказать каждый человек. Все сознаем свою жизнь без начала её. А если ей не было начала, то не будет и конца.

Живо почувствовал грех и соблазн писательства; почувствовал его на других и перенес основательно на себя.

Нужно два: любовь и правда. Первое я знал. Надо работать над вторым. Нет, три: воздержание, правда и любовь.

² сознательно добро — соединение с Богом.

Как императоры убеждены в благодетельности монархии и президенты республики...., а капиталисты в необходимости капиталов, а професора, фармацевты в необходимости медицины, так все они убеждены в необходимости противления злу насилием.

Закон жизни прекрасно изображается пальцами в перчатке: отдели их, воображая увеличить тепло каждого пальца — и всем холодно, и чем лучше отделены, тем холоднее; откинул перегородки, соединил — всем хорошо.

Видишь, как мальчик, идя по деревне, нарочно дразнит собак: собаки окружили его и лают и бросаются, а он отмахивается палкой. Говоришь ему: зачем ты дразнишь собак? Он говорит: я не дразню, я отбиваюсь. ³

Только тогда делаешь дело Божье, когда не знаешь, что его делаешь. ⁴

Хорошо знать, что все, что ты делаешь, ты делаешь только для Бога, и что ничто не может помешать мне делать то, что я делаю.

1) Вся жизнь есть освобождение — сознательное и бессознательное — от похотей плоти, от плотской жизни. Смерть есть это полное освобождение. Как же бояться, не желать ее. Трудно не желать.

Бояться, не желать ее можно только тогда, когда не понимаешь, не сознаешь свое духовное «я», то «я» которое одинаково нетелесно в старом человеке, в ребенке, даже грудном, даже в животном. ⁵

2) «Вся жизнь — материальные процессы, развитие и соотношение существ».

Хорошо, но что же такое отдельность существ, сознание каждым существом своей отдельности? Ведь если есть только материя, то материя эта должна быть вся единою, нераздельною. Что же такое значит то, что некоторые соединения материи сознают себя отделенными от всех других?

Образуется или не образуется эта отделенность и сознание отделенности, что это такое?

А это-то удивительное явление пропускается, признается существующим без объяснения.

А все дело в нем, и никакие объяснения ничего не дают, если это не объяснено. ⁶

1. 1. Эта и следующая мысль в подлиннике отчеркнуты, и на полях рукою Толстого помечено: см[ерть]
2. 2. Пропуск в подлиннике для неразобранного переписчицей слова. Слово это: Счастье. Далее должно быть: сознательнаго добра. См. стр. 351.
3. 3. Эта мысль в подлиннике отчеркнута, и на полях Толстым помечено: непр[отивленiе]
4. 4. Эта мысль в подлиннике отчеркнута и снабжена Толстым пометкой: смир[енiе]
5. 5. Эта мысль в подлиннике отчеркнута, и на полях Толстым помечено: см[ерть]
6. 6. Эта мысль в подлиннике отчеркнута.

24 Марта 1908. Я. П.

1) Нельзя не думать о засыпании и пробуждении, как о подобии смерти и рождения. Как при засыпании теряется связь бывшего сознания бдения с новым сознанием в сновидении, также должно быть и при смерти. И как при пробуждении является новое сознание, так должно быть и при рождении. (Что-то тут есть, но не могу разобраться.)

25 Марта 1908. Я. П.

1) Главное подобие в отношении ко времени: в том, что как во сне, так и наяву времени нет, но мы только воображаем, не можем не воображать его. Я вспоминаю длинный, связный сон, который кончается выстрелом, и я просыпаюсь. Звук выстрела это был стук ветром прихлопнутого окна. Время в воспоминании о сновидении мне нужно, необходимо было для того, чтобы в бдящем состоянии расположить все впечатления сна. Тоже и в воспоминаниях о событиях бдения: вся моя жизнь в настоящем, но я не могу в воспоминании о ней, скорее в сознании её — не располагать ее во времени. Я — ребенок, и муж, и старик — все одно, все настоящее. Я только не могу сознавать этого вне времени.

Спрашиваю себя: зачем это? И ответ сам собой напрашивается: затем, чтобы дать мне возможность блага жизни. Будь я вне времени и пространства, меня бы не было и не было бы моего блага, не было бы моей возможности жить по своей, моей воле — она же воля Бога. Бог живет во мне. (Je m’entends.) ¹

Как, просыпаясь от стука захлопнувшагося окна, я знаю, что сновидение было иллюзия, так я при смерти узнаю это обо всех, кажущихся мне столь реальными событиях мира.

2) В первый раз понял на Сер[ежѣ], мог бы и на его матери, что бывают люди, всегда или до времени лишенные религиозного метафизического интереса и понимания, а ты сердишься на них за их непонимание. А как поймешь, что это его свойство души, и станет легко.

1. 1. Я понимаю то, что хочу сказать.

27 Марта 1908 г. Я. П.

1) Жизнь моя есть проявление Бога. Чем более я проявляю Бога, тем я испытываю большее благо (свободу, сознание добра). Благо не есть цель, а только признак исполнения назначения.

27 Марта 1908 г.

¹

1) Как бы помнить то, что главное и даже единственное в жизни — освобождение от тьмы (зла), скрывающего Бога, а никак не счастье мое, успех мой, одобрение людьми моих дел.

2) Как хорошо, что я понял нынче — vaut mieux tard que jamais, ² что люди — С[е]р[ежа] и С[оня] и им имя легион — несогласны со мной не п[отому], ч[то] они (как мне казалось прежде) опровергают или думают, что опровергают мои доводы, а оттого, что все это не интересует их, они не знают, не могут узнать всего того, что касается вопросов религии.

3) Проявляя божественность своей души, мы никак не можем знать, какое проявление её: доброе слово обидевшему глупому человеку или полная философская система будет иметь какие последствия.

4) Так что для насилуемых, для огромного числа рабочего народа противление злу, подчинение себя насилию и участие в нем есть грубое суеверие в роде постов, поклонений и всякого рода самоистязаний. ³

5) (к статье) Но что же делать? Вопрос этот только для людей не религиозных. Религиозные знают, что делать: установлять в себе Царство Божие и не думать о других. Бедствие нерелигиозных людей: они учат других.

1. 1. Записи 27 марта — 16 мая 1908 г. печатаются по вложенной в тетрадь Дневника машинописной копии, просмотренной и в некоторых местах исправленной Толстым. Редакцией исправлены по подлиннику (Записная книжка 1908 г. № 2) неточности переписки.
2. 2. лучше поздно, чем никогда,
3. 3. Эта мысль в подлиннике отчеркнута с левой стороны и снабжена пометкой: непр[отивленiе]

31 Марта 08 г.

1) Я прежде думал, что разум (разумение) есть главное свойство души человеческой. Это была ошибка, и я смутно чувствовал это. Разум есть только орудие освобождения, проявления сущности души — любви. (Очень важно).

2) Знаю я, что я не увижу последствий этого моего воззвания, но знаю так, знаю вернее смерти, что последствия эти будут. Будут не в том смысле, что сложится такой или иной мною предвидимый и желаемый строй жизни, а будут в том, что уничтожится то безумие и зло, в котором живут теперь люди христианского мира. Это будет, я вернее смерти знаю, что это наверно, неизбежно будет (к статье).

1 Апреля.

1) То, что составляет истинное, существенное движение жизни: освобождение Бога любви — никогда не сознается и не может сознаваться, как сон. Не можешь знать, когда заснул. Можешь желать заснуть и, вспоминая, знать, что ты спал, но не можешь сознавать осуществления своего желания, как его сознаешь при плотских желаниях.

То же и с «просвещением» в смысле освобождения от тьмы, скрывающей Бога любовь, — в совершенствовании.

2) Не могу же я сознавать в себе истинное движение жизни цотому, что совершается оно не мною, a тем Всем, что живет во всем.

2 Апреля.

Низшая ступень — жизнь для похотей тела, чтобы угодить телу, вторая ступень — для одобрения людского, чтобы угодить людям, третья — для награды от Бога, чтобы угодить Богу вне себя, четвертая, выше которой я не знаю, жизнь ни для чего, а только чтобы угодить Богу в себе.

3 Апреля.

1) (к статье) Никем не мучимы, сами себя мучаете. И не телесно только, а духовно губите. И водка, и уничтожение общины, и суеверие, и безбожие, и революция.

2) Да, как не знаешь, когда и как заснул, так не знаешь, когда и как родился. И как во сне, так и в жизни начинаешь все больше и больше верить в то, что представляется мне, отделенному от Всего. И также, как во сне, все меньше и меньше веришь и под конец просыпаешься, т. е. теряешь ту личность, которой жил во сне, и входишь в то состояние, в котором был до сна, и не в то состояние, а в состояние высшее — состарелся, поумнел, подобрел.

4 Апреля.

Женщина делает большое дело: рожает детей, но не рожает мыслей, это делает мужчина. Женщина всегда только следует тому, что внесено мущиной и что уже распространено, и дальше распространяет. Так и мужчина только воспитывает детей, а не рожает. ¹

1. 1. Эта мысль отчеркнута с левой стороны и снабжена пометкой: к[ъ] день о женщин[ахъ]

6 Апреля.

1) Ведь жизнь каждого из нас не в том или ином устройстве, а в благе не личном, а в благе общем. Общее же благо приобретается не устройством с спорами, злобой, насилием, а только любовью. Главное же то, что это возможно, это в моей власти, это свойственно моей природе, а то — устройство — и не в моей власти и противно моей природе.

2) (к статье) Но этого никогда не будет.

Было время, когда не было и государств, а были, как теперь, сами собою управляющиеся народы. Почему же думать, что вечно будет одно и то же? И каждый из нас прежде сосал грудь, потом играл в игрушки, потом учился, потом женился, потом работал, воспитывал детей, потом старел, умнел, оставлял прежнее и т. д.

7 Апреля.

>1) Вера любви, как высшего закона жизни, не исключает никаких радостей жизни. Можно играть, плясать, все не противное любви делать ЛЮБЯ. ¹

1. 1. Подчеркнуто дважды.

8 Апреля.

1) Революция и особенно подавление её изобличило отсутствие веры в христианство.

2) Учение жизни написать.

3) Высший нравственный закон только тогда закон и что нибудь, когда никакой закон не может быть признан выше — обязательнее его.

9 Апреля.

1) Знаю в себе тот же X — силу жизни, которую знаю во всем и особенно ясно в наиболее себе подобных существах. Силу жизни эту называю Бог. Могу, не сознавая эту силу, жить ею, могу сознавать и жить ею. Разница между этими двумя жизнями в том, что при первой живу одной ограниченной, окруженной враждебными существами жизнью; при второй живу, кроме своей ограниченной, еще и жизнью всех однородных, близких существ, все больше и больше сознавая и их любовью.

2) (к статье) Но вам-то, рабочему народу, нет никакой выгоды. Отчего же вы? А оттого, что у вас нет веры. От этого вы мучаете себя. От этого вы слушаетесь. Вы освободитесь и освободите других только тогда, когда будете поступать не для выгоды, не по зависти, не по злобе, а ради Бога, по совести, ради добра, как поступали те люди, о которых я пишу.

10 Апр. 1908. Я. П.

Были сыновья. Со всѣм[и] очень хорошо. Все пишу статью. Подвигаюсь. Хотел записать:

1) Бог высвобождается из всех самых разнообразных препятствий. И это высвобождение во всех видах, всегда, дл[я] всех благо.

12 Апр. 1908. Я. П.

Здоровье — желудок очень плох. Не сплю, и дурное расположение духа, с к[оторымъ] борюсь более или менее успешно. Сейчас хочу записать.

1) Если бы мужчины знали всех женщин, как мужья знают своих жен, они никогда [бы] не спорили с ними и не дорожили бы их мнѣніе[мъ].

2) Хороший работник не бросает работу, если и знает, что не увидит ее в деле и не получить награды. Тоже с работой жизн[и] до самой последней минуты смерти.

12 Апреля.

1) Если работник и не увидит ни конца своей работы, ни приложения её, знает, что не получит награды за её исполнение, ни наказания за неисполнение, он, если он хороший работник, всетаки будет делать ее. Моя работа — это моя жизнь, и она всегда цельная с последней отделкой — смертью. Делай ее хорошо.

2) Придите ко мне, говорить Христос, и я думаю, что всем и удачникам, и особенно неудачникам хорошо последовать его совету.

3) Религия есть знание воли Божией: общего направления пути.

14 Апреля.

Спасение в усвоении религии. Выдумать нельзя. Можно принять только ту, которая уже открылась и зовет к себе.

17 Апреля.

Помоги мне, Господи, уничтожить себя так, чтобы ты мог жить во мне, проходить через меня — чтоб я мог быть только твоим проявлением. ¹

1. 1. Эта молитва в подлиннике отчеркнута с правой стороны.

19 Апр. 1908. Я. П.

Здоровье лучше. Статья подвигается, но слаба. Записать есть много. Сейчас запишу слѣд[ующее], очень хорошее:

1) Верный признак того, что вся моя деятельность пустая, то, что на меня нетолько нет гонений, но меня восхваляют. Хорошо для смирения.

Чувствую большую тяжесть от глупо[й] благотворительности внешней в соединении с безумной роскошью жизни своей.

Был Семенов. Он еще не готов сам для себя. Много хорошего в общении с людьми. Не хочу называть... —

19 Апреля.

Помоги мне, Отец, духовно очистить себя так, чтобы Ты мог жить во мне, чтобы я жил Тобою.

20 Апреля.

Записано как-то в начале года: «все утро думал о том, почему мир представляется нам “Im Werden”». ¹ Есть теперь что-то похожее на ответ. Вот что: Жизнь есть рост сознания. В этом и жизнь и благо её. Рост не может совершаться в этом мире иначе, как в пространстве и времени. Я говорю: в этом мире потому, что жизнь, следовательно, сознание может и растет бесконечно, приближаясь к Богу (Нирвана) и в этом приближении может проходить миры, т. e. состояния, в которых ограничение, а потому и рост происходят в иных условиях, чем пространство и время. Неясно, но есть что-то.

1. 1. [совершающимся]

21 Апреля.

1) Я хочу жить Богом, а не своим телесным я, Львом Т[олстымъ]. Что это значит? То, что я хочу сознание Льва Т[олстого] заменить сознанием всего человечества, даже всего живого. И это сознание я называю Богом. Но это сознание не есть Все, не есть весь Бог, а только одно из проявлений Его, доступных мне. (Хорошо).

2) Пространство, время, тело и форма происходят от моего бессилия познавать все, как оно есть. Я могу познавать только движущееся и разделенное. Как я не могу познать шара иначе, как когда он вертясь обращается ко мне всеми сторонами, так и не могу познать людей, животных и растения и все иначе, как движущимся и разделенным. Первое, т. е. движение, дает время и пространство, второе — разделение — дает тело и форму. (Что-то есть, но неясно.) ¹

1. 1. Эта мысль в подлиннике отчеркнута с правой стороны красным карандашом.

22 Апреля.

3) «Но что же будет?» Вопрос только от того, что мы привыкли к суеверию о том, что мы устраиваем жизнь. Разве стараясь делать, устраивать жизнь по своему, мы сколько нибудь достигаем этого? Жизнь устраивается при всех наших усилиях не так, как мы хотим и воображаем. ¹

4) Но что будет со мною, если я один буду не противиться среди борющихся, среди злых? Опять тоже суеверие. То было об устройстве жизни других, это об устройстве своей жизни. Какая будет и общая, и наша внешняя жизнь, никогда не может быть известно нам. Уже одна ежечасная возможность смерти делает это знание невозможным. Устраивая и не устраивая свою внешнюю жизнь, я знаю, что она будет не такою, какою я хочу. Одно только по отношению моей жизни в моей власти: это её внутреннее изменение — все большее и большее приближение к нравственному совершенств[ованiю], и это одно нужное мне и главное изменение моей жизни всегда в моей власти.

Каково же заблуждение людей, употребляющих все силы на то изменение жизни, которое вне их власти, на устройство жизни других людей, и для этого мнимого устройства её лишающих себя того устройства жизни, которое всегда в их власти и которое одно может влиять на жизнь других людей? То, что со мной будет, в смысле внешних событий хорошее или дурное, я не знаю и не могу знать; то же, что жить нравственно всегда хорошо и для меня и для всех людей, я наверное знаю. И зная это, я буду жертвовать верным неверному?

Так что кажущийся таким трудным для ответа вопрос о том, не ошибочно ли бы было среди всех живущих насилием злых быть одному или немногим непротивящимися добрыми, подобен вопросу о том, как быть трезвому среди пьяных, не лучше ли напиться вместе со всеми.

1. 1. Эта и следующая мысль в подлиннике отчеркнуты с правой стороны красным карандашом и снабжены пометкой: непр[отивленiе] NB

23 Апреля.

Есть сознание себя, своей духовной сущности, и сознание своих пределов, которое в начале жизни сознается как «я». Это второе сознание пределов заслоняет, скрывает первое сознание духовности: кажется, что сознание своих пределов и есть сознание себя. Вся жизнь есть все большее и большее сознание своей духовной сущности, освобождение от обмана признания собою своих пределов. Смерть для того, кто вполне сознает свою духовную сущность, есть освобождение от стеснявших ее пределов. ¹

1. 1. Эта мысль в подлиннике отчеркнута с правой стороны красным карандашом.

26 Апреля.

1) Ничто так не утверждает в неуничтожаемости, безвременности своей сущности, ничто так не способствует, спокойному принятию смерти, как мысль о том, что умирая я не вступаю в новое положение, а только возвращаюсь в то безвременное, беспространственное, бестелесное, бесформенное состояние, в котором был и из которого пришел в эту жизнь. (Хорошо).

Нельзя даже сказать: «в котором был», а в то состояние, которое мне также свойственно, как и то, в котором я нахожусь теперь.

2) Таничка еще свежа от Начала всего — любви и любит всех. Мика уже любит только себя, я приучаюсь опять, как Таничка, любить всех.

3) Der langen Rede kurzer Sinn. ¹ Причина всех бедствий — суеверие возможности устройства общества насилием. Причина суеверия — отсталость веры, деятельность, не имеющая уже разумного основания. Причина отсталости веры — непонимание той, которая свойственна возрасту человечества и открыта ему. И потому избавление от бедствий — понимание соответственной возрасту человечества веры, веры в высший закон любви.

1. 1. Длинной речи краткий смысл.

28 Апр. 1908 Я. П.

Меня старательно лечат. Был Щур[овскiй]. Усердие большое, но, как и все, хочет знать и верит, что знает, но ничег[о] не знает. Несколько дней, да и почти всегда нехорошо... Вчера, кажется, что кончил статью. — Нынче, лежа в постели, утром пережил давно не переживавшееся чувство сомнения во всем. В конце концов остается всетаки одно: добро, любовь — то благо, к[отор]ое никто отнять не может. Вчера получил укорительное по пунктам письмо от юноши марксиста, и, к стыду своему, мне б[ыло] тяжело. Все еще далеко от жизни только для души (Бога), и все еще тревожит слава людская. Да, как вчера говорит Паскаль, есть только одно истинное благо, то, к[оторое] никто ни отнять, ни дать не может. Только бы уметь его приобретать и жить для него!

30 Апреля.

Социалисты делают, кроме всех других ошибок, две главные, разрушающия все их доводы.

Первая — в предположении о том, что все сосредоточенное в одних местах машинное производство останется тоже при экономической свободе рабочих. Тогда как потребность по крайней мере 9 / 10 всех предметов — защиты государства, изготовляемых теперь ружей, пушек, крепостей, предметов роскоши, железных дорог и т. п. должна уничтожиться; так что и машинное, всегда тяжелое для людей производство, возникшее только при несвободе, произведшей капитализм, не только не будет расти, но уничтожится, и люди будут жить не кучами мучительно городской жизнью, а просторно, естественно и радостно на земле, и им не нужно будет капитала. Прогресс же технический будет в том, что будут придуманы облегчения производства без необходимости каторжной жизни. Вчера был убежденный рабочий социалист. Я спросил, что он делал на заводе. — Трубки для папиросных гильз.

Вторая в том, что при социалистическом устройстве необходимы распорядители. Откуда возьмут таких людей, которые без злоупотреблений устроят посредством насилия социалистический справедливый строй?

2 Мая.

1) Разве не ясно, какой полный невежда этот професор Геккель. Каковы же его ученики? Возражать не стоит: возражение в Евангелии, но они не знают его, безнадежно не знают, решив, что они выше его.

А если люди так невежественны, что могут по закону убивать, то что же закон? И все рушится. ¹

2) Нельзя спрашивать: переменить ли жизнь? Переменить надо жизнь только тогда, когда нельзя не переменять. И тогда нечего спрашивать. А для того, чтобы притти в такое положение, надо внутренне, духовно измениться. ²

1. 1. Ср. «Воспоминания о суде над солдатом», т. 37.
2. 2. Эта мысль и следующая в подлиннике отчеркнуты с правой стороны красным карандашом.

6 Мая 1908. Я. П.

Все занят статьей. Дня четыре посвятил для воспоминаний о солдате для Поши. Не очень дурно, но задорн[о]. Нынче не письма, а разговор о праве на мои сочиненi[я] после смерти. Трудно перенес. Записать много есть в книжечк[ахъ], а теперь хочется записать:

1) то, что в первый раз сейчас, гуляя, ясно вполне понял благодѣтельнос[ть] осуждений, укоров, стыда людскаго. Понял, как это загоняет в себя, — разумеется, если есть в себе то, куда уйти. Прямо хорошо, желательно.

2) Умереть значить уйти туда, откуда пришел. Что там? Должно быть, хорошо, по тем чудесным существам детям, к[оторыя] приходят оттуда.

9 Мая.

Сознание и познание.

Сознание — это изучение своего духовного существа, познание — это изучение всего внешнего. Одно всегда в ущерб другому. Чем больше одного, тем меньше другого.

Память и усилия мысли в той же зависимости: чем больше одного, тем меньше другого. Как одно ограниченное вместилище. И от того, что вместилище для обоих одно, почти всегда смешивают оба и принимают одно за другое, тогда как напротив — чем больше памяти, тем меньше усилия мысли, и наоборот. Про памятливого человека говорят — умный, про самобытно мыслящего, мало помнящего говорят — глупый.

10 Мая.

Сознание есть изучение духовной сущности, познание — изучение телесного, вещественного. Сознание есть знание идеала совершенства и своего отношения к нему. Из него вытекает нравственное совершенствование. Познание есть знание вещественного мира, всегда недоступное по условиям времени и пространства — бесконечности их, и потому из него ничего не вытекает.

11 Мая.

«Старый брешет» огорчило меня, но благополучно преодолел, захотелось сделать ему добро. Надо бы написать. А как явен самообман общины. Разговоры о любви, а желать оскорбить или не заметить, что оскорбляешь, — нипочем.

12 Мая Я. П.

Со мной случилось нынче что-то новое, необыкновенное, не знаю, хорошее или дурное, должно быть хорошее, п[отому] ч[то] все, что было, есть и будет, все только хорошо: Случилось то, что я проснулся с небольшой головной болью и как-то странно забыв все: кот[орый] час? Что я пишу? Куда итти? — Но, удивительная вещь! рядом с этим особенная чуткость к добру: увидал мальчика, спяща[го] на земле — жалко; бабы работают — мн[ѣ] особенно стыдно. Прохожие — мне не досадно, а жалко. Так что совсем не к худшему, а к лучшему.

¹ Прочел местами свою работу З[аконъ] Н[асилiя] и З[аконъ] Л[юбви], и мне понравилось, и я кончил ее. Вчера мне б[ыло] особенно мучительно тяже[ло] от известия о 20 повешенных крестьяна[хъ]. Я начал диктовать в фоногр[афъ], но не мог продолжать. Господи, Начало жизни, Ты, неведомый, непостижимый, но сущий, глупо говорить: благодарю тебя, но иначе не могу выразить мою умиленную радость существования. Больш[е] не могу.

Запел соловей под окном, до слез радостно. Сейчас только, вспомнил, что я нынче, гуляя перед чаем, забыл молиться. Все забыл. Удивительно! Сейчас читаю свое письмо Анато[лiю] Федоровичу и не могу вспомнить, кто это.

1. 1. Абзац редактора.

13 Мая.

1) Утеряна главная сущность учения Христа: сыновность Богу. — 2) данное участие в жизни Божеской.

14 Мая 1908. Я. П.

Молюсь так: благодар[ю] тебя, Господи, за то, что открыл мне то, что можно жить Тобою. И не хочу и не могу жить другой жизнью.

Вчера, 13-го, написал обращение, обличение — не знаю, что — о казнях, и еще о Молочникове. Кажется, то, что нужно. Был Муравьев, много рассказывал мучительного. Вчера были сыновья Анд[рей] и Мих[аилъ], жалкие и очень далекие. С[аша] приехала. Ходил пешком, хорошо думал. Как удивительно проста разгадка жизни: Жизнь личности — Льва, ¹ Петра, Иван[а] — нелепое заблуждение. Живет во мне Бог, а я — Его орган. «Бог живет во всех, но не все знают это». Да, удивительно хорошо на душе.

1. 1. Зачеркнуто: Толстого.

14 Мая.

Благодарю тебя, Господи, за то, что открыл то, что можно жить Тобою. Только так и хочу жить.

К заявлению. И не думайте, что я рассчитываю на неприкосновенность в зависимости от юбилея.... ¹

К обращению. Вспомните, что вы сыны Бога, а не палачи. ²

1. 1. Ср. письмо в редакцию газеты «Русь» от 18 мая 1908 г., т. 78.
2. 2. Ср. «Не могу молчать», гл. VII, т. 37

15 Мая.

К Не убий. И все это делается для нас, для мирных жителей. Хотим мы или не хотим этого, нас делают участниками этих ужасов.

И все это делается среди тех людей и теми людьми, которые говорят, что поклоняются и считают Богом того, кто сказал. Вам сказано,..... Все братья... Любить всех, прощать всем не семь, а семьдесят раз семь, кто сказал про казнь, что пусть тот, кто без греха, бросит первый камень. В этом страшное дело, это самое ужасное, запрещенное дело делается наиболее почитаемыми людьми и с участием учителей этой веры.

Делается там, где в народе считается долгом помочь несчастненьким.

Вижу, как с улыбкой презрения прочтут это европейцы. То ли дело у нас, скажут Англичане и другие. У нас все это так устроено, что одно удовольствие. Все по машине. Ничего не видно, и только флаг.

16 Мая.

И это христиане!

1) Сознание есть сличение, сравнение своего «я» телесного, своей личности с «я» божественным, духовным, всеобщим, которое во мне же. Поэтому сознание — основа всякой нравственности. —

Есть люди лишенные или почти лишенные этого свойства — сознания. У этих людей часто рядом с огромным знанием, утонченностью нет нравственных требований: мои сыновья, и им имя легион — все ученые.

Помню, как я в детстве почти удивился проявлению в себе этого свойства, которое еще не умело находить для себя матерьял. Помню, меня удивляло то, что я мог, сознавая себя, сознавать сознающего себя, и опять спрашивая, сознавал, что я сознаю себя сознающим сознающего себя. И потом: сознаю себя, сознающего себя, сознающего себя и т. д. до бесконечности.

Да, сознание есть признание в себе Бога и суждение Бога во мне о своей личности и о всем открывающемся мне с точки зрения личности.

1 Ср. «Не могу молчать», гл. IV.

[2)] Записано в феврале: Почему мир представляется нам im Werden, ¹ в движении, и почему меня не будет, a мир все также будет изменяться? И я ответил: не знаю.

Нет, знаю.

Мир представляется мне im Werden, ² совершающимся потому, что я не в силах обнять его весь, как он есть вне времени, так, как я обнимаю вполне существо умершего (любимого): он для меня уже не совершается, а есть, как есть, весь. То же, что мир будет без меня изменяться, есть ни на чем не основанное предположение. Мир будет представляться другим существам (т. е. мне кажется, что будет представляться другим существам) опять ³

1. 1. [совершающимся]
2. 2. [совершающимся]
3. 3. Окончание мысли см. в записной книжке 1908 г., № 2, стр. 338.

20 Мая 1908. Я. П.

Возбужденно-радостное состояние прошло, но не скажу, ч[то] дурно. Хорошо то, ч[то] нетолько нет противления смерти, но хочется. Здесь Стах[овичъ]. Со[ня] в Москве и Петерб[ургѣ], с С[ашей] очень радостно. Все поправлял о казнях. Кажется, не дурно, и кажется, ч[то] нужно.

Были Добролюбовцы два из Самары — не совсем хорошее впечатление. В них отсутствует драгоценное для меня свойство простоты. Их добрая жизнь деланная, и я чувствую, что пахнет и клеем и лаком. Сознание нужно, необходимо, но я думаю, что оно нужно только для поверки себя, а не для подделки себя. Не умею ясно оказать, а знаю.

Думал нынче 1) то, что моя жизнь хорош[а] тем, что я несу всю тяжесть богатой ненавидимой мной жизни: вид трудящихся для меня, просьбы помощи, осужденi[е], зависть, ненависть, — и не пользуюсь её выгодами, хоть тем, чтобы любить то, что для меня делается, чтоб помочь просящим, и др.

2) Забыл.

21 Мая 1908. Я. П.

Давно не чувствовал себя так ¹ нездорово, как вчера. Слабость и мрачность. Но, слава Б[огу], не дурно. Были 120 детей желѣзно-дорож[наго] училища. Очень милы. Писал немного «Казни», с отвращением читал Фигнер. Нынч[е] утром б[ылъ] старик нищий 82 лет. Зашел посл[ѣ] 18 лет, кроткий, спокойный, и потом два студента. Один — литерат[оръ], другой — революціон[еръ]. Револ[юцiонеръ] прямо поставил вопрос: если бы я мог при повешении 20 сделаться палачем и, повесив одного, спасти 19, следовало ли бы повесить этого одного? Очевидно, вопрос этот важен ему, и мое мнение об этом тревожит его. Приводил еще другие подобные же примеры. Когда я сказал ему, ч[то] надо делать свое, не делать дурного, он сказал: а не будет ли того, что этот не делающий дурного будет, не смотря на страдания вокруг него, ходить, высоко подня[въ] голову: «какой, мол, я хороший!» Я сказал ему, что у нас каждого слишком мног[о] грехов всяких, чтобы, не делая греха компром[и]са, ² чувствовать себя безгрѣшны[мъ]. Да, это служение народ[у], ³ делание добр[а] другим есть страшное зло; надо написать об этом особенно. И все зло правитель[ства], и все зло революц[iонеровъ], и все зло воспитания, экономич[еское] — все на этом.

1. 1. Зачеркнуто: дурно
2. 2. Зачеркнуто: быть
3. 3. Написано: народа

29 Мая 1908. Я. П.

То, что записано о нездоровье, с 21 мая продолжается до сих пор. Никогда не чувствовал себя до такой степени слабым. И нет худа без добра: в такие времена, чувствуя свою близость к смерти, только радуюсь этой близости. Посетителей и писем так много, что нельзя успеть всего записать. Начинаю чувствовать распространение своей известности, к[оторое], как всегда, возбуждает и добрые и соответственно добрым — злые чувства. Вчера б[ылъ] очень тяжел[ый] К. Зато дня три, как прiѣхал[и] очень приятные Стамо с сыном. Радуюсь очень приезду Ч[ерткова], он[ъ] в Петерб[ургѣ]. ¹ С[аша] была у Тани, нынче приехала. Боюсь за нее. Были еще Ст[аховичи]. С[оня] б[ыла] в Петерб[ургѣ], приехала. За это время кончил О смертн[ыхъ] Казн[яхъ] и писал письмо крестьянину о земле, и во время писания убедился, что при существовании государств[еннаго] насилия нет средств, к[оторыя] могли бы улучшить чье либо положение. Об это[мъ] вчера б[ылъ] хороший разговор с Ник[олаевымъ] и Стамо. Забыл записать о приезде за это время милых Николаевых и посещении Сони невестки с Унковской. Были еще фотографы: Прок[удинъ] Гор[скiй] и Кулаков, и Америк[анецъ] с женой, и еще чета милых........ Записать надо многое. Прежде, чем записывать из книжечк[и], запишу то, что сейчас думал:

1) Мы хотим устроить счастливую, справедливую жизнь людей, но с тех пор, как мы знаем жизнь людей и знаем, что они всегда стремились к этому, мы знаем, что они никогда не достигали этого. Всегда за достигнутой ступенью блага тотчас же открывалась другая, следующая, столь же настоятельно необходимая, какою казалась и та, к[отор]ая только что достигнут[а]; и так продолжалось до теперешня[го] времени, начиная с людоедства и до национализации земли. И потому естественно нетолько предположить, но быть уверенным, что так и будет всегда.

Так и будет, так и должно быть. Положение человека, идущего вперед к благу, к[отор]ое все ² отодвигается от него, подобно [тому], что, как говорили мне, делают с упрямым[и] лошадьми. К оглоблям впереди их утверждают кусок хлеба с солью так, что лошадь чует его, но не может достать. И она тянется и движется, желая достать хлеб, но это самое движение отодвигает хлеб, и так до бесконечности. Тоже и с людьми: благо никогда не достигается, п[отому] ч[то] при достижении одного блага сейчас же представляется новое. А благо — совершенство безконечн[ое], как Бог.

Какой же из этого вывод?

А только тот, что человек может и должен знать, что ³ благо его жизни не в достижении ⁴ стоящей перед ним цели, а в движении для цели высшей, недоступной ему.

2) Для того, чтобы понять ⁵ законы жизни, нужно не объяснять происхождение духовнаг[о], т. е. сознания. Это одно, ч[то] так ясно и несомненно и не временно, что не требует объяснения своего происхождения, а напротив, на нем одном может основаться всякое, какое бы то ни было знание. Для того, чтобы понять законы жизни, нужно объяснить причины, по к[оторымъ] сознание во всех людях одинаково воспринимает явления матерьяльного мира (пределов отдельного сознания): одинаково видит, слыпшт, ощущает. (?)

3) Если бы мы наверно знали, что смерть ухудшает наше положение, жизнь в виду смерти была бы ужасна. Если же бы мы наверно знали, что смерть улучшает наше положение, мы пренебрегали бы жизнью. Так что ничего нельзя желать лучшего того, что есть.

4) «Прежде, чем был Авраам, я есмь», — может и должен сказать каждый человек. Мы все сознаем свою жизнь без начала её. А если ей не было начал[а], то не может быть и конца.

5) Живо почувствовал соблазн и грех писательства на других и перенес на себя.

6) Нужно не переставая помнить три требования добра: воздержание, правду и любовь.

1. 1. Зачеркнуто: Зап[исать]
2. 2. Слово все в подлиннике написано дважды.
3. 3. Зачеркнуто: цель смысл
4. 4. Зачеркнуто: блага, а в движении к благу
5. 5. Зачеркнуто: основы

3 Іюня Я. П. 1908.

Третьего дня получил письмо с упреками за мое богатство и лицемерие и угнетение крестьян, и, к стыду моему, мне больно. Нынче цѣлы[й] день грустно и стыдно. Сейчас ездил верхом, и так желательно, радостно показалось уйти нищим, благодаря и любя всех. Да, слаб я. Не могу постоянно жить духовным «я». А как не живешь им, то все задевает. Одно хорошо, что недоволен собой, и стыдно, только бы этим не гордиться.

Кончил «Не могу ¹ Молч[ать]» и отослал Ч[ерткову]. Кончи[лъ] почти и ² ту, большую. Был припадок. Хорошо, что приближение к смерти не печалит, скорее не то что радует, а желательно. Думается хорошо, сильно. Хочется и нов[ый] Кр[угъ] Чт[енiя] и художеств[енное] — революцию.

1. 1. Написано карандашом по написанному ранее чернилами: Зач[ѣмъ]
2. 2. Зачеркнуто: За[кон насилия и закон любви]

10 Іюня.

Несколько дней б[ылъ] слаб, а нынче хорошо выспался и писал о Молочник[овѣ] и приговоре. Кажется, не дурно. Начал письмо к Индусу, да запнулся. Ч[ертковъ] прекрасно поправил. Кажется, кончено. Отдал переписывать большую статью. Здесь два Сережи, Гр[афиня] Зубова. Есть хорошия письм[а] и люди хорошие: Картушин. Записать:

1) Нынче утром обхожу сад и, как всегда, вспоминаю о матери, о «маменьке», к[отор]ую я совсем не помню, но которая] осталась для меня святым идеалом. Никогда дурного о ней не слышал. И идя по березовой аллее, подходя к ореховой, увидел следок по грязи женской ноги, подумал о ней, об её теле. И представление об её теле не входило в меня. Телесное вс[е] оскверняло бы ее. Какое хорошее к ней чувство! Как бы я хотел такое же чувство иметь ко всем: и к женщинам и к мущинам. И можно. Хорошо бы, ¹ имея дело с людьми, думать так о них, чувствовать так к ним. Можно. Попытаюсь.

1. 1. Зачеркнуто: вст[упая]

12 Іюня.

Здоровье хорошо. Но слаб и телом и мозгом — сонливость. Начинаю привыкать к признанию главным — одним делом жизни — любовь. Главное — в мыслях. Нельзя достаточно настаивать на том, ч[то] кто хочет жить истинной жизнью, должен прежде всего делать это усилие к истинной жизни в своих мыслях, когда один сам с собой. Удивительн[о], как мало знают это. Как подума[лъ] о ком нибудь с недоброжелательством, остановись, ищи в нем доброе, пусть он будет для тебя как самое дорого[е] для тебя существо, для меня моя мать. Можно. Думал нынче, после того, как холодно обошелся с женщиной просительницей, думал, что:

Одно дело только можно делать во всех возможных телесных условиях, это: быть любовным. Это можно и с больной печенью и умирая.

13 Іюня.

Два дня почти ничего не писал. Пропасть народа у нас. Не могу без слез говорить о моей матери. Молоствов выписывал из её дневников. Вчера страшны[й] ливень. Думал кое что, записал в книжечках. Здесь надо записать:

Говорят: есть три времени: прошедш[ее], настоящее, будущее. Какая грубая и вредная ошибка. Есть два вида времени: прошедшее и будущее; настоящее же вне времени. ¹ И жизнь ² истинная, свободная ³ вне времени, т. е. в настоящем. Как это важно знать. Можно жить только настоящим, т. е. свободно. — Сейчас не могу так записать, как думалось. Знаю только, ч[то] это оч[ень], очень важно. Вел и веду себя в смысле истинн[ой] жизни, т. е. любви в настояще[мъ], довольно хорошо.

1. 1. Зачеркнуто: Одно есть, од[но]
2. 2. Зачеркнуто: вся в насто[ящемъ]
3. 3. Зачеркнуто: в настояще[мъ]

17 Іюня 1908. Я. П.

Написал за это врем[я] статейку о приговоре Молочнико[ва] и занялся опять большой статьей. — Вчера писал, и нынче оч[ень] хорош[о] — так кажется — написал о непротивлении и вообще исправил.

Читаю О Герц[енѣ]. Автор — узк[iй] социалист. Было столкновение за столом. Оч[ень] жаль. Не могу вызвать доброго чувства, и тяжело это. Вчера б[ылъ] у М[арьи] Александровны] и с милым Николаевым исправля[лъ] коректуры. Сейчас застал Соню в гневе за порубленный лес. И зачем, зачем она мучает себя? Так жалко ее, а помочь нельзя.

¹ Все сильнее и сильнее стыжусь своего положения и всего безумия мира. Неужели это мой обман чувст[в]а и мысл[и], что продолжаться это не может? — Нет, не может.

1. 1. Абзац редактора.

18 Іюня 1908. Я. П.

1) Плохо, когда нравственное ¹ добро ² ставится целью ³ для достижения каких бы то ни было внешних ⁴ условий, положений. От этого главные бедствия людей: ложь религiозна[я], ⁵ ложь государственная, революционная.... ⁶

1. 1. Это слово вписано карандашом; далее зачеркнуто: цель.
2. 2. добра
3. 3. Это слово вписано карандашом.
4. 4. Зачеркнуто карандашом: целей
5. 5. Переделано из: цер[ковная]
6. 6. Зачеркнуто карандашом: ложь научная, художеств[енная]

19 Іюня 08.

Половину ночи не мог спать — от головной боли. Боль эта быстро усиливается. Не она ли приведет к концу. Что же, ¹ это хорошо. Стараюсь, когда слаб, как нынче, также хорошо, спокойно, даже радостно думать о смерти, как думаю, когда силен и бодр. Вчера Булыгин разсказыва[лъ] странную и трогательн[ую] историю с сыном. Кончил Герцена. Сейчас вдруг кольнуло голову так, что сморщился. О насил[iи] написанное плохо.

1. 1. Зачеркнуто: и

21, 22 Іюня 1908. Я. П.

Ч[ертковъ] тут. Очень радостно. Здоровье уходит. Слава Богу, нет ни малейшего противления. Только, грешен, хочется кончить задуманное. А потом вспомнишь, как это все ничтожно, игрушечно в сравнении с готовящейся переменой. Сейчас застал себя не на мысли, а на сознании ¹ о том, ч[то] дневник этот читают, и пиша имею в виду читающих. Забуду, освобожусь. — Записать надо:

1) Вчера особенно живо понял, как легко сказать: жить для Бога, т. е. делать, желать только то, что должно ² Его орудию, а не Л[ьву] Н[иколаевичу], и как трудно и велико жить так. Пытаюсь. И из 10 раз в сношениях с людьми и даже с собой 9 раз забываю. Хорошо, что après coup ³ вспоминаю и жалею. Да и как не быть трудным — это такое огромное благо. Благо и приближаться к нему. И, кажется, хоть плохо, приближаюсь. Да, помоги мне жить Тобою.

2) Будущее, сознание будущего, дѣятельно[с]ть для будущего разумна только в самых Не ясно — а казалось хорош[о].

Теперь утро. Спал плохо и умственн[о] ⁴ слаб, но духовно хорошо.

1. 1. Слова: не и далее: а на сознании вписаны над строкой.
2. 2. Переделано из: ну[жно]
3. 3. после того, как уже сделано
4. 4. Переделано из: дух[овно]

23 Іюня 1908. Я. П.

Немного лучше, даже много, кажется. Мало спал, но на душе особенно любовно радостно. Если бы так всегда до смерти было! Сейчас просители, И[лья] В[асильевичъ], Ваня, старуха Дем[е]нская — все, ч[то] раздражало иногда, только умиляет. A слепой с девочкой? — захотелось сойтись, обласкать.

Записал: себялюбие, т. е. любить себя больше всего, — и величайшее заблужден[iе] и высшее совершенство. Заблуждение, когда любишь больш[е] всег[о] свою личность, и высшее совершенст[во], когда любишь больше всего то духовное начало, к[отор]ое живет и проявляется во мне.

24 Іюн. 1908. Я. П.

Очень сильная боль головы ¹ мучала ночью, и я дурно, очень дурно перенес, — стонал, разбудил Ю[лию] И[вановну] и Душана. Главное, не мог найти ² блага в жизни с страданием. Говорил себе: Это случай учиться терпеть, и то, что это приближает к освобождению, и то, что ³ есть благо во всем. И не мог преодолеть тяжесть страдания.

Не думал о том, что это — то трение, к[отор]ое движет к благой цели освобожден[iя]. А это главное. Сейчас болит, хотя не так, как ночью. Постараюсь не ослабеть. Можно. Начал писать к альбому Орлова, мож[ет]ъ быть, будет хорошо.

1. 1. Написано: голову
2. 2. Зачеркнуто: ут[ѣшенiя]
3. 3. Зачеркнуто: надо видеть

26 Іюн. 1908.

Вчера не писал. Провел ночь очень хорошо и пожалел, ч[то] не болею, не б[ыло] случая поправить вчерашнюю слабость. Ничего не писал. Попытался Орлова, и не пошло. Был Америк[анецъ] кореспондент. Хорошо поговорил с ним. Разговор с Кузминским — непроницаемый мрак. Я все-таки сказал.

Ночь провел дурно. Была боль. Я держался хорошо, без ропота. Но и боль была слабая. Последнее время испытываю очень радостное сознание: как только в чем либо сомненье: сказать — не сказать, пойти — не пойти, большей частью для похоти или славы людской, или пожалеешь о чем, — скажешь себе: a тебе что за дело? ¹ жизнь только для Бога в себе и вне себя, и сейчас уничтожается сомнение, и спокойно, хорошо, радостно. — Записываю утром, только что встал. —

² Сейчас думал:

Плохо, что камень крепок, когда хочешь рубить его, а если нужен камень, чтоб точить на нем, — тогда чем он жестче и крепче, тем лучше. Так и с тем, что мы называем горестями.

Очень хорошо б[ыло] на душе, и теперь хорош[о], а только болит очень голова. ³ «А тебе что за дело?» Писал порядочно об Орлове. Почувствовал нынче в первый раз возможность, как говорит Вивикананда, чтобы все вместо «я» сделалось «ты», — почувствовал возможность самоотреченi[я] не во имя чего нибудь, а во имя здравого смысла. Трудно отвыкать от табаку, пьянице от вина, a труднее и вместе с тем нужнее всего отъучиться от этого ужасного пьянства собою, своим «я». А я начинаю — теперь, перед смертью — чувствовать возможность такого отречения. Не велика заслуга.

1. 1. Слова: a тебе что за дело? вписаны над строкой.
2. 2. Зачеркнуто: 27 Іюня 1908. Е[сли] б[уду] ж[ивъ].
3. 3. Слово голова вписано карандашом.

30 Іюня 1908. Я. П.

Третьего дня б[ылъ] слепой, бранивший меня. Вчера я ходил к нему к Николаеву и сказал, ч[то] я люблю его 1) за то, что он ищет Божьей истины, 2) за то, ч[то] он — тот ненавидящий, обижающ[iй], к[отораго] должно любить, и 3) за тем, ч[то] я, может, могу быть нужен ему, и простил[ся] с ним, пожав его руку. Он перед отъездом хотел видеть меня. Я обрадовался. Он сказал: я нечаянно пожал руку, я не могу жать руку подлецу, мерзавцу, фарисею, лицемеру.... С[офья] А[ндреевна] велела ехать, но я успел сказать, и искренно, что я люблю его. О, если бы так со всеми!

¹ Вчера были теософки. Записать хочу:

² 1) то, что любить истинно и можно и должно только ненавидящих, и то, ч[то]

2) Большая часть нерелигиозных людей пользуются нравственными требованi[ями] только для оправдания своих ³ себялюбивых целей.

На душе хорошо, но хочется умереть, уйти от всего этого чуждого....

1. 1. Абзац редактора.
2. 2. Абзац редактора.
3. 3. Зачеркнуто: эгоисти[ческихъ]

2 Іюля 1908. Я. П.

Вчера тяжелый разговор. Все я плох. Одно хорошо, ч[то] знаю и чувствую это. Благодетельность ¹ телесных страданий еще не умею понимать и чувствовать, а знаю, что она есть. Зато благодетельность оскорблений, укоров, клевет, даже злобы и знаю и даже чувствую. Нынче поправил Морозова и немножко статью. Передаю ее вполне Ч[ерткову]. Как я рад, ч[то] ни малейшего желания успеха и похвалы. Здоровье хорошо. Но мрачность. Надо держать себя в руках.

1. 1. Зачеркнуто: ф[изическихъ]

2 Іюля 1908. Я. П.

Начинаю дневник для себя — тайный.

Положение мое было бы мучительно, если бы не сознание того, что все это на пользу душе, если только положить жизнь в душе.

Если бы я слышал про себя со стороны, — про человека, живущего в роскоши с стражниками, отбивающего все, что может, у крестьян, сажающего их в острог и исповедующего и проповедывающего христианство и дающего пятачки, и для всех своих гнусных дел прячущагося за милой женой, — я бы не усумнился назвать его мерзавцем! А это-то самое и нужно мне, чтобы мог освободиться от славы людской и жить для души.

Исправлял Василия Морозова рассказ.

Мучительно тяжело на душе. Знаю, что это к добру душе; но тяжело.

Когда спрошу себя: что же мне нужно: уйти от всех. Куда? К Богу, умереть. Преступно желаю ¹ смерти.

После того, как я написал это, — непонятно грубая, жестокая сцена из-за того, что Чертков снимал фотографии. Проходит в голову сомнение, хорошо ли я делаю, что молчу, и даже не лучше ли было бы мне уйти, скрыться, как Буланже. Не делаю этого преимущественно потому, что это для себя, для того, чтобы избавиться от отравленной со всех сторон жизни. А я верю, что это-то перенесение этой жизни и нужно мне.

Помоги, Господи, помоги, помоги!!!!. —

Уйти хорошо можно только в смерть.

1. 1. В копии: желать — очевидно описка.

3 Июля.

Все так же мучительно борюсь, но плохо борюсь. Жизнь здесь, в Ясной Поляне, вполне отравлена. Куда ни выйду — стыд и страдание. То Грумондские мужики в остроге, то стражники, то старик В. Суворов, который говорит: «Грешно, граф, ох грешно, графиня обидела». То эта безумно и гадко корыстная, несправедливая дорога. Трудно, не знаю: от того ли, что я не в духе, или я не в духе от всех этих ужасов. О помоги, помоги мне, во мне.

4 Іюля 1908. Я. П.

Вчера как будто кончил статью. Пора. Душевное, состояние лучше, хотя телесное хуже. Читал статью Вивикананда о Боге превосходную. Надо перевести. Сам дума[лъ] об этом же:

¹ 1) Его критика «Воли» Шопенгауера совершенно права. Одно неверно: то, что он начинает с (объективного) рассуждений о мире (Univers). Рассуждать об этом не дано нам. И все такие разсужденi[я], как ни кажутся важными, пустословие. Исход всего и законное рассуждение всегда может и должно начинаться тольк[о] с личности, с себя. Рассуждать о внѣш[н]емъ, о мире, не сказав о себе, о том, кто видит мир, все равно, что начать рассказ так: «пот[ому] ч[то] когда он на меня замахнулся» и т. д., т. е. рассказывать, не упомянув о том, кто, где и кому говорит.

Основа всякому рассуждению о мире, о Боге одна: сознание человеком ² своего единства ³ с началом всего, своей божественност[и] и вместе с тем сознание своей отделенности, своей ничтожности. «Я царь, я Бог, я раб, я червь». Зачем? Отчего я такой, я не знаю, не могу, не хочу и не нуждаюсь знать, но знаю, и в[с]якi[й] знает, что я ⁴ — и Все и ничто. В соединенi[и] этих двух есть то, что мы называе[мъ] и сознаем жизнью. Я — все, я един и я отделен. От того, что я отделен, от этого я телесен и я в движении, a телесность может быть только при пространстве, a движение — только при времени. Как единое же существо, я бестелесен, неподвижен, вне пространства и времени. Благо мое в сознании этого един[ства] в отделенном. (Думаю, что верно.)

2) Личность всякого человека слагается из двух его свойств: первое — умственных способностей — памяти, сообразительности, способности внима[нiя], сосредоточенности (главное, от этой способности сосредоточенности внимания), и второе — его ⁵ живости сознания ⁶ идеала совершенства. Первы[е] всегда довольны, вторые всегда недовольн[ы] собой. (Не вышло.) ⁷ Нет, вышло.

Первый тип занят весь соображенiям[и] о телесном, второй — о духовном. Первый смотрит на духовное, как на ⁸ орудие работы над телесным, второй — на телесное, как на орудие для работы над духовным.

⁹ 3) Продолженi[е] того, что в книжечке. Понятно, если бы после органов слух[а], зрения, мозга явился бы орган, посредством к[отор]аго человек познавал бы жиз[нь] на звездах, мог бы перелетать, и чтобы ни придумать, все это може[тъ] развиваться; но откуда сознание, — сознан[iе] того, что все эти органы мои, что все это — я и все остальное — не я?

Ведь это равно, как если бы спроси[ть], как появился этот дворец, и мне бы сказали: а вот как: сначала сдѣл[али] окна, двери, террасы, потом штукаторили, красили, и вышел дом. Удивительно.

4) Не наказывать, не противиться злу насилием, не иметь богатств, все это кажется нам каким[и]-то великим[и] подвигами, требованиями неисполнимыми, a ведь это только самые простые указания того, что люди должны перестать делать, чтобы не вредить себе. Также казалось подвигом не ругаться, не пьянствовать, не есть мяса. А теперь мы понимаем, что это просто практическ[iй] совет — не делать себе вреда. Тоже и с наказаніе[мъ], с насилием, с богатством.

1. 1. Абзац редактора.
2. 2. Зачеркнуто: своей божественности
3. 3. Зачеркнуто: своей свободы, духовности, т. е. безвременности, бестелесности, беспричинности, бездвижимости
4. 4. Зачеркнуто: такой
5. 5. Зачеркнуто: способности
6. 6. Зачеркнуто: возможнос[ти] достижения
7. 7. Дальнейшее, судя по чернилам, приписано позднее.
8. 8. Зачеркнуто: придаток к
9. 9. В подлиннике в этом месте поставлен знак , указывающий на то, что мысль является продолжением мысли, записанной того же числа в Записной книжке. См. стр. 365.

4 Іюля.

Немного лучше, но все еще тяжело. С Сашей говорил хорошо. Как странно передается — мущинам ум отца, характер матери, и наоборот.

6 Июля.

Мучительно тяжело испытание или расплата за любострастие. Ужасно тяжелая расплата. Сейчас Чертков рассказал бывший с ней разговор: «Он живет, пользуется роскошью и говорит... все фарисейство.... и т. д. Я, я жертвую собой».

Помоги мне, Господи. Опять хочется уйти. И не решаюсь. Но и не отказываюсь. Главное: для себя ли я сделаю, если уйду. То, что я не для себя делаю, оставаясь, это я знаю.

Надо думать с Богом. Так и буду.

7 Июля.

Очень было мучительно вчера. Считал деньги и соображал, как уйти. Не могу без недоброго чувства видеть ее. Нынче лучше.

Как на ней видно весь ужас телолюбия, себялюбия, доведенного до потери обязательности духовной. Ужасно и для других и для неё. Жалеть надо. Попытаюсь получше ¹ написать — говорить нельзя.

Это об ней. А о себе забываю. Я плох, очень плох. Не мог вчера не думать о себе, об отвратительном себе.

Да, я — тело — это такой отвратительный нужник — только сними, приоткрой крышку духовности, и смрад и мерзость.

Постараюсь нынче жить для души.

А о спарже она права. Учись жить.

1. 1. В подлиннике (копии рукой В. Г. Черткова) над этим словом его же рукой надписано: после (?)

9 Іюля 1908. Я. П.

Пережил очень тяжелые чувства. Слава Богу, что пережил. Бесчисленное количество народа, и все это было бы радостно, если бы все не отравлялось сознаніе[мъ] безумия, греха, гадости роскоши, прислуги и бедности и сверхсильнаг[о] напряженi[я] труда кругом. Не переставая мучительно страдаю от этого, и один. Не могу не желать смерти. Хотя хочу, как могу, использовать то, что осталось. — Пока довольно.

9 Іюля.

Думаю написать ей письмо. Недоброго чувства, слава Богу — нет. Одно все мучительнее и мучительнее: неправда безумной роскоши среди недолжной нищеты, нужды, среди которых я живу. Все делается хуже и хуже, тяжелее и тяжелее. Не могу забыть, не видеть.

Все пишут мою биографию — да и все биографии — о моем отношении к 7-ой заповеди ничего не будет. Не будет вся ужасная грязь рукоблудия и хуже, с 13, 14 лет и до 15, 16 (не помню, когда начался разврат в распутных домах). И так до связи с крестьянкой Акс. — она жива. Потом женитьба, в которой опять, хотя я и ни разу не изменил жене, похоть по отношению жены скверная, преступная. Этого ничего не будет и не бывает в биографиях. А это очень важно, и очень важно как наиболее сознаваемый мной, по крайней мере, порок, более других заставляющий опомниться.

14 Іюля.

Все очень тяжело несу, переношу несчастный характер Сони. Эгоизм, исключающий все, что не я, доходящий до комизма, тщеславие, самодовольство, всезнайство, осуждение всех, раздражение. Надо написать. Жалко ее. Никто ей не говорит, и она думает, что она верх совершенства.

Кажется, 11 Іюля 1908. Я. П.

Все письма сочувствия о статье Н[е] М[огу] М[олчатъ]. Очень приятно. Нынче чувствую себя очень хорошо. Приезжала Т[аня]. Менее близк[а], чем думал. Все пропасть народа. Нынче Бутурл[инъ], Беркенгейм, М[ихаилъ] С[ергѣевичъ]. Думал очень, очень хорошо

1) Вчера еще о том, что чувствую возможность жизни, вполне руководимой одной любовью. Начинаю понимать возможность того, чтобы, сходясь с людьми, не переставая помнить о том, что нужно другому, а не мне: помнить, что интерес жизни должен быть не «я», а «ты», или ОН. Возможно, возможно.

2) О непротивлении злу: те, кто, ¹ признавая какую бы то ни б[ыло] нравственность, находят, что нельзя всетаки допустить закон непротивления, совершенно подобны тому человеку, к[оторый] в математике допускал бы равенство квадрата гипотенузы сумме квадр[атовъ] катетов или еще подобн[ые] математ[ическiе] выводы и между тем говорил бы, что признание прямой линии кратчайшим расстоянием между двумя точкам[и] всетаки парадоксально и преувеличенно. Подобны ² п[отому], ч[то] как вся геометрия ³ не может существовать без положения о том, ч[то] прямая есть и т. д......., так и никакая нравственность не может существовать без положения о любви, включающей в себя непротивление. А всякое нравственное учение основано на любви.

1. 1. Слово кто в подлиннике повторено дважды.
2. 2. Написано: Подобен
3. 3. Зачеркнуто: осн[ована]

18 Іюля.

Недоброе чувство кончилось. Отвлекся мыслями. Вчера были беглые два матроса. Дал денег, пожалел. Хорошо думается. Саша вернулась со свадьбы — милая, хорошая. Я не хорошо ее — исключительно люблю. Нога болит. И совершенно все равно.

20 Іюля 1908.

Записано 11 І[юля]: «Письма сочувств[iя] о статье». Теперь письма ругательные, и довольно много. И грустно. Здесь Верочка и Мар[iя] Ал[ександровна]. Очень хорошо с об[ѣими] С. (читающий да разумеет). Нога болит все хуже и хуже. Все чувствую близость смерти. Записать много есть.

1) Я — это сознание Бога.

2) Еду верхом в глуши и вижу в чаще какие-то созревшия ягоды. И подумал. Никто не увидит этих ягод, никому они не нужны, и им никто не нужен, а они неукоснительно, во всю делают [не] свое дело, а то, какое им предназначено, исполняя волю Того «Я», к[оторое] в виде отдельного существ[а] живет в этом растении. Также и человек, отличаясь от растения тем (кажущимся) преимуществом, что может сознавать в своем отдельном существ[ѣ] это всемирное «Я».

Да, я — Л. H., я — писатель, я — нищий, я — царь, это — большое заблуждение. От нег[о] все страдания людей. Есть только Один и бесчисленные проявления Его, одно из к[оторыхъ] — то, к[отор]ое я сознаю собой. И благо нам, если мы не признаем Его проявление в себе за отдельное свое «я», а всегда чувствуем в себе то «Я» и живем Им. И мы испытывае[мь] самые разнообразные и неизбежные горести и страдания, если живем в заблужден[iи], ч[то] Я есть наше я.

Жизнь — в исполнении во[ли] «Я», или, иначе, жизнь — в стремлении к прекращению разъединения, в слиянии со Всем. А это-то ¹ приближение к слиянию есть лучшее благо нашей жизни — любовь.

1. 1. Зачеркнуто: дв[иженiе]

Нынче 5 Авг. 1908. Я. П.

Все лежу. Ноге лучше. На душе хорошо, даже очень хорошо. Работаю Круг Чт[енiя] новый, дошел до 26-го. Еще много работы. Умилялся на Ч[ерткова] и других друзей работу над сводом. И думаю, и сомневаюсь, ч[то] это стоит того. Но мне приятно — приятно это сплоченi[е] моего духовного я. Ругат[ельныя] письма за Н[е] М[огу] М[олчать] усиливаются. Читаю Дик[кенса] Our mutual Friend, очень плохо. Вивекананда тоже мало удовлетворяет. «Дюже умен». Была два раза музыка Сибора и Гол[ь]д[енвейзера]. В последний раз много думал во время игры, а именно: определял всякую вещь известным чувством, настроением, перенося ее в область словесного искусства, и оказалось, что было: то умиление, то веселость, то страсть, то тревога, то любовь нежность, то любовь духовная, то торжественность, то грусть и мн. др., но одного не был[о] — не было ничего недоброго: злобы, осуждения, насмешки и т. п. Как бы так художественно писать? Думал:

1) Особенно, точно по новому, ту старую истину, что безумно жить, забывая о смерти, что сознание присущности смерти, возможности ежеминутного наступления её есть самое нужное условие жизни, что без этого сознания жизнь не может не быть бессмыслицей с постоянной возможностью отчаяния при воспоминании о смерти. Казалось бы, так неизбежно понять, что мы в жизни — высланные на работу ¹ работники, которых всякую минуту, мы не знаем когда, может снять хозяин и вернуть туда, откуда он выслал их, — «Туда» и «Откуда», к[отор]ыхъ мы одинаково не знаем. Казалось бы, иначе нельз[я] людям понимать свою жизнь. А они понимают ее, как что-то им принадл[е]жащее, в к[отор]ой они могут достигать своих целей. Какже им при таком взгляде не отчаиваться при мысл[и] о смерти?

Да, ты только работник дела хозяйск[аго], Божия, и знаешь наверно только то, что ты прислан сюда работать Его дело. Хорошо ли, дурно это положение, нечего рассуждать, оно таково и не изменится; одно, о чем можно и должно разсужда[ть], это то, как лучше прожить. А лучше прожить можно, очевидно, ² только тогда, когда ³ будешь делать ту работу, какая задана. ⁴ Узнаешь, что делаешь ту работу, какая задана, п[о тому], ч[то] она самая легкая, и нетолько легкая, но и радостная. С тех пор, как мы знаем жизнь людей, мудрейшие из них иска[ли] определение этой работы и указывал[и] ее — все истинные религии и учения нравственности указывали это, и все одно и тоже: единение со всеми и содействие единенi[ю] со всеми — любовью. О том же, что за хорошее исполнение работы будет награда после смерти от хозяина, можн[о] гадать и верить. Но эти гадания тем меньше нужны, чем больше и лучш[е] исполняет человек работу хозяина. Исполнение это дает благо, благо в настоящем, исключающее всякий интерес к будущему.

1. 1. Слова: высланные на работу вставлены над строкой.
2. 2. Слово очевидно вписано над строкой.
3. 3. Зачеркнуто: исполнишь волю
4. 4. Зачеркнуто: Сто[итъ] Тогда и

11 Августа 1908. Ясная Поляна.

Тяжело, больно. Последние дни неперестающий жар, и плохо, с трудом переношу. Должно быть умираю. Да, тяжело жить в тех нелепых, роскошных условиях, в которых мне привелось прожить жизнь, и еще тяжелее умирать в этих условиях: суеты, медицины, мнимого облегчения, исцеления, тогда как ни того, ни другого не может быть, да и не нужно, а может быть только ухудшение душевного состояния. Отношение к смерти никак ни страх, но напряженное любопытство. Об этом впрочем, после, если успею.

Хотя и пустяшное, но хочется сказать кое что, что бы мне хотелось, чтобы было сделано после моей смерти. Во-первых, хорошо бы, если бы наследники отдали все мои писания в общее пользование; если уже не это, то непременно все народное, как-то: «Азбуки», «Книги для чтения». Второе, хотя это и из пустяков пустяки, то, чтобы никаких не совершали обрядов при закопании в землю моего тела. Деревянный гроб, и кто хочет снесет или свезет в Заказ против оврага, на место зеленой палочки. По крайней мере, есть повод выбрать то или другое место.

Вот и все. По старой привычке, от которой всетаки не освободился, думается, что еще сделал бы то бы да это, странно — преимущественно один художественный замысел. Разумеется, это пустяки, я бы и не в силах был его исполнить хорошо.

Да, «все в табе и все сейчас», как говорил Сютаев, и все вне времени. Так что же может случиться с тем, что во мне и что вне времени, кроме блага. ¹

1. 1. Запись 11 августа 1908 г. переписана на отдельном листе на пишущей машинке и собственноручно подписана автором: Лев Толстой. 12 Августа 1908. Лист этот вложен в тетрадь Дневника.

21 Августа.

Не писал с 12 числа. Здоровье все также, ноге лучше, общее состояние хуже, т. е. ближе к смерти. Нынче ночью испытал без всякой внешней причины особенно сильное и мало сказать: приятное, а серьезное, радостное чувство совершенного отпадения не страха даже, a несогласия со смертью. Очень радуюсь этому, потому что это чувство, я знаю, не случайное, проходящее, а оно может, не будучи испытываемо безпрестанно, оставаться в глубине души, и это очень хорошо. Чувство это подобно тому, что бы испытал человек, узнав неожиданно для себя, что там, где он считал себя вдали от дома, он подле него, и что то, что он считал чем-то странным и чуждым, есть самый дом его.

Все занимаюсь с Н[иколаемъ] Н[иколаевичемъ] Кругом Чтения. Не скажу, чтобы очень доволен, но и не недоволен. Чувствую приближение 28-го по увеличению писем. Буду рад, когда это кончится, хотя рад тоже тому, что совершенно равнодушен к тому или к другому отношению людей ко мне, хотя и все более и более неравнодушен к моему отношению к ним.

Написал письмо М. и не раскаиваюсь. ¹

1. 1. Запись 21 августа 1908 г. вписана в рукопись рукою Н. Н. Гусева.

26 Августа 1908. Я. П.

Мне лучше, но все еще лежу. Работал над Кругом и что дальше, то больше и больше вижу недостатков и исправляю. Дошел до 8 числа. Шумят по случаю юбилея, и я рад, что чувствую себя спокойным совсем. Недоброе письмо и не заслуженно недоброе письмо гораздо больше тревожит меня, чем все, ч[то] делается ради юбилея. На душе хорошо, думаю, что подвигаюсь. Рад работе над Кругом. Помогает уяснению многого. А какая радость — друзья, и какие! Устал, ничего больше писать не хочется.

[17 Августа 1908. Я. П.] ¹

(Художественное). 1) Ребенок в богатой буржуазной семье атеистической научно-либеральной предается церковности. Он через 15 лет революционер анархист.

2) Кроткий, искренний сын священника, хорошо учится и в школе и в семинарии, его женят и посвящают. Дочь его соседа прихожанина дает матушке, тщеславной интеллигентке, книгу. Он читает Толстого, и пробуждаются вопросы.

3) Мальчик, 6-ой сын слепого нищего, вызывает сочувствие жены первого либерала атеиста. Его берут, отдают в школу, блестящия способности, выводят его в магистры науки. Он едет на родину, встречается с товарищами, ужасается, передумывает все и отрицает науку и истину одну и спасение видит в вере в Бога.

4) Один из товарищей начал торговать, нажил милион и либеральничая живет трудами рабочих.

5) Сын аристократической семьи ведет к сводне, потом филантропия, потом отречение от всего.

6) Сын разорившагося полуаристократа, тщеславный, делает карьеру женитьбой, сын сдержанный делает карьеру — вешает. Он льстил первому, теперь важничает.

7) Такой же, сын буржуа, аристократический писатель, живет журналистикой, чувствует гадость и не может.

18 Августа.

1) В теле каждого человека живет дух Божий. Не былого бы в теле людей единого для всех духа Божьего, не было бы жизни. Не было бы тел людских, разделяющих людей, также не было бы жизни.

2) Любовь человека соединяет его с людьми и Богом, дает ему высшее благо. Этой любви не было бы, если бы не было тела, и потому тело необходимо для блага людей. ²

3) Жизнь это освобождение души от тела, и когда освобождение в любви, жизнь — благо.

4) Освобождение от жизни любовью — благо. Мешают этому благу ошибки — грехи.

5) Если бы не было духа, заключенного в теле, не было бы жизни. Мы не имеем никакого права говорить о духе и о теле отдельно. Мы не знаем и не можем знать ни того, ни другого в разделении, но мы не можем понимать нашу жизнь без этого разделения, так как знаем, что вся наша жизнь есть неперестающее уничтожение тела и уяснение духа. При смерти совершается полное уничтожение тела и уяснение духа и исчезновение его.

20 Августа.

1) Вредно угождать телу и потому, что оно никогда не довольно, а хочет все большего и большего, и потому, что чем больше служишь телу, тем больше ослабляешь душу.

2) Страдать можно только телом. Дух не знает страданий. Чем слабее духовная жизнь, тем сильнее страдания. Какая же ошибка жить для тела, а не для души. ³

22 Августа.

1) Бог это законодатель жизни, т. е. я по своему человечеству допускаю законодателя за законом. Есть закон жизни. Бог это законодатель.

2) Царь и рабочий.

3) Неужели из-за сладкого куска.

4) Ужасно то, что мы отвыкли от любви и еще хуже, привыкли к нелюбви. ⁴

5) «Хочу исполнить закон Твой...»

6) Бог не любит посторонних лиц. С ним можно общаться один на один.

7) Видел отвратительный по безнравственности сон, и больше чем когда нибудь убедился, что нравственность не может иметь материального начала. Она-то главный признак духовной природы.

23 Августа.

Верю, что то, что живит весь мир, то невидимое, неосязаемое, но одно истинно существующее есть во мне и живет в самом себе. Хочу соединиться с ним во всех проявлениях его и знаю, что соединение это дается любовью. Любовь же дает высшее благо. Мешают этому благу грехи тела, грехи ума, грехи веры. Грехи тела: объедение, леность, половая похоть, недоброжелательство к людям и живым существам. Грехи ума, соблазны: гордость, тщеславие, неравенство, богатство, желание возмездия. Грехи веры, суеверия: суеверие возможности для блага их устроения людей насилием, суеверие различия государств и народов, суеверие ложного закона Бога, суеверие ложной науки.

Помоги мне, ⁵ Бог в себе и Бог во мне, своим усилием и мысли и дела освобождаться от этих грехов. Помоги мне презирать свое телесное я, забывать его, помоги мне воздерживаться и в деле и слове от всякого поступка, не руководимого любовью и удаляющего от освобождения. Помоги мне сознать свою жизнь в освобождении себя от грехов тела любовью. Помню, хочу всегда помнить, что жизнь моя, истинная жизнь — в освобождении от грехов тела только в настоящем, что жизнь эта в моей власти, что проявление её любовью дает мне неизменное благо, ненарушимое ни страданиями, ни смертью. Помоги мне, Бог в себе и во мне, помнить то, что то, что мы называем жизнью, есть ничто иное, как только постепенное освобождение души от тела, что не было бы этого тела и постепенного освобождения от него, не было бы и того, что мы называем жизнью, и того блага, которое дает нам это постепенное освобождение. Помоги, помоги, помоги мне не оступаясь итти по пути этого освобождения, памятуя то, что в нем одном благо и жизнь.

24 Августа.

1) Все живое имеет сознание. В сознании себя отдельным существом и жизнь, и всякое живое существо сознает себя подчиненным общим и своим законам: камень — и тяготения, и непроницаемости; растение — и тяготения, и роста, и воспроизведения; животное — и тяготения, и роста, и воспроизведения, и общения с себе подобными; человек — и тяготения, и роста, и воспроизведения, и общения, и разумного нравственного поведения.

26 Августа.

1. 1. Записи 17 августа — 2 сентября 1908 г., переписанных с листов из записных книжек, печатаются по вложенной в рукопись Дневника машинописной копии, с исправлениями и отметками автора.
2. 2. Мысли 2, 3 и 5 в записи 18 августа отчеркнуты на полях красным карандашом.
3. 3. Мысль 2 в записи 20 августа отчеркнута справа красным карандашом.
4. 4. После этого в рукописи оставлено незаполненными 1½ строки для вписывания неразобранных переписчицей слов оригинала.
5. 5. Зачеркнуто: Отец и сын.

Грехи, соблазны и суеверия всегда были, есть и будут. Жизнь и благо её в освобождении от них.

28 Августа.

1) Короткая молитва: Не оставляй меня Ты (не могу назвать Тебя). Помогай мне служить Тебе в деле Твоем, быть с Тобою, в Тебе и Тобою. ¹

2) Поесть, когда голоден, выпить воды, когда хочется пить, большое удовольствие телу. Но отказаться от еды, питья, от всего, чего хочет тело, уже не удовольствие, а радость души. Знает это только тот, кто испытал это.

1. 1. Молитвы в записях 28 августа, 1 и 2 сентября отчеркнуты красным карандашом с правой стороны.

1 Сентября.

Не оставляй меня и помоги мне, Господи, исполнять волю Твою, всегда быть Тобою, в любви ко всему живому. Не оставляй меня и помоги мне.

2 Сентября.

Благодарю Тебя, Господи, за жизнь и благо её. Помоги мне прожить ее в любви. Не оставляй меня, чтобы мне помнить то, что Ты во мне, и что я жив только Тобою.

1) Правдивость в мелочах; 2) правдивость в том, чтобы не скрывать; 3) приучать себя высказывать именно то, что хочется скрыть.

2 Сентября.

Верю, что есть только Ты, и что Ты во мне и во всем живом. Чувствую себя отделенным от Тебя, но жизнь моя в Тебе и потому стремлюсь любовью соединиться с Тобой и со всем живым, тем, что от Тебя. Хочу этого соединения и потому борюсь с тем, что отделяет меня от Тебя: с похотью тела, с ленью, сладострастием и, главное, с недобротою. Борюсь с соблазнами гордости, тщеславия, корысти, возмездия; борюсь с суевериями властолюбия, государства, богословия, науки. Борюсь усилием дела и мысли, самоотречением, смирением, правдивостью и воздержанием в деле и слове. Знаю, что жизнь только в любви в настоящем, и что для духовной жизни нет страданий, нет смерти, есть только то, чего желает душа, только благо. Благодарю Тебя.

3 Сентября 1908. Я. П.

Поправляюсь. На душе, скучно повторять, все лучше и лучше.

Хочется писать художественное, и намечается, но боюсь, буду не в силах.

1) Я все забыл и забываю, так что прошедшее исчезает для меня. Также, еще больше исчезает будущее. Как это хорошо! Вся сила жизни — а сила эта страшно умножилась — переносится в настоящее. Я сознаю это. Как это радостно!

14 Сент.

Понемногу выздоравливаю. Юбилей — много приятного для низшей души, но трудное сделал для высшей души. Но жаловаться на себя не очень могу. Все понемногу выкорабкиваюсь. Нынче взял тетрадь именно для того, чтобы записать то, ч[то] утром и ночью в первый раз почувствовал, именно почувствовал, что центр тяжести моей жизни перенесся уже из плотско[й] в духовную жизнь: почувствовал свое равнодушие полное ко всему телесному и неперестающий интерес к своему духовному росту, т. е. сво[ей] духовной жизни.

И нужно, хочется записать:

1) Придумал остроумное и бойкое словечк[о] против человека, напечатавшего мие неприятное, и хотел записать. Потом вспомнил, что это нехорошо, и решил не писать. И стало очень хорошо на душе. Если сомневаешься в том, дает ли духовная жизнь, удовлетворение её требований такое же благо, как удовлетворение телесных желаний, или вообще дает ли благо? если сомневаешься, то постарайся сделать такое доброе, хоть немного самоотверженн[ое] дело, и устроить так, чтобы никто никогда не узнал. Сделай это и ¹ увидишь, что удовлетворенi[е] духовн[ыхъ] требований не менее радостно, чем телесных.

Ох, слава людская! как она путает нас! Как важно освобождаться от неё. Да, градации: 1) для себя, 2) для людей, 3) для себя — Бога. От первого до второг[о] — малое расстояние, от втора[го] до третья[го] — огромное.

Нынче был приезжий тяжелый юноша. Оставил тяжелое впечатление. Сейча[съ] придут тульские революционеры.

1. 1. Зачеркнуто: почув[ствуешь]

28 Сент. 1908. Я. П.

Нога лучше, но общее состояние тела — желудка — дурно. В душе хорошо. Идет работа. Только теперь настоящая работа, только теперь, в 80 лет, начинает[ся] жизнь. И это не шутка, если понимать, что жизнь меряется не временем. Все Круг работаю. Не совсем хорошо. Но может быть на пользу. Кое что художеств[енное] и важное напрашивается. Много писем, и хороших. Как хорошо, что не увидишь последствий! Тут-то и жизнь: приготовливать последствия добры[я] — по крайней мере с желаніе[мъ] доброго, — кот[орыхъ] не увидишь.

Нынче ночью думал две; одну записал, другую забыл.

1) Хочешь соединиться с людьми — не соединишься; живешь только для себя, для души, не думая о соединении, — и соединишься с Китайце[мъ], Индусом, с человеком 25 столетия.

2) «Зачем любить неприятных людей?» Зачем принимать лекарство?

Затем любить неприятных, что эт[о] приятно, ч[то] в этом благо.

3) Бог любит tête-à-tête? ¹ Two is company...

4) Молитва короткая: «Хочу жить здесь Тобою».

5) В жизни нашей одна цель: благо, и цель эта достигается. Но для того, чтобы она могла быть достигнута, нужно б[ыло], чтобы жизнь наша была в пространстве и времени. Для того, чтобы для человека б[ыло] благо, оно должно быть не постоянное, а достигаемое.

1. 1. один на-один

26 Окт. 1908. Я. П.

Почти месяц не писал. Все занят Кр[угомъ] Чт[енiя]. Хочу назвать: «Учение жизни». И на душе оч[ень] хорошо, все ближе к смерти, встречаемой, как все представляющееся в будущем, как благо. Начал худож[ественное]. Но едва ли нетолько напишу, но едва ли буду продолжать. Начал тоже письмо Сербке. Все хочется короче и яснѣ[е] выразить ошибку жизни христ[iанскихъ] народов. — Получил вчера книгу от Китайца. Заставляет думать. Много думается. Записать хочу пустяки.

1) Получаю письма от юношей, в дребезги разбивающия все мое миросозерцание. Прежде я досадова[лъ] на легкомысленную самоуверенность и ограниченность, потом хотелось показать ему всю его глупость, теперь же почти не интересует. Т. е. интересует, пока я ищу, нет ли справедливого упрека, но потом оставляю. Ведь только подумать о том, как в моей семье никакие доводы, никакая близость, даже любовь не могут заставить людей перестать утверждать, что 2×2=5; какже хотеть переубедить чужи[хъ], далеких людей? Как вчерашн[яго] социалиста или озлобленного христианина крестьянина. Да, великое слово Франциск[а] Асиз[скаго]: когда будет радость совершенна[я]. Да, много из моих последователей берут из христианства тольк[о] его отрицающую зло сторону. Истинное христианство не сердится на нехристианские поступки людей, а старается только самому не поступать не христиански — сердиться.

2) Какое удивительное сумашествие: убивать людей для их блага!

3) Как я прекрасно забыл все прошедшее и освободился от мысл[и] о будущем. Да, начинаю в этой жизни выходить из неё, из главна[го] условия её: времени.

Буду почаще писать, если буду жив. Несколько дней оч[ень] нездоровится. Изжога и слабость и зябкость. Слава Богу, не мешает жить.

28 Окт. 1908. Я. П.

Вчера оч[ень] тяжело болел. Слабость и сон. Так ясно было, что такова смерть: уничтожение сознания этой жиз[ни], т. е. этого проявления жизни. И так хорошо!

1) Да, когда я родился, я умер к той жизни, потерял сознание той жизни. Не могу себе представить, не могу мыслить иначе как в условиях времени, что я родился, потерял созна[нiе] (употребляю глаголы в прошедшем, все в прошедшем, следовательно, во времени). Но я в этой жизн[и] не могу мыслить вне времени, но это не показывает того, что та жизнь была во времени, также, как и то, что жизнь после смерти (к[отор]ую я не могу мыслить вне времени) будет во времени.

¹ Да, вчера было очень хорошо. Также и нынче. Нынче с особенной ясностью и силой чувствую истинную, вневременную жизнь.

2) Какая ни с чем несравнимая, удивительная радость — и я испытыва[ю] ее — любить ² всех, все, чувствовать в себе эту любовь или, вернее, чувствовать себя этой любовью. Как уничтожается все, что мы по извращенности своей считаем злом, как все, все — становятся близк[и], свои... Да не надо писать, тольк[о] испортишь чувство.

Да, великая радость. И тот, кто испытал ее, не сравнит ее ни с какой другой, не захочет никакой другой и не пожалеет ничего, сделает все, что может, чтобы получить ее. А для того, чтобы получить ее, нужно одно небольшое, но трудное в нашем извращенно[мъ] мире, — одно: отучить себя от ненависти, презрения, неуважен[iя], равнодушия ко всякому человеку. А это можно. Я сделал в этом отношении так мало, а уже как будто вперед получил незаслуженную награду.

С особенной силой чувствую сейчас — или, скорее, чувствовал сейчас на гуляньи эту великую радость — любви ко всем.

Ах, как бы удержать ее или хоть изредка испытывать ее. И довольно.

1. 1. Абзац редактора.
2. 2. Подчеркнуто дважды.

30 Окт. 1908. Я. П.

Вчера мало спал и с утра усердно писал о Серб[ахъ]. Кажется, плохо. Потом слабо оч[ень] себя чувствовал. Записать:

1) «Жажда знания», «помогите» — в письмах. И это больше ничего, как самая грубая корысть и тщеславие — залезть повыше на шею своего же брата.

2) Мало того, чтобы «креститься», сказать себе, что хочу жить по-христиански. Этому надо ¹ много и с усилием учиться — учиться жить по-христiан[с]к[и], хотя бы учиться тому, чтобы встречать всякого человека (нынче два несчастные оборванцы из Тулы, вчера Ан[дрея] жена) с любовью и уважением. A отношение к имуществу, к пище, к увеселениям, к речи. Да, в 80 лет только начинаю не то, что учиться, а понимать, что надо учиться. Начинаю и учиться.

3) Забыл, и жалко. Одно вспомнил: То, ч[то] как только чувствуешь, что что нибудь неприятно, что чего нибудь боишься, хочешь скрыть. Ищи в себе: в чем ты тут отступал от любви, ищи и найдешь.

1. 1. Зачеркнуто: дол[го]

31 Окт. Я. П. 1908.

Вчера просмотрел, поправил Сербское. Кажется, выйдет сносно. Нынче еще поправлял. Письмо от Индуса. Надо отвечать почти тоже. Кр[угомъ] Чт[енiя] чуть чуть занялся. Очень важное:

1) Вчера и нынче думаю, и стало совершенно ясно, что одно из главных, если не главное, сознание, из к[отор]аго вытекают высшия нравственные состояния, это — сознание своей духовности, божественности, вследствие к[отор]ой в той мере, в к[отор]ой сознаешь ее, нельзя ни хитрить, ни скрывать, ни бояться, ни — главное — нельзя не любить кого бы то ни было. — Как практическо[е] правило, я применяю его к себе так: как только чего нибудь страшно, на что нибудь досадуешь, чего нибудь хочется, кого нибудь не любишь, главное, чего нибудь боишься, вспомни, кто ты, пойми, что ты — свободное всемогущее существо, и все проходит. Становится ясно, что если чего боишься, желаешь и не можешь, то препятствие в тебе. И как только поймешь это — сейчас свобода и всемогущество. Всякое неудовлетворение это — только сошествие с истинного пути: бьешься о стены, прешь туда, куда не надо. Опомнишь[ся], станешь на путь, и опять со всѣм[и], со Всем, с Богом. — Хорошо.

1 Нояб. 1908. Я. П. Е[сли] б[уду] ж[ивъ]. Пропустил день. Нынче 2 Н. 1908. Я. П.

Вчера занимался — статьей Сербск[ой]. Кончаю. Не плохо и не хорош[о], средне. Вчера б[ыло] на душе или, скорѣ[е], на теле тоскливо, п[отому] ч[то] не поддавался. Нынче утро, и хочется записать вот что:

1) Гуляю, сижу на лавочке и смотрю на кусты и деревья, и мне кажется, ч[то] на дереве большие два как бы ярко оранжевые платка; а это на вблизи стоящемь кусте два листка. Я отношу их к отдаленным деревьям, и это два большие платка, и ярко ¹ оранжевые они от того, что я отношу цвет этот к удаленному предмету. И подумал: Весь мир, какой мы знаем, ведь только произведение наших внѣшн[ихъ] чувств: зрения и осязания... и наш[ихъ] соображений. ² Как же верить в реальность, единую реальность ³ мира, каким мы его представляем себе? Какой он для блох? Какой для Сириуса, для неизвестного мне существа, одареннаг[о] неизвестными мне чувствами? И пространство и время — это все мною построено. То, что я называю бесконечно малыми существами, нисколько не меньше меня. И то, что я называю моментом, нисколько не меньше того, что я называю вечностью. Одно, одно есть, то, что сознает, а никак не то, что оно познает и как.

2) О чувстве меры в искусстве: то, ч[то] отсутствие меры ⁴ выставляет на вид производителя искусства, и от того уничтожает[ся] иллюзия того, что я н[е] воспринима[ю], а творю.

1. 1. Зачеркнуто: красн[ые]
2. 2. Зачеркнуто: Неужели
3. 3. Зачеркнуто: нашего
4. 4. Зачеркнуто: застав[ляетъ]

10 Ноября 1908. Я. П.

Здоровье не дурно. Если не изжога. Нынче чувствую себя с утра уныло. Стыдно. Все стыдно. Я люблю это. Начал заниматься Кр[угомъ] Чт[енiя], но сделал мало. Сидел, раскладывал пасьянс и не то что думал, а ждал прохождения через себя — не могу иначе выразить — Бога. И чтож? Кажется, дождался. Не знаю, съумею ли выразить то, чего дождался, но для себя, для души было огромной радостной важности.

Отвлекся чтением дневника и записыванием мысли в Кр[угъ] Чт[енiя] и забыл не самую мысль, но потерял ту силу, с к[оторой] понял ее. Всетаки пишу:

Да, вот что: Все пути человеку заказаны, кроме одного — совершенствования, увеличения духовной силы, освобождения от тела, приближения к Богу. Дело это, единственно разумное дело жизни, совершается только ¹ в моменте настоящаго. Прошедшее не существует, оно также, как и все отношения с миром, суть только ² матерьял совершенствования. ³ Будущее же никак не бери целью своей деятельности (Это — то главное, что я живо понял нынче). Будущего — представления того, что будет, не должно быть для разумно живущего человека. Есть только настоящее, в к[отор]омъ я могу совершать свойственное мне дело жизни. Тоже, что выйдет из этого, мне не дано знать; не дано знать, что выйдет для мира (а люди думают, что они могут знать это, и этим руководствуются. В этом главная причина злой жизни людей), не дано знать и то, что выйдет для моей души. Так что делаться лучше, жить доброй жизнью ни для чего — по нашему взгляду — не нужно. И как это хорошо. Только тогда истинная радость добра, когда ничего за это не получается.

Пришла было мысль, что добр[ой] жизнью приготавл[и]вается душа для другой, лучшей жизни за гробо[мъ]. Но это не то. Ничего не будет. Все есть. Если живешь добро, сейчас есть все то благо, какого можешь желать. А какая свобода и сила, когда вся жизнь в одном настоящем.

Записал, но совсем не то. Нет 1 / 10000 той силы и радости, когда мне открылось.

2) Все больше и больше сознаю, позн[аю] невозможность жизни во имя будуща[го]. Нельзя устраивать государства, нельзя свою семью, нельзя СЕБЯ. Что будет, предоставь Ему, а сам жив[и] в том, что есть, стараясь делать то, ч[то] хотели всегда все люди и чему учили и что одно ты можешь беспрепятственно делать, чего одного тебе истинно хочется и что одно дает тебе истинное счастье: становиться лучше и лучше, любовнее и любовнее.

1. 1. Слово только вписано над строкой.
2. 2. Зачеркнуто: орудие
3. 3. Зачеркнуто: Nimm das Fliegende (die Zeit) zum Rath, nicht zur Wirkung deiner That. С тем, что быстро бежит (время), советуйся, но не основывай на нем своей деятельности.

15 Ноября 1908. Я. П.

Вчера до 12 ч. играл в карты. Совестно, гадко. Но подумал: люди скажут: «хорош учитель, играет в винт ¹ 3 ² часа сряду». И понастояще[му] подумал: это-то и нужн[о]. В этом-то настоящее, нужно[е] для доброй жизни смирение. А то Генерал должен держаться, как Генер[алъ], посланник — как посланник, а учитель — как учитель. Неправда. Человек должен держаться как человек. А человеку свойственн[о] прежде всего смирение, желать быть униженным. Это не значит, что надо играть в карты, есл[и] можешь делать другое, нужное людям, но значит, что не надо бояться суждений людей, а, напротив, хорошо уметь переносить их sans sourciller. ³

2) Хорошо молился нынче. Как хорошо: не моя воля да будет, но Твоя; и не то, ч[то] я хочу, а то, ч[то] Ты хочешь; и не так, как я хочу, а как Ты. Как хорошо, когда ясно, глубок[о] понимаешь. Все тут. И то, что все внешнее не по моей, а по Тво[ей] [волѣ], т. е. все хорошо, как должно быть, а внутреннее же мое, во мне, я хочу, чтоб было по Его воле, т. е. было бы неперестающая любовь.

3) Опытом узнаю, как благотворн[о], радостно никого не осуждать в словах, главное — в мыслях.

4) Вчера разозлился на лошадь. Как скверно!

1. 1. Зачеркнуто: до
2. 2. Переделано из: 4
3. 3. не поведя бровью.

28 Н. Я. П.

Никак не думал, ч[то] так давно не писал. Дня три только, как немного проснулся, а то спал, и не было хорошей душевной жизни. Все пишу письмо Индусу. Все повторения. Здоровье тела плохо, на душе и в сонном состоянии хорошо, а в бдящем всегда умиление и радость.

Вчера приехал Миша с женой и юношей Вяз[емскимъ]. Я позвал их и читал им Кр[угъ] Чт[енiя] и говорил. И рад этому. Эта чета М[иши] с женой мила мне становится все больше и больше. Сейча[съ] записал в Инд[усское] письмо. Не знаю, ч[то] буду писать, окончив. Едвали худож[ественное]. Было поползновение и прошло.

29 Н. Я. П.

Телесно ¹ — хотел сказать: нехорошо, но это неправда — слабость, но это хорошо. Вчера подвинулся в П[исьмѣ] И[ндусу] и целый вечер читал Сандерл[енда], чтобы ответить на письмо. Ночью видел во сне, что я отчасти пишу, сочиняю, ² отчасти переживаю драму Христа. Я — и Христос и воин. Помню, как надевал меч. Очень ярко. С[оня] уехала в Москву. Одну художественную мысль, очень мне понравившуюся, забыл и не мог вспомнить. Надо записывать. Затем надо, что хочу попробовать, могу ли худож[ественное] писать. Если не могу, то не огорчусь. Попробовать надо на небольшом. Из зап[исной] книж[ки]:

1) Только признай себя виноватым, и все запутанное ясно. А виноваты[мъ] признать себя перед Богом, перед лучши[мъ] собой всегда легко. А они пускай дума[ютъ], ч[то] я виноват перед ними. Да я навѣр[ное] — только поищи — виноват и перед ними.

2) Жить богатым становится все стыднее, a бедным все досаднее и досаднѣ[е].

3) Записано так: Смерть есть прекращен[iе] силы жизни в пространстве и времени. Да это так, — прекращение проявлен[iя] только в простр[анствѣ] и времени.

4) Движение тела в простр[анствѣ] и времен[и] есть неизбежное условие этой жизни. А это самое движение тела в простр[анствѣ] и врем[ени] есть нелепость: противоречие и разуму и сознанию. Единственный разумный и согласный с сознанием смысл жизни есть освобождение духа от этих условий. Жизнь есть постепенное — смерть полное освобождение.

5) Высшее религиозное состояние есть духовный эгоизм. Все — для себя, истинного себя — Бога в себе.

6) Воровство? Воровство возможно тольк[о] при нехристианской жизни. Воровать можно только у воров. А какое же возможно воровство при отдаче кафтана, когда просят рубаху?

7) Весь матерьяльный прогресс нашего христ[iанскаго] мира объусловлен отсутствием в болшинстве людей этого мира религиозно-нравственных требований. Вследствие этого отсутствия — порабоще[нiе] большинства меньшинству и напряженный, направленный на увеличен[iе] удобств жизни труд.

8) Нужнейшая наука — религоведения. Сравнение всех религий показало бы, в чем общая всем религиозная истин[а], и что — случайные наросты.

Хотел записать еще то, что думал о своей потере памяти, и о том, что говорил милому Поше (он вчера уехал) о том, что я — клеточка, необходимая клеточка бесконечного (как глупо) организма, да надо итти к кофею и за работу.

1. 1. Зачеркнуто: сла[бо]
2. 2. Слово: сочиняю вписано над строкой.

3 Дек. 1908. Я. П.

Оч[ень] хорошее душевное состояние. Много спал. Начал с того, ч[то] увидал в себе всю свою мерзость, преобладан[iе] славы людской над настоящими требованиями жизни. Увидал это (ч[то] и давно чуял) и при тяжелом чувстве от письма какой-то женщины, упрекающей меня за письмо, и по тому, с каким интересом, читая газеты, искал глазами слово «Толстой». Как еще я далек от чуть-чуть порядочного, как плох. Сейчас пишу это и спрашиваю себя: и это пишу я не для тех, кто буд[етъ] читать этот дневник? Пожалуй, отчасти. Да, работать надо над собой — теперь, в 80 лет, делать то самое, что я делал с особенной энергией, когда мне б[ыло] 14, 15 лет: совершенствоваться; только с той разницей, что тогда идеалы совершенств[а] были другие: и мускулы и вообще то, ч[то] нужно для успеха среди людей. Ах, если бы приучиться всю, всю энергию класть на служение Богу, на приближение к Нему. A приближение к Нему невозможно без служения людям. А если бы я жил в пустыне и умирал, никому неизвестный, я всетаки знаю, ч[то] мое совершенствование, приближение к Нему — нужно. Помоги, помоги мне жить Тобою. Пишу это, и слезы выступают. Хорошо.

Сейчас перечитывал то, что записано здесь в дневнике нынѣшняг[о] года], и о[чень] хорошо стало на душе. Записать надо:

1) Усилие, направленное на преобладание свое[го] духовного «я» над телесным и полутелесным — на совершенствование, приближен[iе] к Богу, очищение себя, — благотворное во многих и многих отношениях, особенн[о] благотворно в том, что освобождает от — все еще владеющей мной — заботы о славе людской. Только усилие всей жизни, направленное на приближение к Богу только для себя, только это одно освобождает от этого ужасного соблазна.

Да, продержать во рту сладкой кусок пищи так, чтобы узнать вкус его, и выплюнуть, и никому не рассказывать про это.

2) Я потерял память. И — удивительное дело — ни разу не пожалел об этом. Могу пожалеть о том, ч[то] теряю волосы, и жалею, но не о памяти; так очевидно потеря эта была последствием приобретенного, не совмѣщающаго[ся] с памятью. Как выбрасывают выжимки, когда взято масло, так и с памятью. Она только матерьял, из к[отораго] должно сложиться понимание смысла жизни...

3) Бог нужен мне также, как и я Ему. Не то что нужен Ему я, Л. H., а то, что есмь Его проявленi[е], один из (для меня) ¹ бесконечно малых органов Его бесконечного (для меня, п[отому] ч[то] я не могу ничего понимать вне времени; вневременное же представляется мне бесконечным) организма. Как всякая самая крошечная клеточка моего организма необходима мне, пока она составляет часть моего тела, но не именн[о] эта клеточка. Также и я для Него. Глупо, но je m’entends. ²

1. 1. Слова в скобках вписаны над строкой.
2. 2. я понимаю то, что хочу сказать.

4 Дек. 1908. Я. П.

Вчера б[ылъ] деятелен: писал дневник, написал об Эртеле и поправил предисловие к нов[ому] Кр[угу] Чт[енiя]. Тяжелый разговор с С[оней]. — Мне и во время разговора б[ыло] жалко ее, a после ¹ умилительно. Записал оч[ень] важное:

1) При мысли о предстоящих поступках и, если можешь, при совершении самых поступков, спрашивай себя: для чего ты делаешь то, что делаешь: для себя ли, для Бога, для своей совести, или для людей, для их одобрения. Спрашивай себя: будешь ли делать тоже, что делаешь, если бы ты нетолько знал, что никто никогда не узнает про это, но что это доброе для оцѣн[ки] твоей совести дело останется для людей поводом осуждения тебя.

Надо приучать себя к этому. Это — единственно важное дело в жизни и для 14 -лѣтн[яго] мальчика и для меня, 80 -лѣтн[яго] старика.

Не могу иногда не видеть благотворность моих добрых поступков и не могу не умиляться, не радоваться. Но помни, что главные последствия не видны тебе, а есть.

2) На свете нет ничего великого, есть правильное и неправильное тольк[о]. А все одинаково бесконечно велико или бесконечно мало.

1. 1. Зачеркнуто: даж[е]

Нынче, 6 Дек. 1908. Я. П.

Записано длинно рассуждение о веществе и движении, пространств[ѣ] и времени. Впишу после. Вчера был немного слаб, но на душе все лучше и лучше. Ясно вижу, чувствую радостную возможн[ость] перенести весь интерес и смысл жизни, все желания на то, ч[то] всегда в моей власт[и], ч[то] всегда дает благо: на — не скажу — духовно[е] совершенствование, а на все больше[е] и больше[е] приближение к исполнению не своей, a всемирной воли. Теперь только, на 9 -м десятке, начинаю приучать себя и приучаю. Помоги Бог всякую минуту, во всяком деле, при всякой мысли вспоминать: то ли делаю, ч[то] хочу для исполнен[iя] Его воли, а не своей? не для людей, а для себя, духовного себя? И вспоминаю. И надеюсь, что дойду до того, ч[то] не нужно будет и вспоминать. Помоги Бог.

Все копаюсь над П[исьмомъ] к И[ндусу]. Кажется, дребедень и повторение. Надо кончить и оторваться. Художественно[е] хочется, но не начинаю, п[отому] ч[то] нет тако[го], ч[то] бы приспичило, такого, ч[то] не могу не писать, так же как жениться только тогда, когда не могу не жениться.

Хочу для фонографа приготовить настоя[щее], близкое сердцу.

1) ¹ То, что мы называем жизнью, есть та частица или, скорее, то проявленi[е] жизни, к[оторо]е мы сознаем в теле.

2) Как я особенно счастлив. Если меня и ненавидят, не зная меня, многие, как много людей не по заслугам любят меня. Люди, к[оторые] по своим quasi ² религіозны[мъ] взглядам, к[оторые] я разрушаю, должны бы был[и] ненавидеть, любят меня за те пустяки — «Войн[а] и М[иръ]» и т. п., которые им кажутся очень важными.

Вышло Сербск[ое] письмо в «Г[олосѣ] М[осквы]», и очень мне приятно.

1. 1. Эта мысль ошибочно помечена цыфрою 2, а следующая — цыфрою 3.
2. 2. [мнимо]

Нынче, вечер 14 Д. 1908. Я. П.

Целые 6 дней не писал. Кончил письмо Индусу, слабо, повторения. Написал кое какие письма. С[оня] в Москве. Последние дней 4 или 5 слаб телом. Душевно был не оч[ень] дурен, но нынче вешанье, мучан[ье] людей вызвало негодование, недоброе, злое чувство к вешателям. Дума[ю] о худож[ественномъ], и как будто нараждается. Записал очень важное о Боге — любви, впишу после. Еще хорошо думал о том, что:

1) дети приходят прямо от Бога.... — не помню, как записано. А еще:

2) О потере памяти. Потеря памяти о себе, о личности. Ведь это — великое благо. Личность кончается, начина[й] жить всем...

15 Дек. 1908. Я. П.

Оч[ень] слабо себя чувствую. Давно не б[ыло] так. Нынче вернулась С[оня]. Я целое утро ничего не писал и тольк[о] делал пасьянсы. Хочу записать не записанное из книжечки.

1) Истинная, блаженная жизнь это — сознательное, всей жизнью исполнение воли Бога. Согласие своей воли, подчинение её воле Всего.

2) Основа представления человека о веществе, движении, пространстве и времени — в отделенности человека от мира, от Всего. — Для того, чтобы сознавать себя отделенным, человек должен представить себе вещество ¹ движущееся; ² вещество п[отому], ч[то] отделенным или соединенным ³ должно быть что нибудь. Вот это что нибудь и есть вещество; движущееся же п[отому], ч[то] только движением могут быть отделены части вещества друг от друга. Отделенное же ⁴ вещество ⁵ нельзя себе представлять иначе, как занимающее известное место в ⁶ пространстве. ⁷ Движение же, перемена места в пространств[ѣ] ⁸ включает в себя представление о том, что вещество было в одном месте и стало в другом; т. е. понятие времени.

Тоже, что ни вещество, ни движение, ни пространство, ни время не имеют никакого реального значения, а суть только необходимости нашего сознания отделенности, доказывается тем, что все эти понятия не могут представляться иначе, как бесконечными, т. е. не имеющими сами по себе никако[го] реальнаг[о] смысла. Реально, действительно тольк[о] отделенность человека от Всего; веществ[о] же, движение, пространство и время ⁹ суть только необходимые условия мысли при сознании человеком своей ¹⁰ отделенности.

2) То, что мы называем жизнью, есть только та частица её или, скорее, проявление её, к[отор]ое мы сознаем в нашем теле. (Не пом[ню]).

3) Все ¹¹ хорошее не достается даром: смерть достигается страданиями. Они же и облегчают ее для тех, кто не видят её блага.

4) Есть только два рода людей: религiозны[е], живущие для исполнения Общей воли, и нерелигиозные, живущие для себя. Это два более различные существа, чем волк и заяц.

5) Наука по отношению к закону любви (непротивления) поступает также, как поступала религия: не отрицает прямо закона любви, но ставит выше его законы, уничтожающие его. В религии это было — повиновение власти от Бога; в наук[ѣ] это — повиновение законам исторически[мъ], экономическим, естественным.

6) Послания Іоанна отрицают всякое представление о Боге, кроме любви, кроме того начала любви, к[отор]ое каждый человек сознает в себе. Просить не о чем и некого. Можно только жить или не жить любовью.

Когда нет никакого другого Бога, кроме любви, то хочешь — не хочешь будешь служить любви, если почувствовал недостаточность жизни для себя и потребность общения с высшим, со Всем, миром.

Вот эта-то вера нужна; нужна п[отому], ч[то] она возможна только на деле. И прочна эта вера п[отому], ч[то] все лишнее отброшено, а держится на том, что знает всякий человек и разумом и сердцем.

Молитва при такой вере не такая, в к[отор]ой к кому-то обращаешься, просишь кого-то: помоги, помилуй, а тольк[о] такая: «знаю, что Ты — любовь. Хочу жить Тобою». (Нехорошо.)

7) Любовь это — сознание своей истинно[й] жизни, единой во Всем. Дети, приходя ОТТУДА, еще ясно чувствую[тъ] эту жизнь и её единственно[е] вполн[ѣ] доступное нам проявление в любви. Сознанi[е] своей личной жизни есть самообман. Старость понемногу освобождает от него. Совсем освобождает смерть.

1. 1. Зачеркнуто: в
2. 2. Переделано из: движении
3. 3. Зачеркнуто: может быть только
4. 4. Слова: Отделенное же вписаны над строкой.
5. 5. Зачеркнуто: же движущееся человек не может
6. 6. Слова: занимающее... в вписаны над строкой.
7. 7. Зачеркнуто: и времени. Для того, чтобы оно могло двигаться, необходимо представление пространства и времени; пространства для того, чтобы оно могло переходить из одного места в другое; времени для того
8. 8. Зачеркнуто: нельзя себе представить иначе как при включает понятие
9. 9. Зачеркнуто: также как и число
10. 10. Слова: сознании... своей вписаны над строкой
11. 11. Слово Все вписано над строкой.

18 Дек. 1908. Я. П.

Не писал 3 дня. С[оня] вернулась. Приехали Рѣп[инъ] с Нордм[анъ]. Все также слабо себя чувствую. Перебираю художеств[енное]. Казалось бы, могу. Написал очень озлобленное предисловие и не годящееся начало. Духовно слаб. Вчера вечером получил письмо недоброе о том, что наживаюсь сочинениями, и б[ылъ] так слаб, что огорчился и отвечал (бросил письмо).

¹ Нынче перебирал переписанное в дневнике, но писать ничего не могу. Сейчас проводил Репина. С[оня] н[е]здорова. Выпишу, что есть, из записн[ой] книжки.

1) Воспоминание о прошедшем и загадывание о будущем составляют то, что мы называем и сознаем личностью. Перестань человек вспоминать и загадывать, и для него уничтожится время и с ним вместе личность, и останется только любовь, обращенная на все окружающее его в мире, на все разнообразное отделенное от него и друг от друга. И человек почувствует, сознает себя неподвижным среди движущагося вокруг него мира (его личность составляет часть этого движущагося мира. Человек почувствует, что мир движется перед ним, как земл[я] перед солнце[мъ], а он стоит, и только, как солнце землю, соединяясь с светом Бога, освещает этот движущийся перед ним, вокруг него мир. Только освободись человек от воспоминаний в прошедшем и загадываний в будущем, освободись от времени, и он освободится от обмана о том, что движется он, не мир вокруг него; движется затем, чтобы он мог понимать его.

Тоже самое, иначе записанное:

Личность есть только воспоминание о прошедшем и желания в будущем. Как только нет ни того ни другого, нет времени — жизнь в безвременном моменте настоящего — нет личности, а есть только основа жизни — любовь, Бог. Так это было бы, если бы человек мог вполне отрешиться от воспоминаний и желаний; в жизни же возможно только приближение: чем меньше воспоминаний и желаний, т. е. чем больш[е] уничтожена, ослаблена личность, тем больше проявляется в жизни любовь — Бог, тем больше живешь вне времени и сознаешь, что движешься не ты, a мир для того, чтобы ты мог познавать его.

2) Когда римский мир развратился, его обновили неразвращенные варвары. Теперь уж нет варваров, и потому, хочешь — не хочешь, надо нам сами[мъ] делаться варварами в том хорошем, что было в варварах.

3) Большая ошибка думать, что все изобретения, увеличивающия власть людей над природой в земледелии, в добывании и химическом соединении веществ, и возможность большаг[о] воздействия людей друг на друга, как пути и средства сообщения, печать, телеграф, телефон, фонограф, есть благо. И власть над природой, и увеличение возможности воздействия людей друг на друга будут благом только тогда, когда деятельность людей будет руководима любовью, желанием блага другим, и будут злом, когда она будет руководима эгоизмом, желанием блага только себе. Выкопанные металл[ы] могут пойти на удобства жизн[и] люде[й] или на пушки, последствие увеличения плодородности земли может дать обезпеченное питание людям и может быть причиной усиленного распростра[н]енiя и потребления опiум[а], водки, пути сообщения и сред[с]тв[а] сообщения мыслей могут разносить добрые и злые влияния. И потому в безнравственном обществе, каково наше мнимо христианское, все изобретения, увеличивающия власть человека над природою и средства общения, нетолько не благо, но несомненное и очевидное зло.

4) Вчера почувствовал большую пользу из подавленного состояния духа, при к[отор]омъ не трогают вопросы религиозные и хочется не любить, а осуждать и ненавидеть. Хорошо заставить себя в таких состояниях сознавать их, бороться с ними, главное же, хорошо тем, ч[то] зная себя таким, понимаешь невменяемость других людей, когда они такие, и уже можешь не сердиться на них, a жалеть их.

1. 1. Абзац редактора.

27 Дек. 1908. Я. П.

Много дней пропустил. Было много посетителей и хороших писем. Занимался все время статьей о статье С[толыпи]на, и кажется, напрасно. Художест[венная] работа в голове ясна, но нет охоты писать. Нездоровилось. Написал нѣскольк[о] писем: 1) священнику, 2) о свящ[енномъ] писанi[и], 3) о пространстве и времени.

Записано только два:

1) Молитва. Хочу жить сейчас в Тебе, Тобою, чтобы совершалась не моя воля, но Твоя, ¹ не то, что я хочу, а то, чего Ты хочешь, и не так, как я хочу, а так, как Ты хочешь.

2) Тоже молитва при общении со всяк[имъ] человеком. Помни, что перед тобой стоит не убийца, не развратник, не жандарм, полицейский, король, шпион, a проявление Бога. Помни, перед кем ты, и относись к нему, ка[к]ъ к самому священному предмету, как[ой] только есть в мире. ²

3) Хорошо, слушая рассказ о дурных делах людей, читая книги неумные, дурные, помнить, что делали или писали это люди, т. е. ³ существа, ⁴ проявляющия в себе или могущия проявлять в себе Бога. Это можно. Можно приучить себя к этому. А если приучишь, какое счастье! Мне часто совестно бывает говорить людям о том, как надо жить и в чем они ошибаются. В этом моя большая ошибка. В мои года я должен делать это. В этом моя прямая обязанность.

Вчера на прогулке встретил мен[я] юноша со слезами, но говорил так несвязно, непонятно о том, что ему нужно, ч[то] с недобрым чувством и даже словам[и] ушел от него. И слава Богу, тотчас же стал мучаться, искал его. На счастье он не уход[илъ], и я прекрасно погов[ор]илъ с ним.

⁵ Приехали петерб[ургскiе] студенты с адресом. Трудно. А надо помни[ть] вечное, одно дело: сейчасной люб[ви].

1. 1. Зачеркнуто: и
2. 2. Зачеркнуто: Мало того. К проявлениям этой велича[йшей] святыни
3. 3. Зачеркнуто: те
4. 4. Зачеркнуто: выше к[оторыхъ]
5. 5. Абзац редактора.

28 Дек. 1908. Я. П.

Отдал Ч[ерткову] статью, хо[тѣлъ] ¹ писать «Погибшие», но не пошло. А есть, есть что сказать. На душе хорошо. Все учусь по немногу не мыслить нелюбовного. В этом все дело. Мож[но] привыкнуть. Помоги Бог, к[оторый] в «табе». Были студенты. Тяжело было. Забывал, что надо с богобоязненность[ю] обращаться. А всетаки подвигаюсь. Да беда, что l’esprit de l’escalier. ² Но подвигаюсь, подвигаюсь.

1. 1. Зачеркнуто: ху[дожественно]е
2. 2. задним умом.

Сегодня 29 Дек. 1908. Я. П.

Очень хорош[о] себя чувствую. В первый раз, хотя и плохо, но охотно писал — не зна[ю], как назвать? Может быть: Нет виноватых. Могу себе представить, вижу возможность, и с удовольствием. Утром, ночью думал так ясно, как несчастны богатые: несчастны п[отому], ч[то] одно истинное благо в жизни — любовь и от себя к себе, богатый же всегда лишен этого. Чем больше он раздает, тем больше от него требуют, меньше его любят, и он [не] может любить тех, кот[орые] видят в нем только кошель. И это до тех пор, пока он все раздаст. Только тогда является возможность любовного общен[iя] со всеми. А любовь полная тольк[о] тогда, когда со всеми.

Удивительно хорошо себя и чувствую и сознаю. Так легко всех любить. Да, помоги мне соединиться с Тобою, в Тебе и во всех проявлениях Твоих и жить Тобою. Помоги, хочу, одного хочу.

Ездил далеко верхом с М[арьей] Н[иколаевной], Сер[ежей] мал[енькимъ] и его учит[елемъ]. Иду обедать.

30 Дек. Я. П. 1908.

Приехал Н[иколай] Н[иколаевичъ]. Получил трогательное письмо от Петровой, сидяще[й] в тюрьме. Отвечал ей. Нынче проситель крестьянин о разделе, потом Студент с удивительным вопросом о требован[iи] курсистки, чтобы он взял ее в жены. Потом Андрей с денежным[и] делами, потом сумашедший, пото[мъ] письмо от Студ[ента] с требованием того, чтобы жизнь была злом. Вчера б[ыло] очень хорошо на душе, радостно, любовно, нынче хуже, но, слава Богу, все же радостно и благодарно. Начал было писать «Не виноватых», но не пошло. — Готовят маскарад. Мне жалко.

1) Жизнь есть сознание отделенности. Для сознания отделенности необходимо представле[нiе] ¹ себя веществом, ² и непременно движущимся. Недвижущееся вещество не могло бы быть отделено, а сливалось бы со Всем. Движущимся же может ³ сознавать себя только вещество, ⁴ занимающее часть пространства. Без вещества, занимающего часть пространства, немыслимо движение, а без движения немыслимо отделение. ⁵ Сознание же себя движущимся может быть только при сознании непрестанного перехода настоящего в будущее и бывшего настоящим в прошедшее, т. е. пр[и] сознанi[и] времени. И потому сознание отделенности возможно только при сознании себя движущимся во времени веществом в пространстве. (Все неясно.)

1. 1. Зачеркнуто: движения, т. е. одного и того же предмета движущимся
2. 2. Зачеркнуто: Представлять же себя движущимся может себя человек тольк[о] во времени, т. е. при непрестанном переходе настоящего в будущее, при чем бывшее настоящим в сознании становится прошедшим
3. 3. Зачеркнуто: быть
4. 4. Зачеркнуто: Сознание же себя движущ[имся]
5. 5. Слова: а без... отделение вписаны над строкой.